Глава 11

Пуаро устраивает прием

Сидя в удобном кресле в своих излишне пышных апартаментах отеля «Риц», Эркюль Пуаро внимательно слушал.

Эгг примостилась на подлокотнике кресла, сэр Чарлз стоял у камина, а мистер Саттерсвейт сидел чуть поодаль, наблюдая за остальными.

– Короче говоря, неудача по всем фронтам, – подытожила Эгг.

Пуаро покачал головой:

– Нет-нет, вы преувеличиваете. Что касается связи с мистером Бэббингтоном, вы действительно вытянули пустой номер, но вам удалось собрать другую ценную информацию.

– Готов поклясться, что эта мисс Уиллс что-то знает, – заявил сэр Чарлз. – У капитана Дейкрса тоже явно нечиста совесть. А миссис Дейкрс отчаянно нуждается в деньгах, и сэр Бартоломью свел на нет ее шанс раздобыть их.

– Что вы думаете об истории молодого Мэндерса? – поинтересовался мистер Саттерсвейт. – Она кажется мне странной и в высшей степени нехарактерной для покойного сэра Бартоломью Стрейнджа.

– Вы имеете в виду, что это ложь? – напрямик осведомился сэр Чарлз.

– Ложь бывает разная, – уклончиво ответил Эркюль Пуаро. Помолчав пару минут, он спросил: – Значит, мисс Уиллс написала пьесу для мисс Сатклифф?

– Да. Премьера в будущую среду.

– Та-ак! – Пуаро снова умолк.

– Ну и что нам делать теперь? – задала вопрос Эгг.

Маленький человечек улыбнулся:

– Остается только одно – думать.

– Думать? – В голосе Эгг прозвучало отвращение.

– Вот именно! Это помогает решить все проблемы.

– Но не могли бы мы хоть что-нибудь предпринять?

– Вам необходимы активные действия, не так ли, мадемуазель? Ну, кое-что предпринять вы в состоянии. Например, вы можете провести расследование в Джиллинге, где сэр Бартоломью прожил много лет. Вы сказали, что мать мисс Милрей живет там и что она инвалид. Обычно инвалиды знают все – они все слышат и ничего не забывают. Расспросите эту женщину – кто знает, вдруг это к чему-то приведет?

– А вы сами ничего не намерены делать? – не унималась Эгг.

Пуаро подмигнул ей:

– Вы настаиваете, чтобы и я проявлял активность? Eh bien, пусть будет по-вашему. Только я не стану покидать отель – здесь мне очень удобно. Я устрою прием с шерри – кажется, это модно, не так ли?

– Прием с шерри?

– Précisement, и приглашу миссис Дейкрс, капитана Дейкрса, мисс Сатклифф, мисс Уиллс, мистера Мэндерса и вашу очаровательную матушку, мадемуазель.

– А меня?

– Естественно, вас и всех присутствующих.

– Ура! – вскричала Эгг. – Меня вам не провести, мсье Пуаро! На этом приеме что-то должно произойти, верно?

– Посмотрим, – улыбнулся Пуаро. – Но не ожидайте слишком многого, мадемуазель. А теперь оставьте меня наедине с сэром Чарлзом, так как есть несколько вопросов, где мне нужен его совет.

– Чудесно! – воскликнула Эгг, когда она и мистер Саттерсвейт ожидали лифта. – Как в детективном романе! Все подозреваемые соберутся здесь, и Пуаро скажет нам, кто из них убийца!

– Сомневаюсь, – промолвил мистер Саттерсвейт.


Прием с шерри назначили на понедельник вечером. Все приглашенные явились к назначенному времени.

– Великолепно! – воскликнула мисс Сатклифф, оглядевшись вокруг. – Настоящая гостиная паука, мсье Пуаро, куда вы заманили бедных маленьких мух. Уверена, что нас ожидает ошеломляющая развязка – вы укажете на меня и произнесете: «Она сотворила сие», а я разражусь слезами и во всем признаюсь, так как очень легко внушаема. О мсье Пуаро, как же я вас боюсь!

– Quelle histoire![51] – воскликнул Пуаро, хлопотавший с графином и стаканами. Он с поклоном протянул ей стакан шерри. – Это всего лишь маленькая дружеская вечеринка. Не позволяйте нам говорить об убийствах, ядах и кровопролитии – это испортит все удовольствие.

Пуаро передал стакан мисс Милрей, которая сопровождала сэра Чарлза и стояла с угрюмым выражением лица.

– Voilà![52] – воскликнул он, распределив напитки. – Давайте забудем повод, по которому мы встретились впервые. Станем есть и пить, ибо завтра умрем[53]. Ah, malheur[54], я снова упомянул о смерти! Мадам, – Пуаро поклонился миссис Дейкрс, – позвольте пожелать вам удачи и поздравить вас с очаровательным платьем.

– За вас, Эгг, – произнес сэр Чарлз.

– Ваше здоровье, – поддержал его Фредди Дейкрс.

Все что-то пробормотали. В атмосфере ощущалось натянутое веселье. Все пытались казаться беззаботными, но только у Пуаро это выглядело естественно.

– Предпочитаю шерри коктейлю, не говоря уже о виски, – продолжал он болтать. – Виски – quel horreur![55] Его употребление только портит вкус. Чтобы оценить изысканные вина Франции, вы никогда не должны… Qu’est-ce qu’il y a?..[56]

Его прервал сдавленный крик. Взгляды всех устремились на сэра Чарлза, который внезапно пошатнулся; его лицо судорожно подергивалось. Уронив стакан, он сделал несколько шагов словно вслепую и упал на ковер.

