— Кое-кто и подумал. — Энтони перевел взгляд на поверженного противника. К своему великому изумлению, он заметил на губах жертвы легкую усмешку.

— Позвольте мне встать, джентльмены, — попросил незнакомец. — Вас ведь трое, а я один.

Энтони великодушно отпустил его. Незнакомец одернул плащ, поправил воротничок и бросил острый взгляд на Баттла.

— Прошу прощения, сэр. Насколько я понимаю, вы представитель Скотленд-Ярда?

— Совершенно верно, — подтвердил Баттл.

— Тогда позвольте вручить верительные грамоты. — Он безмятежно улыбнулся. — Безусловно, мне следовало быть умнее и представиться раньше.

Он вынул из кармана какие-то бумаги и вручил их детективу из Скотленд-Ярда. Одновременно отогнул лацкан пиджака и продемонстрировал значок.

У Баттла вырвался возглас удивления. Просмотрев бумаги, он с поклоном вернул их владельцу.

— Извините за рукоприкладство, мосье, — сказал Баттл. — Но, право, вы сами напросились.

Поглядев на удивленные лица остальных, он улыбнулся.

— Это коллега, которого мы давно ждали. Мосье Лемуан из парижской службы безопасности.

Глава 19

Подоплека

Все с недоумением глазели на французского сыщика, который застенчиво улыбался в ответ.

— Увы, — развел он руками, — это правда. Последовала пауза, необходимая для уяснения столь неожиданного поворота событий. Наконец Вирджиния первая обрела дар речи и обратилась к Баттлу:

— Знаете, о чем я подумала, инспектор?

— О чем же, миссис Ревел?

— Я подумала, что пора наконец немножко просветить нас.

— Просветить? Я не совсем понимаю, миссис Ревел.

— Вы все прекрасно понимаете, инспектор. Конечно, мистер Ломакс может кого угодно доконать своим пристрастием к конфиденциальности. Но, право же, лучше все рассказать, чем дожидаться, пока мы сами докопаемся. Ведь неизвестно, сколько при этом мы наломаем дров. Вы согласны со мной, мосье Лемуан?

— Мадам, я с вами полностью согласен.

— Что делать, шила в мешке не утаишь, — усмехнулся Баттл. — Я предупреждал мистера Ломакса. — Он огляделся. — Мистер Эверсли — секретарь мистера Ломакса, его можно посвятить в тайну. И мистера Кейда тоже, раз уж он волей-неволей оказался впутан в это дело. Но вот… — Баттл замолчал.

— Понятно, — сказала Вирджиния. — Женщинам доверять нельзя! Сколько раз слышала я это от Джорджа.

Лемуан внимательно поглядел на Вирджинию. Потом обратился к коллеге из Скотленд-Ярда:

— Если не ошибаюсь, вы только что назвали мадам «миссис Ревел»?

— Это мое имя, — сказала Вирджиния.

— Скажите, ваш муж был дипломатом? Вы жили с ним в Герцословакии незадолго до свержения покойных короля и королевы?

— Да.

Лемуан снова обратился к Баттлу:

— По-моему, мадам имеет право выслушать наш рассказ. Поскольку ее это тоже касается, правда косвенно. Кроме того, — в глазах Лемуана вспыхнул огонек, — в дипломатических кругах мадам известна умением хранить тайны.

— Благодарю за аттестацию, — рассмеялась Вирджиния. — Надеюсь, вам не придется за меня краснеть.

— Может, выпьем для подкрепления сил? — предложил Энтони. — Где мы расположимся? Здесь?

— Если не возражаете, сэр, — сказал Баттл. — Нам до утра не хотелось бы покидать этот зал. Вы сами поймете почему после моего рассказа.

— В таком случае позвольте мне взять на себя обязанности фуражира, — сказал Энтони. Вместе с ним отправился Билл, и вскоре они вернулись с подносом, на котором стояли бутылки, сифоны с сельтерской и прочие приятные изобретения человечества. Члены союза, теперь уже в расширенном составе, уютно разместились в уголке у окна, за длинным дубовым столом.

— Думаю, нет необходимости напоминать, — начал Баттл, — все здесь сказанное является строжайшей тайной. Не должно быть ни малейшей утечки. Хотя, увы, тайное всегда становится явным. Джентльмены, помешанные на секретности, как мистер Ломакс, иногда сами готовят почву для будущего скандала. Я давно ожидал, предчувствовал, что эта история рано или поздно выйдет наружу. Все началось около семи лет назад. В то время процесс так называемых преобразований был в самом разгаре — особенно в Восточной Европе. Многие нити сходились в Англии, и тут не последнюю роль играл небезызвестный вам джентльмен весьма преклонных лет, граф Стилптич. В Балканских государствах было, по обыкновению, неспокойно, и потому Англию частенько навещали особы королевского достоинства. Не стану вдаваться в детали, но во время одного из визитов венценосных особ пропало нечто — причем пропало самым невероятным образом. Произошло, казалось, невозможное, если не учитывать двух обстоятельств: вор был коронованной особой и в то же самое время — профессионалом самого высокого класса. Мосье Лемуан расскажет подробнее, как это произошло.

