— У инспектора Баттла есть своя версия, — размышлял вслух Энтони. — Похоже, в его планы входит одно непременное условие — чтобы мы все оставались здесь.

— Но, простите, мистер Кейд, вы ведь куда-то уезжали.

— Я был на коротком поводке, мистер Айзекстайн. Уверен, за мной все время следили. Так что у меня не было ни малейшей возможности избавиться от револьвера или от других улик.

— Ах да, револьвер, — проворчал Айзекстайн. — Его, кажется, так и не нашли?

— Пока нет.

— Наверное, убийца, когда убегал, бросил его в озеро!

— Вполне возможно.

— А где инспектор Баттл? Что-то его не видно.

— Уехал в Лондон. Я встретил его на станции.

— Уехал в Лондон? В самом деле? А когда вернется, не сказал?

— Насколько я понял — завтра рано утром.

В холле появилась Вирджиния с лордом Кейтерэмом, и за ними — мистер Фиш. Вирджиния приветливо улыбнулась Энтони.

— Вы уже вернулись, мистер Кейд. Слышали о наших ночных приключениях?

— Вот уж действительно, мистер Кейд, — вставил Хайрэм Фиш, — ночь выдалась на редкость беспокойная. Вы знаете, я ведь принял миссис Ревел за грабителя.

— А тем временем, — сказал Энтони, — настоящий грабитель?..

— Скрылся, — с прискорбием констатировал мистер Фиш.

— Возьмите на себя роль хозяйки, — обратился лорд Кейтерэм к Вирджинии, — разливайте чай. Бандл куда-то запропастилась.

Вирджиния охотно согласилась. Подсев к Энтони, она вполголоса сказала:

— Приходите после чая к лодочной станции. Мы с Биллом вам кое-что расскажем.

Она отвернулась и с улыбкой присоединилась к общему разговору.

В назначенный час у лодочной станции состоялось тайное совещание. Вирджинию и Билла распирало от желания поскорей выложить все новости. По общему мнению, самым безопасным местом для разговора была середина озера. Когда отплыли на приличное расстояние, Энтони с интересом выслушал историю о ночных «грабителях». Вначале Билл немножко дулся. Он не хотел, чтобы Вирджиния посвящала во все подробности этого парня из колоний.

— Странно. Очень странно, — сказал Энтони, когда они закончили свой рассказ. — Что вы насчет всего этого думаете? — спросил он Вирджинию.

— Похоже, они что-то искали. Версия грабежа — абсурдна.

— Они думали, что в доспехах что-то спрятано, это ясно. Но зачем выстукивать панели? Может, искали потайной ход?

— Я знаю, что в Чимнизе сохранились тайные убежища, в которых прятались католические священники, — сказала Вирджиния. — Наверное, есть и потайные ходы. Надо спросить у лорда Кейтерэма. А вы как думаете, что они искали?

— Во всяком случае, не мемуары, — сказал Энтони. — Это толстый пакет, а они искали что-то маленькое.

— Джордж наверняка знает, — заметила Вирджиния. — Вот только удастся ли выудить у него? За всем этим явно что-то кроется.

— Вы говорите, видели только одного мужчину, — обратился к Вирджинии Энтони. — Но мог быть и еще кто-то. Вам ведь показалось, что кто-то выскользнул в холл, когда вы бросились к двери на террасу?

— Шорох был очень тихий. Может, просто почудилось.

— Возможно. Ну а если не почудилось, значит, второй грабитель — обитатель дома. На меня большое впечатление произвела…

— Что? — быстро спросила Вирджиния.

— …Расторопность мистера Фиша. Услышав крик о помощи, он успел одеться как на прогулку.

— Да, это действительно странно, — согласилась Вирджиния. — А Айзекстайн? Он вообще якобы все проспал. Вряд ли он ничего не слышал.

— Скорее всего потрошил доспехи Борис, — вставил Билл. — Он с виду настоящий разбойник. Я говорю о слуге великого князя.

— В Чимнизе собралось много подозрительных личностей, — сказала Вирджиния. — Думаю, другие точно так же подозревают нас. Жаль, инспектор Баттл уехал в Лондон. По-моему, довольно глупо с его стороны. Кстати, мистер Кейд, я пару раз замечала в парке какого-то франтоватого француза. Он, похоже, что-то вынюхивает.

