— Мне не нужны документы. Я сам ручаюсь за себя.

Он вопил, как проклятый демон, возможно, в него вселился дух какого-нибудь замученного его придирками сержанта. Его загорелое лицо сперва побагровело, потом позеленело.

Я спросил ледяным тоном:

— Вы действительно полковник Блэквелл? По тому, как вы сюда ворвались, я решил, что вы психически больной. Сейчас очень много психов.

Женщина с очень длинными розовыми волосами выглянула из коридора, держа в кулаке длинную нитку искусственного жемчуга. Это была мисс Дитмар, глава агентства моделей.

— Все в порядке?

— Все в пределах нормы, — ответил я. — Мы только что провели соревнование по воплю. Этот джентльмен победил.

Полковник не мог вынести разговора о своей особе в таком тоне. Он повернулся ко мне спиной, лицом к стене, и замер. Мисс Дитмар сочувственно махнула мне рукой и удалилась, помахивая гривой розовых волос, оставив за собой пряный запах дорогих духов.

Дверь непосредственно в контору была открыта. Миссис Блэквелл успокоилась, а именно это и было моей целью.

— Это мираж? — поинтересовалась она. — Мисс Дитмар из соседнего агентства. Ее встревожил шум. Она постоянно нервничает из-за меня.

— Я должна принести извинения, — сказала Изобел, искоса посмотрев на мужа, — за нас обоих. Мне не следовало приезжать сюда. Вы оказались между двух огней.

— Пустяки, мне не впервой.

— Вы очень любезны.

Наконец Блэквелл решил повернуться к нам лицом. Его глаза смотрели обиженно, словно его молодая жена отвергла его, похвалив меня. Он попытался прикрыть свои чувства широкой улыбкой.

— Не начать ли нам сызнова в более низкой тональности?

— Это меня устраивает, полковник.

— Прекрасно.

Ему понравилось, что я назвал его полковником. Он оценивающе осмотрел мою приемную, как если бы предполагал ее переоборудовать на свой манер. Потом так же посмотрел на меня и проговорил:

— Я сейчас присоединюсь к вам в вашем кабинете, но сначала провожу миссис Блэквелл в машину.

— В этом нет необходимости, Марк, я и сама…

— Я настаиваю.

Он предложил ей руку, и она оперлась о нее. Хотя он был высокий и горластый, у меня возникло ощущение, что она поддерживает его.

Сквозь жалюзи я наблюдал, как они вышли из парадного и завернули на боковую улочку. Шагали они удивительно пристойно, будто шли на похороны.

Мне понравилась Изобел Блэквелл, что же касается ее мужа, я надеялся, что он не вернется.

Глава 2

Однако он вернулся. По его физиономии я не мог догадаться, о чем он беседовал с супругой. Полковник протянул мне руку через стол, но мне он все равно не нравился.

Он это сразу почувствовал, что было поразительно для человека его темперамента и рода занятий, и попытался наладить отношения:

— Вы не представляете, в каком напряжении я живу. Объединенные усилия двух женщин… — Марк Блэквелл замолчал, решив не заканчивать предложение.

— Миссис Блэквелл сообщила мне про ваши волнения.

— Она мне сказала. Полагаю, она не хотела никого обидеть, явившись сюда. Но, черт возьми, если жена не поддерживает мужа, то на кого же ей еще рассчитывать?

— Как я понял, у вас с ней разошлись мнения о предполагаемом зяте?

— Берк Дэмис — не мой предполагаемый зять. Я не намерен допустить свадьбу!

— Почему?

Он сверкнул на меня глазами.

— У моей жены обычное женское заблуждение, что все браки совершаются на небесах. По всей видимости, она заразила и вас.

— Я задал простой вопрос о свадьбе. Не хотите ли сесть, полковник?

Он сел, не сгибая спины, на тот же стул, где только что сидела его жена.

— Этот тип — охотник за приданым, если не хуже. Я подозреваю, что он из тех самонадеянных голубчиков, которые делают себе карьеру, женившись на глупых девушках.[28]

— Вы располагаете доказательствами?

— Доказательства написаны у него на лице, они заключаются в его манерах, в характере отношений с моей дочерью. Он сделает ее, самое малое, несчастной.

Тревога за дочь чувствовалась в его голосе, он больше не гремел самоуверенно. Нет, полковник вовсе не был напыщенным ничтожеством, как я решил с первого взгляда.

— Каковы же их отношения?

Он придвинул вперед свой стул.

— Они односторонни. Харриет дает ему все: свои деньги, любовь, свою привлекательность, Дэмис взамен — ничего. Он НИЧТОЖЕСТВО, человек ниоткуда. Разве что с Марса. Изображает серьезного художника, но я кое-что знаю о живописи. Ему бы я не поручил даже покрасить свой сарай. Никто никогда не слыхал про него, я навел справки.

— Какого рода?

— Поспрашивал парня в художественном музее. Он знаток современной американской живописи. Это имя ему ни о чем не говорит.

— Все забито современными американскими художниками, все время появляются новые имена.

