Рэймонд Чандлер - Рассказы

— Что-о?!

Миссис Сайп протянула руку и коснулась пальцем одной из жемчужин. Я все еще держал их на ладони.

— И тогда он достал себе эти, — продолжала она. — В Сиэтле. Они пустые, наполненные белым воском. Я забыла, как называется этот способ. Они имеют очень красивый вид. Правда, я никогда не видела настоящих жемчужин.

— Зачем были они нужны ему? — хрипло спросил я.

— Неужели вы не понимаете? Ведь это и был его грех. Он хотел спрятать его в пустыне. В этой пустыне. Он спрятал их в рыбках. И знаете… — Она наклонилась ко мне, медленно и очень серьезно добавила: — Иногда мне кажется, что, в конце концов, он и в самом деле поверил, будто прячет настоящие жемчужины.

— Миссис Сайп, я простой человек, — сказал я. — Боюсь, что понять идею с козлом отпущения мне будет немного трудно. Думаю, он просто силился сам себя обмануть, как всякий человек, который многое в жизни проиграл.

Женщина снова улыбнулась.

— Возможно, вы правы. А вот я… — Она развела руками. — А впрочем, какое это имеет теперь значение? Можно мне сохранить их на память?

— Сберечь на память?

— Ну, эти… липовые жемчужины. Ведь вы…

Я поднялся. Старый спортивный «форд» без крыши карабкался на холм. У мужчины за рулем сияла на груди большая звезда. Шум мотора напоминал урчание старого лысого шимпанзе в зоопарке.

Миссис Сайп стояла с полуоткрытой ладонью и но, умоляюще смотрела на меня.

Я улыбнулся ей неожиданно зло.

— Что и говорить, хорошо же вы сыграли свою роль, — бросил я. — А я, черт возьми, чуть не поверил. У меня аж мороз по коже пошел. Вот так, леди! Но вы сами помогли мне. Вам не очень идет слово «липовые». И кольтом вы владеете искусно, и жалости не знаете. Да и последние слова Сайпа были уж слишком ясные. «Телескопы, Телескопы…» Он бы не тревожился, если б они были фальшивые.

Какое-то мгновение ее лицо ничего не выражало, но не долго. В ее взгляде промелькнуло что-то ужасное, ярость и презрение. Она вытянула губы и плюнула в меня. А потом бросилась в дом и оглушительно хлопнула за собой дверью.

Я спрятал свои будущие двадцать пять тысяч в карман жилета.

Следовательно, двенадцать с половиной тысяч мне и столько же — Кейти Хорн.

Представляю себе ее глаза, когда я принесу ей чек! Она положит его в банк и будет ждать, когда ее Джонни выпустят под залог из Сент-Квентинской тюрьмы.

Спортивный «форд» остановился за двумя другими машинами. Мужчина за рулем сплюнул в сторону, поставил машину на ручной тормоз и выскочил из машины. Это был большой мужчина в рубашке с короткими рукавами.

Я отправился по лестнице вниз, ему навстречу.

Когда я впервые встретил Ларри Батцеля, тот был в стельку пьян. Он сидел за рулем подержанного «роллс-ройса» у ресторана Сарди с высокой блондинкой, глаза которой навсегда врезались мне в память.

Второй раз я встретил его, когда у него уже не было ни «роллс-ройса», ни блондинки, ни работы в кино. На нем был мятый костюм, и его руки дрожали — типичный алкаш. Ларри меня вспомнил. Бутылка виски и полпачки сигарет помогли ему прийти в себя. Потом время от времени я виделся с ним в периоды, по его словам, «межсезонья». Ларри занимал у меня деньги. Не знаю даже, почему я их ему давал. Он оставался порядочной сволочью с невинными телячьими глазами, в глубине которых скрывалось что-то детское и чистое. Что-то такое, с чем мне редко приходилось сталкиваться в своей работе.

Самое смешное, что в то время он работал на довольно крутую шайку, перевозил спиртное. Было это еще до отмены сухого закона. Потом окончательно перестал сниматься в фильмах и на глаза мне больше не попадался.

Но однажды, совершенно неожиданно, я получил чек на всю сумму его долга и записку, из которой следовало, что теперь Ларри работает в игорном зале в клубе «Дарданелла». Он хотел со мной встретиться. Мне стало ясно, что Батцель занялся грязными делишками.

Я не стал с ним встречаться, но для себя разузнал, что заведение принадлежит Джону Месарви, женатому на блондинке с глазами, так поразившими меня при первой встрече с Ларри. Но все равно я туда не пошел.

В одно прекрасное утро меня разбудила темная фигура, которая неизвестно каким образом оказалась у моей постели. Шторы были задернуты. Наверное, этот звук и разбудил меня. Мужик был здоровенный и держал в руке «кольт». Я протер глаза.

— О'кей, — произнес я кисло. — В карманах брюк есть монет двенадцать, и наручные часы потянут долларов на тридцать. Не такой уж и большой улов.

Человек подошел к окну, слегка раздвинул шторы и посмотрел на улицу. Затем он повернулся ко мне, и я узнал Ларри Батцеля.

Его небритое лицо выглядело усталым и изможденным. Темное двубортное пальто было накинуто на смокинг, лацкан которого украшала роза.

