— Именно это я сказал, сэр.

— Тогда кажется совершенно очевидным, что мистер Экройд должен был сам впустить этого человека. Но я не совсем понимаю…

На несколько минут инспектор, казалось, погрузился в сон наяву.

— Ясно одно, — сказал он наконец, очнувшись от своих размышлений, — мистер Экройд был жив и здоров в девять тридцать. Это последний момент, когда он был еще жив.

Паркер с извиняющимся видом слегка кашлянул, и это немедленно привлекло к нему инспектора снова.

— Ну, что у вас? — спросил он резко.

— Извините, сэр, — но мисс Флора видела его после этого.

— Мисс Флора?

— Да, сэр. Тогда было примерно без четверти десять. Мисс Флора сказала мне, что не нужно больше беспокоить мистера Экройда.

— Это он послал ее к вам?

— Не совсем так, сэр. Я как раз нес виски с содовой, когда мисс Флора выходила из этой комнаты. Она остановила меня и сказала, что ее дядя не желает, чтобы его тревожили.

Теперь инспектор посмотрел на дворецкого с гораздо большим вниманием, чем тот удостаивался до этого.

— Вам ведь уже говорили, что мистер Экройд не хотел, чтобы его беспокоили, не так ли?

Паркер начал заикаться. Руки его тряслись.

— Да, сэр. Да, сэр. Совершенно верно, сэр.

— А вы все же делали это.

— Я забыл, сэр… До некоторой степени… я имею в виду. В это время я всегда приношу виски с содовой и спрашиваю, не нужно ли чего-нибудь еще. Кроме того, я думал… короче, я делал все это, не думая.

Только теперь я начал замечать, что Паркер был подозрительно возбужден. Он весь дрожал, и лицо его подергивалось судорогой.

— Хм… Я должен немедленно повидаться с мисс Экройд, — сказал инспектор. — На некоторое время мы выйдем отсюда. Пусть остается все, как есть. Я вернусь сюда как только услышу, что скажет мисс Экройд. Из предосторожности окно закрою.

Сделав это, он направился в холл, мы последовали за ним. Увидев небольшую лестницу, он остановился. Потом сказал через плечо констеблю:

— Джонс, вы лучше оставайтесь здесь. Никому не разрешайте входить в эту комнату.

Паркер почтительно вмешался.

— Извините, сэр. Если закрыть дверь в холл, в эту часть дома доступа не будет. Эта лестница ведет только в спальню мистера Экройда и в ванную. С другой стороны никакого сообщения нет. Раньше была дверь, но ее заложили. Мистеру Экройду нравилось чувствовать, что его покои принадлежат только ему.

Чтобы было понятнее, я прилагаю примерный план правого крыла дома. Небольшая лестница ведет, как об этом сказал Паркер, в просторную спальню (переделанную в таковую из двух комнат) и в смежные с нею ванную и уборную.

Инспектор оценил обстановку тотчас. Мы прошли в большой холл, а он закрыл за собой дверь и ключ опустил в карман. Потом вполголоса дал какие-то указания констеблю, и тот вышел.

— Мы должны заняться этими следами от туфель, — объяснил инспектор. — Но прежде всего я должен побеседовать с мисс Экройд. Она последней видела своего дядю живым. Она уже знает?

Реймонд отрицательно покачал головой.

— В таком случае нет необходимости говорить ей сразу. Сообщение о смерти дяди может так потрясти ее, что она будет не в состоянии отвечать на мои вопросы. Скажите ей, что в доме совершена кража и попросите, если она не будет возражать, одеться и сойти вниз, чтобы ответить на несколько вопросов.

С этим поручением наверх отправился Реймонд.

— Мисс Экройд сейчас выйдет, — сообщил он, когда вернулся. — Я сказал ей все так, как вы предложили.

Минут через пять Флора пришла. На ней было бледно-розовое шелковое кимоно. Она казалась встревоженной и взволнованной.




Инспектор вышел вперед.