– Разумеется! Это был очень хитрый двойной блеф – изуродованное лицо должно было посеять сомнения при опознании жертвы.

– А как же свидетельство дантиста?

– Сейчас мы к этому подойдем. Морли был мертв и не мог сам давать показания о своей работе. Он бы правильно определил личность убитой. Но в качестве доказательства использовалась медицинская карта – а она была сфальсифицирована. Помните, что обе женщины были пациентками Морли. Все, что требовалось, – это переклеить на картах ярлыки с именами.

Теперь вы должны понимать, что я имел в виду, когда ответил на ваш вопрос, жива мисс Сейнсбери Сил или мертва: «Это зависит от точки зрения». Ибо какую женщину вы имели в виду, говоря о мисс Сейнсбери Сил, – ту, которая исчезла из отеля «Гленгаури-Корт», или настоящую Мабель Сейнсбери Сил?

– Мне известна ваша репутация, мсье Пуаро, – сказал Элистер Блант. – Поэтому я уверен, что у вас должны быть основания для столь необычайного предположения – ибо это всего лишь предположение, не более. Но в целом мне это кажется совершенно фантастичным. Вы утверждаете, что Мабель Сейнсбери Сил была преднамеренно убита и что Морли также убили, чтобы не дать ему идентифицировать ее труп. Но почему? Вот что я хочу знать! Мисс Сейнсбери Сил была абсолютно безобидной женщиной, имевшей много друзей и, безусловно, ни одного врага. Почему понадобилось строить столь изощренный план, чтобы избавиться от нее?

– Почему? Да, это вопрос… Как вы сказали, Мабель Сейнсбери Сил была абсолютно безобидным существом, которое не могло бы убить и мухи. Почему же тогда с ней так хладнокровно и жестоко расправились? Я изложу вам свою точку зрения на эту проблему.

– Да?

Эркюль Пуаро наклонился вперед:

– Я считаю, что Мабель Сейнсбери Сил убили потому, что у нее была хорошая память на лица.

– Что вы имеете в виду?

– Нам удалось разделить эту созданную из двух половинок личность. Настоящая Мабель Сейнсбери Сил – безобидная леди, приехавшая из Индии. Но есть один эпизод, который остается загадкой. Какая из двух мисс Сейнсбери Сил заговорила с вами на пороге дома мистера Морли? Как вы помните, она заявила, что была близкой подругой вашей жены. Судя по словам ее друзей и в свете теории вероятностей этот факт был ложью. Но настоящая мисс Сейнсбери Сил не была лгуньей. Следовательно, это была самозванка, солгавшая ради собственной цели.

– Это очевидный вывод, – кивнул Элистер Блант. – Хотя я все еще не понимаю, что это была за цель.

– Pardon, но давайте сначала рассмотрим другую возможность. Допустим, это была настоящая мисс Сейнсбери Сил. И она не была лгуньей. Значит, эта история правдива.

– Конечно, такой вариант можно рассматривать, но выглядит он маловероятным.

– Да. Но все-таки примем вторую гипотезу как факт – история правдива. Следовательно, мисс Сейнсбери Сил хорошо знала вашу жену. Таким образом, ваша жена должна была принадлежать к тому обществу, с которым мисс Сейнсбери Сил могла быть близко знакома, – англоиндийцам, миссионерам или, если заглянуть в более отдаленное прошлое, актерам. Но это никак не могла быть Ребекка Арнхолт!

Теперь вам ясно, мистер Блант, что я имел в виду, говоря о личной и общественной жизни? Вы крупный банкир. Но вы также человек, который женился на богатой женщине. А до этого брака вы были всего лишь младшим партнером в фирме неподалеку от Оксфорда.

Вот тут я начал смотреть на дело с правильной точки зрения. Расходы не имеют значения? Для вас – естественно. Человеческая жизнь – тоже, вы ведь в своей сфере долгое время были практически диктатором, а для диктаторов важна только собственная жизнь.

– К чему вы клоните, мсье Пуаро? – спросил Элистер Блант.

– К тому, мистер Блант, – спокойно ответил Пуаро, – что, когда вы вступили в брак с Ребеккой Арнхолт, вы уже были женаты. Что, ослепленный перспективой не столько богатства, сколько власти, вы утаили этот факт и сознательно пошли на двоеженство. Что ваша настоящая жена смирилась с этой ситуацией.

– И кто же была эта настоящая жена?

– Та, которая под именем миссис Элберт Чепмен проживала в Кинг-Леопольд-Мэншенс – удобном месте, расположенном менее чем в пяти минутах ходьбы от вашего дома на набережной Челси. Вы воспользовались именем настоящего секретного агента, понимая, что это подкрепит ее намеки на то, что муж якобы занимается разведывательной деятельностью. Ваш план сработал отлично. Не возникло ни малейшего подозрения. Но факт оставался фактом – вы никогда не состояли в законном браке с Ребеккой Арнхолт и были виновны в двоеженстве. По прошествии многих лет вы перестали думать об опасности. Но она грянула как гром среди ясного неба. Она появилась в облике назойливой женщины, которая помнила вас спустя почти двадцать лет как мужа своей подруги. Случай привел ее в эту страну, позволил встретить вас на Куин-Шарлотт-стрит, а вашей племяннице – услышать то, что она сказала. Если бы не это, я никогда бы ни о чем не догадался.

– Я сам вам об этом рассказал, мой дорогой Пуаро.