Он сел, удивленно уставился на пистолет, будто не соображая, как тот попал ему в руку, и, нахмурившись, спрятал его.

— Собирайся, довезешь меня до Берду. Мне срочно надо смыться из города. Меня засекли.

— О'кей, — согласился я. — Расскажи, что случилось.

Я сел на постели, спустил ноги на пол и прикурил сигарету. Было полшестого.

— Открыл твой замок кусочком целлулоида, — начал Ларри. — Тебе бы надо время от времени закрываться на щеколду по ночам. Не знал, которая твоя квартира, да и не хотелось поднимать на ноги весь дом.

— В следующий раз посмотри на почтовые ящики. Там фамилии жильцов, — посоветовал я. — Ну да ладно. Колись. Ты что, пьян?

— Хотел бы, но сначала нужно отсюда дернуть. За мной охотятся. Сам я уже не тот, что раньше. Ты, конечно, читал об исчезновении О'Мары?

— Ну.

— Все равно слушай.

— Пара глотков нам не помешает, — предложил я. — Виски там, на столе.

Он быстро налил себе и мне. Я надел халат и всунул ноги в шлепанцы. Зубы Ларри отбивали дробь о край стакана. Поставив его на стол, Ларри крепко сжал руки.

— Я неплохо знал Дада О'Мару. Вместе возили спиртное из Хьюнем-Пойнта. Даже втрескались в одну и ту же девочку. Теперь та, правда, замужем за Джо Месарви. А Дад женился на пяти миллионах долларов. На чокнутой разведенной дочке генерала Дейда Уинслоу.

— Знаю все это, — вставил я.

— Ну да. Все равно слушай. Та выбрала его, как я бы выбрал стакан в баре. Но такая жизнь была не по нему. Думаю, Дад продолжал встречаться с Моной. К тому же он прознал, что Джо Месарви вместе с Лэшем Игером держат еще и перевалочный пункт для ворованных машин. Вот те и кокнули его.

— Это они могут, черт побери, — ругнулся я. — Выпьешь еще?

— Нет. Слушай дальше. Есть два момента. В ночь, когда О'Мара задернул занавес, — нет, не в тот день, когда газеты сообщили об этом, — Мона Месарви тоже исчезла. Только не по-настоящему. Ее спрятали в развалюхе в паре миль от Реалито. Это рядом с гаражом одного типа по имени Арт Хак. Тот занимается крадеными машинами и тому подобным. Я это выяснил. Проследил за Джо.

— А тебе-то какое дело? — поинтересовался я.

— Говорю тебе все это потому, что ты когда-то здорово выручил меня. Можешь этим заняться, когда я смоюсь. Ее там спрятали, чтобы все выглядело, будто Дад скрылся вместе с ней. Естественно, полиция не настолько глупа, чтобы не допросить Джо после этих исчезновений. Но они не нашли Мону, хотя у них целая система по розыску пропавших людей.

Ларри встал и снова подошел к окну, выглянул из-за шторы на улицу.

— Внизу стоит голубой «седан». Похоже, я его уже где-то видел, — задумчиво произнес он. — А может быть, и нет. Таких сейчас море.

Ларри снова сел. Я молчал.

— Местечко это сразу же за Реалито, по первой боковой дороге на север от бульвара Футхил. Мимо не проедешь. Гараж и рядом дом, других строений там нет. Дальше старый цианидовый завод. Говорю все это…

— Это один момент, — прервал я его. — А второй?

— Тот, кто возит Лэша Игера, пару недель назад мотался на Восток. Был на мели. Я дал ему пятьдесят зеленых. Тот проговорился, что Игер ездил в поместье Уинслоу в ту ночь, когда исчез О'Мара.

Я уставился на Ларри.

— Интересно. Но все равно мало, чтобы что-то предпринимать. В конце концов, на это есть полиция.

— Ну да. Еще кое-что. Вчера я надрался и брякнул Игеру, что мне известно. Потом уже уволился из «Дарданеллы». Кто-то стрелял в меня у дома, где я живу. С тех пор скрываюсь. Ну, отвезешь меня в Берду?

Я встал. Была теплая майская ночь, но меня бил озноб. И Ларри выглядел замороженным, хотя был в пальто.

— Конечно, — решился я. — Не паникуй. Выпей еще. Ты же точно не знаешь, что именно они кокнули О'Мару.

— Если Дад разузнал о делах Лэша и Джо с крадеными машинами, а ведь Мона, жена Джо, то наверняка разъярился. Вот они его и прикончили.

Я встал и направился в ванную. Ларри снова подошел к окну.

— Все еще там, — бросил он через плечо. — В тебя могут стрелять, когда повезешь меня.

— Не хотелось бы этого.

— Нормальный ты парень, Кармади. Будет дождь. Больше всего на свете не хочу, чтобы меня хоронили в дождь. А ты как?

— Много болтаешь, — с этими словами я закрылся в ванной.

Откуда мне было знать, что этот разговор с Ларри станет последним?

Пока я брился, было слышно, как Ларри ходил туда-сюда по комнате. Потом я принял душ. Выйдя из ванной, понял, что Ларри ушел. Накинул халат и выглянул в вестибюль: никого, только молочник спускается с верхних этажей, расставляя у дверей пакеты с бутылками.

— Эй, — окликнул я его, — парень тут не проходил?