— Да, конечно, — вздохнул он, — лучше содержать гостиницу, чем владеть фамильным замком.

— Чем это лучше?

— В гостинице постоялец должен сообщить о своем отъезде до двенадцати дня.

Вирджиния улыбнулась.

— Понимаю, — продолжил лорд. — Наверное, я рассуждаю старомодно. Сейчас, похоже, так принято — невесть откуда появляться в доме и невесть куда исчезать. Полная свобода действий, как в гостинице, да к тому же и по счету платить не надо!

— Что ты все брюзжишь? — сказала Бандл. — У тебя остались мы с Вирджинией. Кого тебе еще?

— Никого, больше никого, — поспешно заверил дочку лорд Кейтерэм. — Все прекрасно. Это я так — из принципа. Когда такой беспорядок, как-то и на душе неспокойно. Но, конечно, я согласен, последние сутки прошли почти идеально: покой, полный покой. Ни тебе ограблений, ни убийств, ни сыщиков, ни даже — американцев. Единственное, чего еще я мог пожелать для полного счастья, так это уверенности, что так будет всегда. А так я все время говорю себе: «Обязательно кто-нибудь из них вот-вот нагрянет», и это портит мне настроение.

— Но никто же пока не появился, — сказала Бандл. — Нас все бросили, забыли. Даже Фиш непонятно куда девался. Он тебе ничего не сказал?

— Ни словечка. Последний раз я видел его в розарии: он вышагивал туда-сюда и курил свои дурно пахнущие сигары. А потом как в воду канул.

— Может, его похитили, — со слабой надеждой предположила Бандл.

— Того и гляди, через пару дней явится Скотленд-Ярд вылавливать его из озера, — мрачно сказал лорд Кейтерэм. — И поделом мне. В мои годы пора знать, к чему ведут бестолковые прожекты Ломакса. Надо было спокойно ехать за границу, тем более и нервы мои в таком состоянии…

Монолог лорда Кейтерэма прервал своим появлением Тредуелл.

— Ну? — раздраженно поглядел на него лорд Кейтерэм. — В чем дело?

— Французский сыщик, милорд. Просит уделить ему несколько минут.

— Ну, что я вам говорил? — промямлил лорд Кейтерэм. — Затишье-то было перед бурей. Наверняка нашли труп Фиша в фонтане с золотыми рыбками.

Тредуелл с безукоризненной учтивостью напомнил лорду суть дела.

— Позвольте передать ему, что примете его, милорд?

— Да, да, ведите его сюда.

Тредуелл удалился. Через минуту появился вновь и заупокойным голосом объявил:

— Мосье Лемуан.

Француз вошел быстрой, легкой походкой. Эта его походка даже больше, чем выражение лица, говорила о том, что он чем-то сильно взволнован.

— Добрый вечер, Лемуан, — сказал лорд Кейтерэм. — Не хотите ли чего-нибудь выпить?

— Благодарю вас, нет. — Он учтиво поклонился дамам. — Наконец-то я продвинулся в своем расследовании. И считаю своим долгом поделиться с вами, как с хозяином дома, своими открытиями — должен сказать, весьма неприятными, — которые сделаны мной за последние сутки.

— Похоже, произошло что-то важное? — предположил лорд Кейтерэм.

— Вчера, милорд, один из ваших гостей покинул этот гостеприимный дом весьма странным образом. Скажу сразу: я с самого начала подозревал его. Человек является Бог знает откуда — два месяца назад он был в Южной Африке. А до того — где?

Вирджиния слегка вздрогнула. Француз подозрительно посмотрел на нее и продолжал:

— Никто не знает. Но я именно такого человека и ищу — остроумного, смелого, дерзкого — одним словом, способного на все. Я засыпал телеграммами службу безопасности. В ответ — ни слова о его прошлом. Десять лет назад он был в Канаде, ладно, а дальше — тишина. Мои подозрения усилились. Как-то на дороге, по которой он только что прошел, я нашел клочок бумаги. Там был адрес одного дома в Дувре. Потом я, как бы случайно, обронил эту бумажку. Уголком глаза заметил, как этот герцословак Борис подобрал ее и отнес своему хозяину. Дело в том, что Борис, я в этом почти уверен, — эмиссар Братства Красной Руки. А нам стало известно, что в этом деле Братство работает в союзе с Королем Виктором. Вы думаете, случайно Борис распознал в Энтони Кейде своего хозяина? Нет, он поступил так, как должен был поступить — присягнул на верность. А иначе почему бы он, служивший верой и правдой великому князю, вдруг перенес свою привязанность на какого-то незнакомца без роду без племени? Все это очень подозрительно, повторяю, очень подозрительно.

Но Энтони Кейд сразу же принес мне эту бумажку и спросил, не я ли ее потерял. Чем, должен сказать, обезоружил меня. Обезоружил — но не совсем! Этот его шаг мог означать и то, что он чист как стеклышко, и то, что он очень и очень хитер. Я стал наводить справки об этом доме, и вот что сегодня узнал. Дом в Дувре снимали иностранцы, которые вчера вечером спешно его покинули. Без сомнения — это была штаб-квартира Короля Виктора. А теперь давайте сопоставим все эти факты. Вчера вечером мистер Кейд неожиданно уезжает. Потеряв бумажку с адресом, он, должно быть, понял, что игра проиграна. Он немедленно едет в Дувр, ликвидирует свою штаб-квартиру и укрывает банду где-то в другом месте. Что он предпримет дальше — не знаю. Но я абсолютно уверен, что мистер Энтони Кейд больше здесь не появится. С другой стороны, зная Короля Виктора, могу с уверенностью сказать, что он не оставит попыток заполучить бриллиант. И тогда ему от меня не уйти!