— Да, и многие из них бездарные обманщики. Вот и мы столкнулись с таким. Я говорю о Берк Дэмисе. По всей вероятности, это псевдоним, который он сам для себя придумал.

— Что заставляет вас так думать?

— Потому что он не дал оснований думать иначе. Я попытался расспросить о его происхождении. Он отвечал уклончиво. Когда я поинтересовался, из каких он мест, он назвал Гвадалахару в Мексике. Но он явно не мексиканец, он сам признался, что является уроженцем Штатов, но не сообщил точно место рождения. Я не смог выяснить, кто его родители, чем он зарабатывал на жизнь, есть ли у него родня. Когда я нажал на него, то он заявил, что у него никого нет.

— Может быть, и так. Бедный парень, вероятно, застенчив, теряется, в особенности под перекрестным допросом.

— Он не мальчик, и никакого допроса я не устраивал, ну а застенчив он, как дикий кабан.

Полковник сидел на стуле. Он ни разу не улыбнулся, только изредка осторожно проводил рукой по белым волосам, стараясь не нарушить идеально ровный пробор.

— Вы ясно демонстрируете, что, по вашему мнению, я неправильно подхожу к проблеме. Уверяю вас, это не так. Не знаю, что именно сообщила вам моя жена и что из этого было верно, объективно верно. Одно несомненно, моя дочь, которую я искренне люблю, потеряла голову из-за какого-то проходимца.

— Миссис Блэквелл упоминала, — начал я осторожно, — что подобная ситуация уже возникала ранее.

— Несколько раз. Харриет страшно хочет выйти замуж. К несчастью, у нее это сочетается с талантом избирать никуда не годных молодых людей. Не поймите меня неправильно. Я не против ее замужества. Я хочу, чтобы моя дочь вышла замуж за достойного человека и в положенное время. Но идея спешить под венец с парнем, которого она едва знает…

— Сколько времени она знакома с Дэмисом?

— Не больше месяца. Она встретилась с ним в Андиджике на озере Чапала. Я сам бывал в Мексике и знаю, с какими проходимцами можно там столкнуться, если не быть осторожным. Это неподходящее место для неопытной молодой особы. Теперь-то я понимаю, что мне не следовало ее туда отпускать.

— Могли бы вы ее удержать?

Полковник смутился:

— Дело в том, что я не старался. У нее была скучная зима, я понимал, что ей необходимо сменить обстановку. Я был уверен, что она остановится у матери, моей бывшей жены, которая проживает в Андиджике. Мне не следовало бы думать о том, что на Полайн нельзя рассчитывать. Я вообразил, что она станет присматривать за дочерью. Вместо этого Полайн предоставила ей полную свободу.

— Извините меня за неделикатность, но вы говорите о своей дочери так, будто она нуждается в особом надзоре. Она, случайно, не умственно отсталая?

— Ничего похожего! Харриет нормальная молодая девушка, рассудительная и разумная. Я сам занимался ее образованием. После того как Полайн посчитала возможным покинуть нас, я стал для своей дочери и матерью, и отцом. Мне тяжко ответить ей отказом на просьбу разрешить выйти замуж. Для нее это окажется тяжким ударом. Но через полгода все забудется. Если бы она вышла за Дэмиса, их брак не продлился бы долее, ибо через шесть месяцев он наложил бы руки на ее деньги, а ему ничего иного и не требуется.

Полковник подпер голову кулаками и искоса посмотрел на меня.

— Моя жена, несомненно, сообщила вам, что в деле замешаны деньги?

— Она не сказала, сколько.

— Моя покойная сестра Ада оставила ей полмиллиона, которыми Харриет сможет распоряжаться самостоятельно, как только ей исполнится двадцать пять лет. Приблизительно столько же Харриет получит после моей смерти.

Мысль о собственной кончине опечалила его, но моментально грусть сменило негодование. Он наклонился и так сильно ударил кулаком по столу, что чернильный прибор подпрыгнул кверху.

— Никакому вору не удастся запустить лапу в этот капитал!

— Вы абсолютно уверены, что Берк Дэмис вор?

— Я знаю людей, мистер Арчер.

— Расскажите мне о других юношах, за которых Харриет хотела выйти замуж. Это может помочь мне разобраться в ее поведении.

— Мне неприятно о них вспоминать… Одному было за сорок, на его счету два расторгнутых брака и несколько детей. Потом был тип, именовавший себя народным певцом. Бородатое ничтожество. Третий — декоратор в Беверли Хиллз, маменькин сыночек, влюбленный в себя прожигатель жизни, и все они открыто охотились за ее деньгами. А когда я с ними откровенно поговорил, они живенько отступили, позабыв о своей «великой любви».

— Что делала Харриет?

— Пришла в себя. Теперь она видит их так, как я видел их с самого начала. И если мы помешаем ей наделать в спешке глупостей, она и в Дэмисе вскоре разберется.

— Должно быть, приятно иметь глаза с рентгеновскими лучами!

Мистер Блэквелл долго смотрел на меня из-под своих кустистых бровей.