Полагаю, что мистер Рэфьел пребывал перед смертью в трезвом уме и здравой памяти. Думаю, что имею право спросить у Вас, не случалось ли в его жизни в недавнее время какой-нибудь криминальной ситуации, способной заинтересовать его как в деловых, так и в личных отношениях. Не выражал ли он особого интереса, гнева или неудовлетворения какой-либо ситуацией? Если так, я считаю, что имею право просить Вас известить меня о ней. Быть может, кто-нибудь из его родственников и знакомых недавно претерпевал трудности, или стал жертвой некоей несправедливости, или попадал в положение, которое можно трактовать подобным образом?..

Не сомневаюсь в том, что Вы понимаете причины, побуждающие меня задавать подобные вопросы. Возможно, сам мистер Рэфьел ожидал, что я сделаю это.


Когда мистер Бродрибб показал это письмо мистеру Шустеру, тот откинулся на спинку своего кресла и присвистнул.

— Итак, она решила взяться за дело? Азартная старушка, — проговорил он и добавил: — Надо думать, ей хотя бы приблизительно известно, о чем идет речь?

— Вы ошибаетесь, — возразил мистер Бродрибб.

— Хотелось бы, — проговорил мистер Шустер. — Покойник был тот еще тип.

— Трудный человек, — согласился мистер Бродрибб.

— У меня нет и малейшего представления, — заявил мистер Шустер, — а у вас?

— И у меня тоже, — не стал возражать мистер Бродрибб. И добавил: — Насколько я могу судить, он не хотел ничего объяснять.

— М-да... и этим самым сделал свое предложение много более трудным. Я не вижу ни малейшего шанса на то, что эта облезлая старая деревенская кошка сумеет разгадать его замысел и понять, какая блажь пришла ему в голову. А не мог ли он преднамеренно дурачить ее? Так сказать, не захотел ли поводить за нос? Разыграть, к примеру. Или, быть может, решил, что она набила руку на разрешении мелких деревенских проблем и возгордилась и потому ей надлежит преподать строгий урок...

— Едва ли, — усомнился мистер Бродрибб, — я так не считаю. Рэфьел был не из таких.

— Когда-то он любил пошалить, — заметил мистер Шустер.

— Не тот случай! На мой взгляд, он действовал вполне серьезно. Его что-то тревожило. Более того, я совершенно уверен в том, что перед смертью его что-то смущало.

— И он не рассказал вам, что именно... не сделал даже малейшего намека?

— Нет.

— Тогда какого черта может он ожидать... — взорвался Шустер.

— Наверное, он и в самом деле не рассчитывал на то, что из этой идеи получится что-то дельное, — заметил мистер Бродрибб. — Я, собственно, про то, с чего ей удастся начать?

— Если вас интересует мое мнение — это явный розыгрыш.

— Однако двадцать тысяч фунтов — довольно крупная сумма.

— Да, но если ему заранее было ясно, что она не сможет этого сделать?

— Нет, — усомнился мистер Бродрибб. — Рэфьел не стал бы поступать настолько неспортивно. Он должен был думать, что она имеет возможность решить его загадку.

— И что мы будем делать?

— Ждать, — ответил мистер Бродрибб. — Подождем и посмотрим, что будет дальше. В конце концов, должен же быть какой-то прогресс.

— Так вы получили от него конверт с инструкциями?

— Мой дорогой Шустер, — проговорил мистер Бродрибб. — Мистер Рэфьел безоговорочно верил в мое благоразумие и этичное поведение в качестве адвоката. Его запечатанные инструкции могут быть вскрыты лишь в определенных обстоятельствах, которые пока не наступили.

— И не наступят, — утвердительным тоном проговорил мистер Шустер, тем самым закончив обсуждение.


IV

Мистеру Бродриббу и мистеру Шустеру везло уже в том, что они вели полностью загруженную профессиональную жизнь. Мисс Марпл была не настолько удачлива. Она вязала, она размышляла, она прогуливалась, иногда выслушивая от Черри укоризны за это.

— Вы же знаете, что сказал доктор. Что вам не следует перенапрягаться.

— Я хожу очень медленно, — оправдывалась мисс Марпл, — и ничего не делаю. То есть не копаю и не полю... я просто переставляю ноги по очереди и размышляю о всякой всячине.

— Это о чем? — с некоторым интересом спросила Черри.

— Хотелось бы знать самой, — проговорила мисс Марпл и попросила ее принести еще одну шаль, чтобы укрыться от холодного ветра.

— И что ее снедает, хотелось бы знать, — сказала Черри своему мужу, ставя перед ним китайскую тарелку с рисом и тушеными почками. — Китайский обед, — пояснила она.

Муж одобрительно кивнул.

— Ты с каждым днем готовишь все лучше, — заметил он.

— Я опасаюсь за нее, — сказала Черри. — И тревожусь, потому что она чем-то встревожена. Она получила какое-то письмо, которое взволновало ее.

