Она порылась в сумочке, повернула ее, открыла маленький боковой кармашек на молнии, достала сложенный лист бумаги и бросила на стол.

Конант пристально посмотрел на девушку, взял документ, развернул и стал читать.

– Это ничего не доказывает, – произнес он.

Кармади вынул из кармана левую руку и потянулся за листком. Конант подвинул документ к нему.

Это была заверенная копия свидетельства о рождении, датированного 1912 годом. Документ удостоверял рождение девочки Адрианы Джинни Майерсон у Джона и Антонины Джинни Майерсон. Кармади вернул листок на стол.

– Адриана Джинни – Джин Адриан. Что скажешь, Конант?

Конант покачал головой:

– Шенвейр струсил. Разболтал Кортуэю. Он был напуган. И спрятался в этой берлоге. Думаю, поэтому его убили. Тарго никак не мог его пристрелить – он до сих пор за решеткой. Может, я и ошибался на твой счет, Кармади.

Кармади молча, с непроницаемым лицом смотрел на него.

– Это моя вина, – сказала Джин Адриан. – Я одна во всем виновата. Все это так мерзко. Теперь я понимаю. Я хотела бы увидеться с ним, извиниться и сказать, что он обо мне больше никогда не услышит. Только пусть пообещает не трогать Дюка Тарго. Можно?

– Вам все можно, ангел. Тому гарантией мои два пистолета. Но почему вы ждали так долго? И почему не обратились в суд? Вы же работаете в шоу-бизнесе. Реклама вам в любом случае не повредит – даже если вы проиграете дело.

Девушка прикусила губу.

– Моя мать не знала, кто он такой, – тихо сказала она. – Не знала, как его теперь зовут. Для нее он оставался Джоном Майерсоном. Я тоже не знала, пока не приехала сюда и не увидела фотографию в местной газете. Он изменился, но я узнала это лицо. И первая часть его имени…

– Ты не пошла в суд, так как прекрасно знаешь, что ты не его дочь. Мать просто натравила тебя на него – обычное дело для дешевки, лишившейся содержания. Кортуэй клянется, что может все доказать. Что докажет и упрячет тебя за решетку. Поверь, сестренка, упрямый кретин готов ради этого пожертвовать политической карьерой, вороша грязное белье двадцатипятилетней давности. – Здоровяк в ярости выплюнул окурок сигареты. – Я потратил кучу денег, чтобы засунуть его в сенат, и сделаю все, чтобы он там оставался. Вот почему я ввязался в эту историю. Нет уж, сестренка. Я не отступлюсь. Тебе лучше убраться отсюда, и как можно дальше. А твой приятель с двумя пушками… может, он ничего и не знал, но теперь-то знает, и вы с ним в одной лодке. – Конант похлопал рукой по крышке стола и, откинувшись назад, спокойно посмотрел на вороненый револьвер в руке Кармади.

– Тот бандит сегодня вечером у Сирано – это не твоя идея, Конант? Малость припугнуть, на всякий случай.

Конант ухмыльнулся и покачал головой. Дверь с лестничной площадки бесшумно приоткрылась, но Кармади, не отрывавший взгляда от Конанта, ничего не заметил. В отличие от Джин Адриан.

Глаза девушки широко открылись, и она попятилась, испуганно вскрикнув. Кармади повернулся к ней.

В дверь неслышно проскользнул альбинос; в руке у него был пистолет.

Его красные глаза блестели, маленький рот растянулся в злобной ухмылке.

– Тонкая дверь, босс. Я все слышал. Это ничего?.. Бросай пушку, землячок, или от вас двоих мокрого места не останется.

Кармади чуть повернулся к двери и разжал пальцы правой руки, так что вороненый револьвер со стуком упал на тонкий ковер. Затем пожал плечами и развел руки; на Джин Адриан он не смотрел.

Альбинос отделился от двери, медленно подошел к Кармади и приставил пистолет к его спине.

Конант встал, обогнул стол, вытащил «люгер» из кармана пальто Кармади, подбросил на ладони и, ни слова не говоря, ударил Кармади сбоку в челюсть. Выражение лица у него при этом оставалось бесстрастным.

Кармади обмяк, словно пьяный, повалился на пол и остался лежать на боку.

Джин Адриан с криком бросилась на Конанта, целясь ногтями ему в лицо. Он оттолкнул девушку, переложил пистолет в левую руку и ударил ее по щеке жесткой ладонью:

– Уймись, сестренка. Ты уже достаточно повеселилась сегодня.

Альбинос вышел на лестничную площадку и позвал двух остальных бандитов. Они поднялись на чердак и остановились, ухмыляясь.

Кармади не шевелился. Постояв немного, Конант закурил очередную сигарету и принялся барабанить по столу костяшками пальцев рядом с копией свидетельства о рождении.

– Она хочет повидаться со стариком, – мрачно произнес он. – Это можно устроить. Поедем к нему все вместе. Но все равно это дело сильно воняет. – Он повернулся к грузному бандиту. – Вы с Левшой отправляйтесь в полицейское управление, заберите Тарго и сразу же везите к сенатору домой. И поживей.