Гробовое молчание нарушил визг Энджелы Сатклифф.

– Чарлз! – закричала Эгг.

Она бросилась к Картрайту, но мистер Саттерсвейт мягко удержал ее.

– Боже мой! – воскликнула леди Мэри.

– Его тоже отравили! – вскрикнула Энджела Сатклифф. – Это ужасно!

Внезапно рухнув на диван, она забилась в истерике.

Взяв на себя инициативу, Пуаро опустился на колени возле распростертого на полу человека. Вскоре он поднялся, машинально отряхнул пыль с брюк и окинул взглядом присутствующих. В комнате царило молчание, если не считать всхлипываний Энджелы Сатклифф.

– Друзья мои… – начал Пуаро.

– Вы болван! – прервала его Эгг. – Напыщенный маленький идиот! Притворялись великим и всеведущим – и допустили еще одно убийство прямо под вашим носом! Если бы вы оставили все как есть, этого не произошло бы! Это вы убили Чарлза – вы, вы, вы!.. – Она умолкла – у нее перехватило дыхание.

Пуаро печально кивнул:

– Это правда, мадемуазель, я убил сэра Чарлза. Но я не обычный убийца – могу убить, могу и воскресить. – Повернувшись, он продолжил совсем другим тоном: – Великолепный спектакль, сэр Чарлз. Поздравляю вас. Не желаете выйти на аплодисменты?

Актер вскочил на ноги и отвесил насмешливый поклон.

– Мсье Пуаро, вы… – Эгг не находила слов, – вы чудовище!

– Ты просто дьявол, Чарлз! – воскликнула Энджела Сатклифф.

– Но почему?..

– Как?..

– Чего ради?..

Подняв руку, Пуаро заставил всех умолкнуть.

– Мсье, мадам, я прошу прощения. Этот маленький фарс был необходим, чтобы доказать всем вам, а заодно и мне самому то, к чему меня уже привели логические умозаключения. В один из стаканов на этом подносе я влил чайную ложку простой воды, изображающей чистый никотин. Эти стаканы похожи на те, которые использовались на приемах у сэра Чарлза Картрайта и сэра Бартоломью Стрейнджа. Сквозь плотное граненое стекло невозможно различить маленькое количество бесцветной жидкости. Теперь представьте себе стакан с портвейном сэра Бартоломью Стрейнджа. После того как его поставили на стол, кто-то добавил в него чистый никотин. Это мог быть кто угодно – дворецкий, горничная или кто-то из гостей, проскользнувший в столовую. Подают десерт, стаканы наполняют портвейном, сэр Бартоломью пьет – и умирает.

Сегодня вечером мы устроили третью трагедию – поддельную. Я попросил сэра Чарлза сыграть роль жертвы. Он справился с этим великолепно. Предположим на момент, что это не фарс, а правда. Сэр Чарлз мертв. Какие шаги предпримет полиция?

– Ну, конечно, проверит содержимое стакана! – Мисс Сатклифф указала на пол, где лежал стакан, выпавший из руки сэра Чарлза. – Вы добавили в него воду, но если бы это был никотин…

– Предположим, это был никотин. – Пуаро осторожно коснулся стакана носком туфли. – Вы считаете, что полиция подвергла бы анализу содержимое стакана и следы никотина были бы обнаружены?

– Разумеется.

Пуаро покачал головой:

– Вы заблуждаетесь. Никакого никотина там бы не обнаружили.

Все уставились на него.

Пуаро улыбнулся:

– Дело в том, что это не тот стакан, из которого пил сэр Чарлз. – Виновато улыбнувшись, он извлек стакан из кармана фрака. – Вот тот стакан. Это простейший трюк фокусника. Внимание зрителей не может быть направлено одновременно на два объекта. Когда сэр Чарлз упал замертво, взгляды всех устремились на него, и никто – совсем никто! – не смотрел на Эркюля Пуаро. В этот момент я подменил стаканы, и никто этого не заметил. Таким образом я доказал правильность моей теории. Точно такой же момент имел место в «Вороньем гнезде» и в Мелфорт-Эбби – поэтому ничего не было обнаружено ни в стакане из-под коктейля, ни в стакане из-под портвейна…

– Но кто же подменил их?! – воскликнула Эгг.

Пуаро повернулся к ней:

– Это нам и предстоит выяснить.

– Вы не знаете?..

Пуаро пожал плечами.

Гости явно собирались расходиться. Манеры их были холодноватыми – они чувствовали себя одураченными. Пуаро жестом удержал их:

– Одну минутку, умоляю вас! Этим вечером мы разыграли комедию, но она может стать трагедией. При определенных обстоятельствах убийца может нанести третий удар. Я обращаюсь ко всем присутствующим. Если кто-то из вас знает что-то, имеющее какое-то отношение к этому преступлению, я прошу его сообщить об этом немедленно! На данном этапе хранить молчание может быть смертельно опасным!

Сэру Чарлзу казалось, что призыв Пуаро обращен в первую очередь к мисс Уиллс. Но в любом случае он не возымел действия. Никто ничего не сказал.

Пуаро со вздохом опустил руку.

– Пусть будет так. Я предупредил вас – больше ничего не могу сделать. Помните – молчание опасно…

Но никто не произнес ни слова. Гости смущенно удалились.

Остались только Эгг, сэр Чарлз и мистер Саттерсвейт.

Эгг еще не простила Пуаро. Она сидела неподвижно – ее щеки горели, а глаза сердито сверкали. На сэра Чарлза она также старалась не смотреть.

– Отличная работа, Пуаро, – похвалил Картрайт.