— Ей нужно просто сесть на место, — сказал муж Черри. — Сесть, успокоиться, взять новые книги из библиотеки, пригласить к себе парочку подруг...

— Она что-то обдумывает, — промолвила Черри. — Какой-то план. Продумывает, как приступить к какому-то делу, я так это понимаю.

Завершив на этом разговор, она взяла кофейный поднос и отнесла его мисс Марпл.

— Ты знакома с женщиной, живущей где-то неподалеку от нас в новом доме... ее зовут миссис Гастингс? — спросила мисс Марпл. — И с особой по имени мисс Бартлетт... кажется, так... которая живет с ней?

— Вы имеете в виду тот дом в конце деревни, который только что отремонтировали и покрасили? Жильцы въехали в него совсем недавно. Я еще не знаю их имен. А что вы хотите знать? Это не слишком интересные люди. Во всяком случае, на мой вкус.

— Они родственницы?

— Нет. Думаю, просто подруги.

— Интересно, почему... — Мисс Марпл оборвала себя на полуслове.

—  Что интересно?

— Ничего. Убери рукоделье с моего маленького столика и принеси перо и писчую бумагу. Я хочу написать письмо.

— Кому бы это? — Черри не стала скрывать естественное любопытство, присущее ее полу.

— Сестре священника, — проговорила мисс Марпл. — Каноника Прескотта.

— Того, с которым вы познакомились за границей, в Вест-Индии? Вы показывали мне его фото в своем альбоме.

—  Да.

— Может, вам нехорошо, а? И вы решили написать священнику и так далее?

— Я чувствую себя как нельзя лучше, — проговорила мисс Марпл, — и хочу как можно скорее взяться за одно дело. Возможно, что мисс Прескотт поможет мне.


Дорогая мисс Прескотт, — писала мисс Марпл, — надеюсь, что Вы не забыли меня. Я познакомилась с Вами и Вашим братом, если помните, в Вест-Индии на острове Сент-Оноре. Надеюсь, что дорогой каноник чувствует себя хорошо, и холодной прошлой зимой не слишком страдал от астмы.

Я пишу Вам, чтобы спросить, не можете ли Вы предоставить мне адрес миссис Уолтерс — Эстер Уолтерс, — которую Вы, может быть, помните по нашим карибским дням. Она была секретарем у мистера Рэфьела. Миссис Уолтерс давала мне свой адрес, однако я, к несчастью, затеряла его. Я хотела написать ей, поскольку теперь располагаю некоей агрономической информацией, о которой она просила меня, хотя прежде не владела ею. Недавно я окольными путями узнала, что она снова вышла замуж, однако мой информант был не совсем уверен в фактах. Быть может, Вам известно о ней больше, чем мне.

Надеюсь, что не причиню Вам особого беспокойства своим письмом. С поклоном Вашему брату и наилучшими пожеланиями Вам самой.

 Искренне Ваша, Джейн Марпл.


Отправив это послание, мисс Марпл почувствовала себя лучше.

— Во всяком случае, — сказала она себе, — я приступила к делу. Не то чтобы я особенно надеялась на результат, но, может быть, оно поможет.

Мисс Прескотт, женщина старательная, ответила на письмо едва ли не с ответной почтой. Написав приятное письмо, она приложила к нему искомый адрес.


Я ничего не слышала непосредственно об Эстер Уолтерс, — писала она, — однако, подобно Вам, слышала от подруги, что она видела извещение о ее новом браке. Теперь она стала, как будто бы, миссис Алдерсон или Андерсон. Она проживает в Уинслоу-лодж, возле Элтона, Ханте. Мой брат передает Вам свои самые наилучшие пожелания. Как печально, что мы живем так далеко друг от друга: мы — на севере Англии, а Вы — к югу от Лондона. Надеюсь, что в будущем какая-нибудь оказия позволит нам встретиться.

  Искренне Ваша,

Джоан Прескотт._


— Уинслоу-лодж, Элтон, — проговорила мисс Марпл, переписывая адрес. — На самом деле не столь уж далеко отсюда. Да. Не так уж и далеко. Я вполне могу осилить дорогу. Не знаю, как будет лучше — возможно, придется воспользоваться одним из такси Инча. Несколько экстравагантный способ, однако в случае каких-нибудь результатов дорогу можно будет оплатить вполне законным образом. А теперь, следует ли заранее предупредить ее письмом, или лучше оставить все на волю случая? На мой взгляд, лучше пусть будет случай. Бедняжка Эстер... Едва ли она вспоминает меня хоть с какой-то симпатией и теплотой.

Мисс Марпл погрузилась в поток воспоминаний, рожденных этой мыслью. Вполне возможно, что ее действия на карибском берегу спасли Эстер Уолтерс от не столь уж далекой насильственной смерти. Во всяком случае, так полагала сама мисс Марпл, но Эстер Уолтерс, безусловно, не была обязана разделять ее точку зрения.