– Нет, сделать это вас уговорила мисс Джейн, а вы не могли слишком резко протестовать, опасаясь, как бы это не вызвало подозрения. После той встречи произошел еще один злосчастный (с вашей точки зрения) эпизод. Мабель Сейнсбери Сил встретила Амбериотиса, пошла с ним на ленч и разболтала ему о встрече с мужем подруги – «после стольких лет… конечно, он выглядит старше, но почти не изменился!» Признаю, что с моей стороны это чистая догадка, но я уверен, что было именно так. Не думаю, чтобы Мабель Сейнсбери Сил хотя бы на минуту осознала, что мистер Блант, за которого вышла замуж ее подруга, ныне является едва ли не самой значительной теневой фигурой в финансовом мире. В конце концов, ваша фамилия достаточно распространена. Но не забывайте, что Амбериотис, помимо шпионской деятельности, занимался и шантажом. У шантажистов профессиональное чутье на тайны. Амбериотис заинтересовался услышанным. Выяснить, кто такой мистер Блант, не составляло труда. Уверен, что после этого он написал или позвонил вам… Да, для Амбериотиса это была золотая жила. – Сделав паузу, Пуаро добавил: – Существует лишь один способ борьбы с опытным шантажистом – заставить его замолчать. Смысл дела заключался не в том, что «Блант должен уйти», как я ошибочно предполагал, а в том, что уйти должен Амбериотис. Но путь оставался тем же самым! Легче всего расправиться с человеком, когда он утрачивает бдительность. А где человек утрачивает бдительность сильнее, чем в кресле дантиста?

Пуаро снова помолчал. На его губах мелькнула улыбка.

– Одна из важнейших деталей этого дела всплыла очень рано. Мальчик-посыльный Элфред читал криминальный роман под названием «Смерть в одиннадцать сорок пять». Нам следовало счесть это за предзнаменование. Ибо Морли, разумеется, был убит примерно в это время. Вы застрелили его перед уходом. Потом нажали кнопку вызова, открыли краны в умывальнике и вышли из комнаты. Вы все рассчитали таким образом, чтобы спуститься по лестнице, когда Элфред будет поднимать в лифте фальшивую Мабель Сейнсбери Сил. Вы действительно открыли входную дверь и, возможно, даже вышли из дома, но, как только дверцы лифта захлопнулись и лифт начал подниматься, вы снова проскользнули внутрь и поднялись наверх.

Благодаря собственным визитам я знаю, что делал Элфред, подняв в кабинет пациента. Он стучал в дверь, открывал ее и отходил в сторону, пропуская пациента внутрь. Был слышен шум воды, значит, Морли, как обычно, мыл руки. Но Элфред не мог его видеть.

Как только Элфред снова спустился в лифте, вы проскользнули в кабинет, вместе с вашей сообщницей подняли тело и перетащили его в соседнюю комнату. Потом вы быстро отыскали карты миссис Чепмен и мисс Сейнсбери Сил и поменяли местами имена. Вы надели белый парусиновый пиджак; возможно, ваша жена вас слегка подгримировала. Большего не требовалось – это был первый визит Амбериотиса к Морли. С вами он никогда не встречался, а ваши фотографии редко появляются в газетах. Кроме того, почему он должен был что-то заподозрить? Шантажист не опасается своего дантиста. Мисс Сейнсбери Сил спускается вниз, и Элфред провожает ее к выходу. Из кабинета звонят, и Амбериотис поднимается наверх. Он застает дантиста моющим руки за дверью. Его сажают в кресло, и он указывает на больной зуб. Новокаин и адреналин наготове. Вы произносите привычные в таких обстоятельствах слова – объясняете, что лучше заморозить десну. Потом вы вводите пациенту смертельную дозу, и так умело, что он не обнаружил у вас недостатка зубоврачебного опыта!

Ничего не подозревая, Амбериотис уходит. Вы притаскиваете назад тело Морли, слегка волоча его по ковру, так как теперь вам приходится действовать в одиночку, и оставляете его на полу. Потом вы вытираете пистолет, вкладываете ему в руку и вытираете дверную ручку, чтобы ваши отпечатки пальцев не остались на ней последними. Использованные инструменты положены в стерилизатор. Вы покидаете кабинет, спускаетесь по лестнице и выскальзываете на улицу в подходящий момент. Это единственная опасная фаза вашего предприятия.

Все должно было пройти хорошо. Два человека, угрожавшие вашей безопасности, мертвы. Третий – Морли – тоже мертв, но это, с вашей точки зрения, было неизбежно. И все так легко объяснить! Морли покончил с собой из-за того, что ошибочно ввел Амбериотису смертельную дозу. Две смерти в результате несчастного случая.

Но, на вашу беду, я оказался на месте преступления. У меня возникают сомнения и возражения. Все идет не так гладко, как вы надеялись. Необходима вторая линия обороны. В случае надобности должен появиться козел отпущения. Вы уже осведомлены об обстановке в доме Морли и полагаете, что на эту роль подойдет Фрэнк Картер. Ваша сообщница пристраивает его к вам садовником якобы по поручению секретной службы. Если он позднее расскажет эту нелепую историю, ему никто не поверит. Своим чередом будет обнаружено тело в сундуке для меха. Сначала сочтут, что это труп мисс Сейнсбери Сил, потом произведут стоматологическую экспертизу, и возникнет сенсация! Это может показаться слишком сложным, но вам это необходимо. Вы не хотите, чтобы вся полиция Англии разыскивала пропавшую миссис Элберт Чепмен. Пускай лучше она будет считаться мертвой, а полиция ищет Мабель Сейнсбери Сил – скорее всего, они никогда ее не найдут. Кроме того, благодаря вашему влиянию вы можете устроить так, чтобы дело замяли.