Вирджиния вдруг встала и подошла к камину. А когда заговорила, в голосе ее зазвучали холодные стальные нотки:

— Вы упустили одну деталь, мосье Лемуан. Насколько мне известно, мистер Кейд не единственный гость, который покинул этот дом подозрительным образом.

— Что вы хотите сказать, мадам?

— Только то, что все вами сказанное в равной степени относится и к другому человеку. А именно — к мистеру Хайрэму Фишу!

— Ах, мистер Фиш!

— Да, мистер Фиш. Вспомните, вы говорили нам в ту ночь, что Король Виктор недавно прибыл в Англию из Америки. И мистер Фиш тоже прибыл сюда из Америки. Правда, у него было рекомендательное письмо от очень известного и уважаемого человека, но вряд ли Королю Виктору стоит большого труда подделать любое письмо. Мистер Фиш был не тот, за кого себя выдавал. Это очевидно. Лорд Кейтерэм обратил внимание, что, когда заходил разговор о первоизданиях, — а он ради них якобы сюда и приехал, — мистер Фиш предпочитал молчать и слушать, уступая роль рассказчика своему собеседнику. Есть и другие подозрительные факты. В ночь убийства в его комнате горел свет. Или возьмите ту ночь в Рыцарском зале, когда я столкнулась с мистером Фишем на террасе: он был одет, как будто собирался в гости. Так что бумажку с адресом мог вполне потерять и он. Ведь вы своими глазами не видели, что она выпала из кармана мистера Кейда. Мистер Кейд мог, конечно, поехать в Дувр. Но затем, чтобы выяснить наконец, в чем дело. А там его могли и похитить. Как видите, мистер Фиш вел себя куда более подозрительно, чем мистер Кейд.

— Вы рассуждаете вполне логично, мадам. — Голос француза резко зазвенел. — Не стану этого отрицать. И действительно, мистер Фиш не тот, за кого себя выдавал.

— Ну и кто же он?

— Мистер Фиш — американский сыщик, мадам.

— Как? — ахнул лорд Кейтерэм.

— Да, лорд Кейтерэм. Он прибыл из-за океана, преследуя Короля Виктора. Инспектор Баттл и я уже некоторое время знаем об этом.

Вирджиния ничего не сказала. Она медленно отошла от камина и опустилась в кресло. Эти несколько слов разрушили до основания ее так тщательно выстроенную версию.

— Видите ли, — снова заговорил Лемуан, — мы были уверены, что рано или поздно Король Виктор появится в Чимнизе, и надеялись, что уж тут-то он от нас не уйдет.

Вирджиния посмотрела на него, и глаза у нее вдруг странно заблестели.

— А он все-таки ушел, — сказала она и рассмеялась.

Лемуан удивленно посмотрел на нее.

— Он еще вернется. И будьте покойны, мы его поймаем.

— Говорят, он неплохо умеет дурачить полицейских?

Лицо француза потемнело от гнева.

— На этот раз мы ему не доставим такого удовольствия, — процедил он сквозь зубы.

— Но он очень милый молодой человек, — вмешался лорд Кейтерэм. — Очень милый. И потом, Вирджиния, вы же говорили, он ваш старый друг?

— Именно поэтому, — сдержанно сказала Вирджиния, — я и думаю, что мосье Лемуан ошибается.

Она пристально посмотрела на сыщика, но тот спокойно выдержал ее взгляд.

— Время покажет, мадам, — сказал он.

— И вы думаете, что это он застрелил великого князя Михаила? — неожиданно спросила она.

— Уверен.

Вирджиния покачала головой.

— О нет! Нет. В одном я твердо уверена. Энтони Кейд не убивал великого князя.

Лемуан внимательно посмотрел на нее.

— Возможно, вы и правы, мадам, — медленно проговорил он. — Возможно, вы и правы. Это мог сделать и Борис, превысив свои полномочия, по собственной, так сказать, инициативе. Кто знает, может, у этого полоумного герцословака были свои счеты с великим князем.

— Да, на вид он совершенный убийца, — согласился лорд Кейтерэм. — Служанки, наверное, визжат, когда встречаются с ним в коридоре.

— Что ж, — сказал Лемуан, — мне пора. Я выполнил свой долг, милорд, сообщил, как обстоят дела.

— Очень мило с вашей стороны, благодарю вас, — церемонно ответил лорд Кейтерэм. — Вы правда не хотите выпить? Что ж, всего доброго. И до свидания.

— Ненавижу я этого типа, и бородку его аккуратную, и эти его очечки — ненавижу, — сказала Бандл, когда за Лемуаном затворилась дверь. — Энтони еще ему покажет. Посмотрим тогда, как он запрыгает. Что ты обо всем этом думаешь, Вирджиния?

— Не знаю, — ответила Вирджиния. — Я устала. И хочу спать.

— И то правда, — согласился лорд Кейтерэм. — Уже половина двенадцатого.

Проходя через холл, Вирджиния заметила, как в боковой двери мелькнула знакомая широкая спина.