При виде Поля Делангуа она покачнулась и словно протянула руку, пытаясь за что-то ухватиться. Полковник Мелроуз тотчас поспешил ей на помощь.

- Все в порядке, леди Дуайтон. Пожалуйста, не волнуйтесь.

- Я не понимаю... Зачем здесь мистер Делангуа? Делангуа шагнул к ней.

- Лора, Лора! Зачем ты это сделала?

- Зачем.., что?

- Я все знаю. Ты пошла на это ради меня. Ты ведь думала, что это я... В конце концов, это было бы естественно. И все же... О, мой ангел!

Полковник Мелроуз многозначительно кашлянул. Он вообще не любил разных там эмоций, а уж подобных представлений тем более терпеть не мог.

- Если мне будет позволено вмешаться, леди Дуайтон, вы с мистером Делангуа счастливо отделались. Он, видите ли, тоже явился "признаваться" в совершении убийства, - да не волнуйтесь вы так, не совершал он его! А теперь - хватит играть в кошки-мышки, пора наконец выяснить истину. Итак, леди Дуайтон, дворецкий утверждает, что в половине седьмого вы направились в библиотеку, верно ли это?

Лора кинула быстрый взгляд на Делангуа, тот кивнул.

- Говори правду, Лора, - сказал он, - Это единственное, что нам остается.

- Хорошо, я скажу, - сказала она, глубоко вздохнув, и опустилась на стул, который едва успел пододвинуть мистер Саттертуэйт.

- В половине седьмого я действительно спустилась вниз. Войдя в библиотеку, я увидела... Она судорожно сглотнула.

- Так, - мистер Саттертуэйт, наклонившись, легонько похлопал ее по руке. Стало быть, вы увидели?..

- Мой муж сидел спиной к двери, навалившись всем телом на письменный стол. Его голова... И эта лужа крови... Ах, нет!

Она закрыла лицо руками. Начальник полиции сочувственно склонился вперед.

- Простите, леди Дуайтон. Так вы решили, что мистер Делангуа его застрелил? Она кивнула.

- Прости меня, Поль, - проговорила она. - Но ведь ты сам говорил, что.., что...

- Что пристрелю его как собаку, - угрюмо закончил за нее Делангуа. - Помню даже день, когда я это сказал. Тогда я впервые узнал о том, как он над тобой издевается.

Полковник Мелроуз, однако, упорно гнул свою линию.

- Если я вас правильно понял, леди Дуайтон, из библиотеки вы поднялись к себе и.., гм-м.., никому ничего не сказали. Не спрашиваю вас сейчас, почему, меня интересует другое. Вы подходили к письменному столу? Трогали тело?

Она содрогнулась.

- Нет! Нет. Я тут же выбежала из комнаты.

- Так, понятно. Вы можете точно назвать время, когда это было?

- К себе в спальню я вернулась ровно в половине седьмого.

- Ну что ж. - Мелроуз обвел глазами собравшихся. - Значит, где-то в шесть двадцать пять сэр Джеймс был уже мертв. Так что время на часах было совсем другим - как мы и подозревали с самого начала. К тому же убийца допустил одну оплошность - бросил часы совсем не так, как они должны были упасть на самом деле. Стало быть, остаются дворецкий и лакей. Насчет дворецкого у меня лично нет и тени сомнения: это не он. Скажите, леди Дуайтон, а у Дженнингса, лакея, с вашим мужем не было никаких конфликтов?

Лора Дуайтон отняла руки от лица.

- Не знаю, можно ли назвать это конфликтом... Но как раз сегодня утром Джеймс сказал мне, что увольняет Дженнингса. Он поймал его на мелком воровстве.

- Ага! Кажется, подбираемся к сути. Значит, Дженнингсу грозило увольнение без письменной рекомендации? Для прислуги это серьезно.

- Вы говорили что-то о часах, - сказала Лора Дуайтон. - Может быть... Если вы хотите уточнить время... Не уверена, что это поможет, но все-таки... Джеймс, когда играл, всегда имел при себе карманные часы. Может, они разбились, когда он упал?

- Это мысль, - медленно проговорил полковник. - Боюсь... Кертис!

Инспектор кивнул и мигом исчез за дверью. Вернулся он через минуту, держа на ладони серебряные часы: когда играют в гольф, игроки, как правило, носят такие в кармане для мячей, и на крышке у них выгравированы такие же линии, как на мячах.

- Вот, сэр. - Он предъявил добычу шефу. - Только вряд ли они нам помогут. Видно, что сделаны на совесть, такие еще поди разбей.

Полковник забрал у него часы и поднес к уху.

- Гм-м, тем не менее они стоят. Он отщелкнул крышку, и все увидели под ней вдребезги разбитое стекло.

- Вот оно! - торжествующе произнес полковник. Стрелки часов показывали ровно четверть седьмого.

***

- Превосходный портвейн, полковник, - похвалил мистер Кин.

Было половина десятого, запоздалый обед в доме полковника Мелроуза только что завершился. Мистер Саттертуэйт прямо-таки сиял.

- Вот видите, мистер Кин, я оказался совершенно прав, - посмеиваясь, сказал он. - Вы сегодня выехали на нашу дорогу отнюдь не случайно! Вы спасли двух безумцев, которые чуть было не влезли головой в петлю.

- Вы ошибаетесь, - возразил мистер Кин. - Я и не думал их спасать.