— Возможно, вы в Англии даже и не слыхали о нашем легендарном и фантастическом Короле Викторе. Настоящее имя его неизвестно, но это человек редкостного мужества и поразительной дерзости. Говорит на пяти языках и не знает себе равных в искусстве перевоплощения. Отец его — то ли ирландец, то ли англичанин, но сам Виктор в основном работал в Париже. Лет восемь назад он совершил там серию дерзких ограблений и жил под именем капитана О'Нила.

Вирджиния удивленно ахнула. Мосье Лемуан бросил на нее быстрый взгляд.

— Я догадываюсь, что так взволновало мадам. Вы тоже скоро поймете. Наша служба безопасности имела веские основания подозревать, что этот капитан не кто иной, как Король Виктор, но у нас не было достаточных доказательств. Тогда в Париже жила весьма неглупая молодая актриса из «Фоли Бержер», некая Анжела Мори. Одно время мы подозревали, что она работает на пару с Королем Виктором. Но доказательств опять-таки никаких.

В то время Париж готовился к визиту молодого короля Герцословакии Николаса Четвертого. Служба безопасности получила соответствующие инструкции и должна была гарантировать неприкосновенность Его Величества. В частности, предписывалось обратить особое внимание на действия членов некой организации революционеров, которые называли себя Братством Красной Руки. Теперь с достоверностью установлено, что члены Братства связались с Анжелой Мори и предложили ей огромную сумму за то, чтобы она помогла осуществить их план.

Ее роль состояла в том, чтобы обольстить молодого короля и пригласить на свидание в указанное революционерами место. Анжела Мори взяла деньги и пообещала все сделать.

Но молодая дама оказалась куда умнее и честолюбивее, чем предполагали ее наниматели. Ей действительно удалось обольстить короля, который совершенно потерял голову и осыпал актрису бриллиантами. И тогда она решила стать не просто любовницей короля — но королевой! Как известно, ей это удалось. В Герцословакии ее выдали за графиню Варагу Пополевскую из побочной ветви Романовых, и таким образом она стала Варагой, королевой Герцословакии. Совсем неплохо для жалкой парижской актрисы! Впрочем, насколько мне довелось слышать, со своей новой ролью она справилась блестяще. Однако счастью ее не суждено было длиться долго. Братство Красной Руки, взбешенное предательством, дважды покушалось на ее жизнь. Вскоре им удалось устроить в стране революцию, в ходе которой, как известно, погибли и король и королева. Их тела, изуродованные до неузнаваемости, были едва отбиты у толпы, разъяренной присутствием на троне иностранки низкого происхождения.

При всем том можно с уверенностью утверждать, что, будучи королевой, она продолжала поддерживать связь со своим сообщником, Королем Виктором. Скорее всего план похищения принадлежал именно ему. Во всяком случае, установлено, что она продолжала переписываться с ним из королевского дворца в Герцословакии, пользуясь специальным шифром. Для безопасности письма писались по-английски и подписывались именем одной леди из английского посольства в Герцословакии. Если бы началось следствие и вышеупомянутая леди стала отрицать авторство писем, то ей вполне могли бы не поверить. Это были письма от замужней женщины любовнику. И подписаны они вашим именем, миссис Ревел.

— Я уже догадалась, — сказала Вирджиния. Щеки ее порозовели. — Так вот она, разгадка тайны писем! А я-то думала-гадала.

— Какая гнусность! — возмутился Билл.

— Письма были адресованы капитану О'Нилу на его парижскую квартиру. На их истинную цель, возможно, проливает свет один любопытный факт, который всплыл позднее. После гибели короля и королевы многие драгоценные камни из королевской казны, которая попала в руки мошенников, постепенно осели в Париже, и тут неожиданно выяснилось: в девяноста процентах случаев крупные бриллианты оказались заменены простыми стекляшками. А должен сказать, в герцословакской казне были и весьма знаменитые камешки. Так что королева Анжела Мори, как видим, не забыла старое свое ремесло.

Теперь вы понимаете, к чему я клоню? Николас Четвертый и королева Варага прибыли в Англию по приглашению покойного маркиза Кейтерэма, тогдашнего министра иностранных дел Великобритании. Герцословакия — небольшая страна, но ею нельзя пренебрегать. Королеву Варагу приняли в соответствии с ее титулом. Так что вот вам в одном лице — и королева, и опытная воровка. Без сомнения, эту… э-э-э… последнюю подмену, которую решительно никто, кроме экспертов, не в состоянии заметить, задумал Король Виктор. Да и самый план аферы, смелый и дерзкий, тоже выдает его почерк.

— И что было дальше? — спросила Вирджиния.

— А ничего. Историю замолчали, — лаконично сказал инспектор Баттл. — И до сих пор об этом не было ни единого упоминания в прессе. Мы, конечно, втайне делали все, что в наших силах, — и установили, кстати, не так уж мало: у нас существуют удивительные методы расследования. Одно могу сказать: похищенный бриллиант не покинул пределов Англии вместе с королевой Герцословакии. Скажу больше: известно, что ее величество где-то спрятала его — но найти до сих пор не удалось. И я не удивлюсь, — инспектор медленно обвел взглядом Рыцарский зал, — если бриллиант окажется именно здесь.