Двое бандитов спустились вниз.

Конант посмотрел на лежащего Кармади, легонько пнул в ребра и продолжал пинать, пока тот не открыл глаза и не пошевелился.

9

Машина ждала на вершине холма перед высокими коваными воротами с будкой привратника. Дверь будки была открыта, и желтый свет из нее падал на крупного мужчину в пальто и надвинутой на глаза шляпе. Он медленно шел под дождем, засунув руки в карманы.

Альбинос прислонился к стойке ворот; зубы у него стучали.

– Чего вам? Я вас вижу, – произнес привратник.

– Открывай, болван. Мистер Конант хочет видеть твоего босса.

– Ну и что? Знаете, который теперь час? – Человек за воротами сплюнул в темноту.

Внезапно Конант открыл дверцу, вышел из машины и направился к воротам. Шум дождя заглушал голоса у ворот.

Кармади медленно повернул голову к Джин Адриан и похлопал по руке. Девушка поспешно отдернула руку.

– Это глупо… так глупо! – прошептала она.

Кармади вздохнул:

– Я отлично провожу время. Получаю удовольствие.

Человек за воротами достал ключи на длинной цепочке, отпер замок и потянул створки к себе, пока они не защелкнулись в упорах. Конант и альбинос вернулись к машине.

Конант стоял под дождем, поставив ногу на подножку. Кармади вытащил из кармана большую фляжку, пощупал, не помялась ли она, отвинтил крышку и протянул девушке:

– Выпейте, это вас подбодрит.

Она не ответила и не пошевелилась. Кармади сделал несколько глотков виски, убрал фляжку и посмотрел мимо широкой спины Конанта на мокрые деревья и огоньки освещенных окон, которые словно висели в воздухе.

На вершину холма поднялась еще одна машина, пронзая ночь светом фар, и остановилась у седана. Конант подошел к ней, просунул голову внутрь и что-то сказал. Машина сдала назад, свернула на дорожку, и свет ее фар выхватил из темноты подпорные стенки, затем исчез и вновь появился в конце дорожки в виде двух белых овалов на каменной арке, ведущей во внутренний двор.

Конант забрался в седан, и они последовали за первой машиной. На круглой бетонной стоянке, окруженной кипарисами, все вышли.

В проеме широкой двери на крыльце дома стоял человек в купальном халате. Тарго, которого с двух сторон крепко держали двое, уже поднимался по ступенькам. Он был без пальто и без шляпы. Его массивная фигура в белом пиджаке выглядела огромной по сравнению с двумя бандитами.

Поднявшись по лестнице, вся компания проследовала за дворецким в халате. Миновав коридор, увешанный портретами чьих-то предков, они попали в овальную прихожую, затем в другой коридор и наконец оказались в обшитом деревянными панелями кабинете, с неярким освещением, тяжелыми занавесями на окнах и глубокими кожаными креслами.

Позади большого письменного стола из темного дерева, расположившегося в нише между двумя книжными шкафами, стоял человек. Он был неимоверно высок и тощ. Седые волосы, очень густые и тонкие, напоминали шапку. Маленький прямой рот, черные глаза, казавшиеся плоскими, и белое морщинистое лицо. Худое, почти хрупкое, слегка сутулое тело старика пряталось в складках синего вельветового халата на шелковой подкладке.

Дворецкий закрыл дверь, но Конант снова открыл ее и кивнул двум бандитам, которые привели Тарго. Затем они вышли. Альбинос подтолкнул Тарго к креслу. Боксер выглядел оглушенным и растерянным. Пол-лица в грязи, глаза пустые, как у наркомана.

Девушка бросилась к нему:

– Дюк… Как ты, Дюк?

Тарго заморгал и криво улыбнулся:

– Значит, тебе пришлось расколоться? Ладно. Не переживай. Со мной все нормально. – Его голос звучал как-то неестественно.

Джин Адриан отошла от него, села с кресло и съежилась, словно замерзла.

Высокий человек по очереди окинул всех присутствующих холодным взглядом:

– Шантажисты… какая необходимость привозить их сюда посреди ночи?

Конант стянул пальто и бросил на пол, за торшер. Затем закурил и остановился посреди комнаты, широко расставив ноги, – большой, грубый, сильный, уверенный в себе мужчина.

– Девчонка хотела встретиться с тобой, извиниться и сказать, что готова пойти на попятную. Парень в костюме цвета мороженого – это Тарго, боксер. Устроил стрельбу в ночном клубе и так буянил в полиции, что копам пришлось напичкать его снотворным, чтобы успокоить. Другой парень – Кармади, сын старика Маркуса Кармади. Его я еще не раскусил.

– Я частный детектив, сенатор, – сухо объяснил Кармади. – Представляю интересы своей клиентки, мисс Адриан, – добавил он и рассмеялся.

Девушка бросила на него быстрый взгляд и снова уставилась в пол.

– Шенвейра – вы о нем знаете – застрелили. Не мы. Тут тоже нужно кое-что прояснить.