- Так вышло, что это не понадобилось, - согласился мистер Саттертуэйт. Но все ведь висело на волоске. Никогда не забуду, как леди Дуайтон произнесла: "Я убила его". Того, как они были сказаны, я и на сцене никогда не слышал.

- Тут, пожалуй, я вынужден с вами согласиться, - заметил мистер Кин.

- Я думал, такое бывает только в романах, - повторил полковник, кажется, в двадцатый раз за сегодняшний вечер.

- А разве нет? - спросил мистер Кин. Полковник удивленно уставился на него.

- Но вы же все видели своими глазами...

- И заметьте, - мистер Саттертуэйт, с бокалом портвейна в руке, откинулся на спинку стула, - леди Дуайтон была великолепна - просто великолепна! - но в одном все же ошиблась: решила с чего-то, что ее супруга не иначе как застрелили. И Делангуа тоже хорош: думает, раз на столе лежит какой-то нож, то им непременно сэра Джеймса и закололи? Но ведь это чистая случайность, что нож вообще выпал из книги леди Дуайтон.

- Думаете? - сказал мистер Кин.

- А представьте, - продолжал мистер Саттертуэйт, - если бы каждый из них просто признался в убийстве, не уточняя, чем оно было совершено, - что тогда?

- Тогда бы им, чего доброго, поверили, - как-то странно улыбнулся мистер Кин.

- Ну точно как в каком-нибудь романе, - опять изрек полковник.

- Да, - согласился мистер Кин. - Вероятно, оттуда они и почерпнули свою замечательную идею.

- Очень возможно, - оживился мистер Саттертуэйт. - Прочитанное возвращается к нам порой самым неожиданным образом. Разумеется, часы с самого начала не внушали нам доверия, - продолжал он, обращаясь к мистеру Кину. Ведь яснее ясного, что их можно перевести вперед или назад.

- Вперед, - повторил мистер Кин, и после паузы:

- Или назад.

Его тон словно бы подбадривал мистера Саттертуэйта, как и взгляд его темных блестящих глаз.

- Но стрелки часов были переведены вперед, - сказал мистер Саттертуэйт. Это-то мы уже выяснили.

- Думаете? - снова спросил мистер Кин. Мистер Саттертуэйт все пристальнее вглядывался в смуглое лицо.

- Вы хотите сказать, - медленно заговорил он, - что кто-то, наоборот, отвел назад стрелки карманных часов? Позвольте, но зачем? Нет, это совершенно невозможно!

- Отчего же невозможно? - пробормотал мистер Кин.

- Ну, во всяком случае, бессмысленно. Кому, по-вашему, это было нужно?

- Полагаю, тому, у кого есть алиби на это время.

- Черт меня подери! - взревел вдруг полковник. - Ведь Делангуа же нам как раз и показал, что в шесть пятнадцать он разговаривал со сторожем!

- Да, он назвал именно это время, - подтвердил мистер Саттертуэйт.

Они с полковником переглянулись, и у обоих одновременно возникло странное чувство, будто твердая почва уходит у них из-под ног. Все факты и события, казавшиеся такими понятными, стремглав понеслись по кругу, при этом оборачиваясь к ним какими-то новыми, неожиданными гранями, - а в самом центре этого калейдоскопа темнело смуглое, улыбающееся лицо мистера Кина.

- Но в таком случае... - начал Мелроуз, - в таком случае...

- Все было наоборот, - опередил его мистер Саттертуэйт, отличавшийся большей гибкостью ума. - Все так или иначе оказалось подстроено - против лакея... Да нет, не может быть, - спохватился он. - Ерунда какая-то! Тогда зачем им вообще было брать вину на себя?

- Вот именно, зачем?.. Однако, пока они этого не сделали, оба были под подозрением, верно? - В голосе мистера Кина появилась некая мечтательная умиротворенность. - Вы точно подметили, полковник, - все как в романе. Именно из романа они и позаимствовали весь этот сюжет. Они ведь поступили так, как всегда поступают невиновные герой и героиня. Неудивительно, что и полковник сразу же счел их невиновными - как-никак, за ними сила литературной традиции. Мистер Саттертуэйт, со своей стороны, без конца сравнивал происходившее с театром. И оба вы, несомненно, были правы. Все это мало правдоподобно и не имеет отношения к реальной жизни - вы оба, сами того не сознавая, повторяли эту мысль снова и снова. Если бы они добивались правдоподобия, им пришлось бы выдумать что-нибудь получше.

Полковник и мистер Саттертуэйт слушали его с самым безутешным видом.

- Да, им надо было бы быть поумнее, - проговорил наконец мистер Саттертуэйт. - И кстати, я припоминаю, в семь часов дворецкий ведь спускался в библиотеку, чтобы закрыть окна? Стало быть, им полагалось быть открытыми...

- Они и были открыты, когда через одно из них проник Делангуа, - кивнул мистер Кин. - Он одним ударом убил сэра Джеймса, а потом - уже вдвоем - они довели дело до конца...

Он взглянул на мистера Саттертуэйта, как бы приглашая его дорисовать картину убийства, и тот заговорил - поначалу не очень уверенно:

- Пожалуй, прежде всего они разбили большие часы и уложили их на стол... Да, вероятно, так. Потом перевели стрелки на карманных часах и разбили стекло. Потом он выбрался наружу, а она заперла все окна изнутри. Я только одного не пойму: чего ради они разбили карманные часы? Разве недостаточно было настольных...