— Да, хорошего дурака я свалял, — самокритично заметил Энтони. — Погнался за журавлем в небе. И прозевал ночных грабителей. Если хотите мое мнение — главное сейчас узнать: нашли грабители в Рыцарском зале то, что искали, или нет?

— А если нет? — сказала Вирджиния. — Я почти уверена, что нет.

— Тогда они снова придут. Они знают или скоро узнают, что Баттл в Лондоне. И сегодня ночью наверняка опять рискнут.

— Вы думаете?

— Во всяком случае — есть шанс захватить их с поличным. Давайте заключим тройственный союз. Мы с Эверсли спрячемся вечером в Рыцарском зале…

— А я? — возмутилась Вирджиния. — Не думайте, что вам удастся выключить меня из игры!

— Послушайте, Вирджиния, — сказал Билл. — Это дело мужское и…

— Не будьте идиотом, Билл. Я обязательно пойду. Даже не думайте. Тройственный союз так тройственный союз. Сегодня ночью в Рыцарском зале устраиваем засаду.

Решение было принято, осталось только обговорить детали. Когда все разошлись спать, новоявленные члены тройственного союза, поодиночке, спустились вниз. Каждый был вооружен мощным фонариком, а карман Энтони оттягивал револьвер.

Энтони был уверен, что вторая попытка состоится, но ожидал, что на этот раз вторжение произойдет изнутри. Он считал, что Вирджиния не ошиблась, и кто-то действительно проскользнул мимо нее. Поэтому он спрятался за старый дубовый гардероб, ближе к двери в холл. Вирджиния притаилась за рыцарскими доспехами у противоположной стены, а Билл — у стеклянных дверей за шторой.

Томительно тянулись минуты. Пробило час, полвторого, два. Полтретьего. Энтони было тесно и неудобно. Он уже начал думать, что опять ошибся. В эту ночь никто, кроме них, в Рыцарский зал, похоже, не собирается. Вдруг он весь напрягся. Снаружи на террасе послышались шаги. Скоро звук шагов прекратился и кто-то тихонько заскребся в стекло. Опять все смолкло, и стеклянная дверь беззвучно отворилась. В Рыцарский зал вошел человек.

Он сделал один шаг и на мгновение замер, словно прислушиваясь. Наконец, не почуяв опасности, зажег фонарик и быстро посветил по сторонам. Очевидно, ничего подозрительного он не заметил. Члены тройственного союза затаили дыхание. Человек направился к той же стене, которую выстукивал прошлой ночью.

И тут Билл с ужасом понял, что сейчас чихнет. Вчера ночью, блуждая в мокром парке, он простудился, весь день шмыгал носом и чихал. Вот и теперь он чувствовал, как подкатывает чих и он не в силах остановить его.

Билл испробовал все известные средства. Прикусил верхнюю губу, несколько раз резко сглотнул, запрокинул голову и уставился в темноту. Наконец схватил себя за нос и принялся отчаянно его теребить. Но, увы! Все было тщетно. Он чихнул. Приглушенный, сдержанный, полузадавленный чих прогремел как гром в мертвой тишине Рыцарского зала.

Человек метнулся к двери на террасу, но Энтони был начеку. Он включил фонарик и бросился на незнакомца. Через мгновение оба покатились по полу.

— Свет! — закричал Энтони.

Вирджиния уже была у выключателя. На этот раз люстра ярко вспыхнула. Энтони сидел на незнакомце, лежащем лицом вниз. Билл наклонился, чтобы подстраховать.

— А теперь, дружок, — ласково сказал Энтони, — мы наконец посмотрим, кто ты есть.

Он перевернул свою добычу лицом вверх. Это был щеголеватый чернобородый француз из «Веселого крикетиста».

— Прекрасно сработано, — раздался вдруг одобрительный возглас.

Все вздрогнули и обернулись. Дверной проем загораживала массивная фигура инспектора Баттла.

— А я думал, вы в Лондоне, инспектор, — заметил Энтони.

В глазах Баттла мелькнула усмешка.

— Да, сэр? — сказал он. — А я подумал, будет неплохо, если кое-кто подумает, что я в Лондоне.