Пуаро был, как всегда, точен.

— И он согласился на развод?

— Он согласился на развод.

— Вам следовало сразу же сообщить об этом Сильвии! — с упреком воскликнул молодой человек.

— Я так и поступил.

— Что? — воскликнули Мартин и Джепп одновременно.

Пуаро улыбнулся.

— Это несколько портит мотив, не так ли? — осведомился он. — А теперь, мистер Мартин, позвольте мне обратить ваше внимание вот на это.

И он показал ему газетную заметку.

Брайан прочитал ее, но без особого интереса.

— Вы полагаете, что это ее алиби? — спросил он. — Насколько я понимаю, лорда Эджвера застрелили вчера вечером?

— Он был заколот, а не застрелен, — сказал Пуаро.

Мартин медленно опустил газету.

— Боюсь, что у нее нет шансов, — с сожалением произнес он — Сильвия не была на этом обеде.

— Откуда вы знаете?

— Не помню точно. Кто-то мне сказал.

— Жаль, — задумчиво протянул Пуаро.

Джепп взглянул на него с любопытством.

— Я вас опять не понимаю. Теперь вам как будто хочется, чтобы она оказалась невиновной.

— Нет-нет, дорогой Джепп. Я более последователен, чем вам кажется. Но, по правде говоря, это дело в том виде, в каком вы его преподносите, возмущает мой ум.

— Что вы имеете в виду — возмущает ваш ум? Мой ум оно не возмущает.

Я представил себе, какой ответ просится Пуаро на язык, но он сдержался.

— Перед нами молодая женщина, которая хочет, как вы сказали, избавиться от своего мужа. Этот пункт у меня возражений не вызывает. Она и мне откровенно заявила то же самое. Eh bien, какие же шаги она предпринимает? Она несколько раз громко и внятно, в присутствии свидетелей, повторяет, что хочет его убить. Затем в один прекрасный вечер она отправляется к нему домой, говорит дворецкому, кто она, закалывает мужа и возвращается домой. Как это назвать, друг мой? Есть в этом хоть капля здравого смысла?

— Да, она поступила довольно глупо.

— Глупо? Да это полный идиотизм!

— Ну, — сказал Джепп, поднимаясь, — полиции только лучше, когда преступник теряет голову. Мне пора в «Савой».

— Вы позволите мне сопровождать вас?

Джепп не возражал, и мы отправились в отель вместе. Брайан Мартин расстался с нами неохотно. Он нервничал, был чрезвычайно возбужден и настойчиво просил сообщать ему, как будут развиваться события.

— Нервный малый, — охарактеризовал его Джепп.

Пуаро согласился.

В вестибюле «Савоя» мы столкнулись с мужчиной, на котором было написано, что он адвокат. Вместе мы поднялись наверх к номеру Сильвии Уилкинсон.

— Что? — лаконично спросил Джепп у одного из своих людей.

— Она потребовала дать ей телефон.

— Куда звонила? — быстро спросил Джепп.

— К Джею. Заказывала траур.

Джепп тихонько выругался, и мы вошли в номер.

Овдовевшая леди Эджвер меряла перед зеркалом шляпки. На ней было что-то газовое, черно-белое, и она приветствовала нас ослепительной улыбкой.

— Мосье Пуаро, как мило, что вы тоже пришли. Мистер Моксон, — это адвокату, — как хорошо, что вы здесь. Садитесь рядом со мной и говорите, на какие вопросы я обязана отвечать. Вот этот человек считает, что я сегодня утром была у Джорджа и убила его.