— Ну! — Я беззаботно вытянулся на постели и закрыл глаза. — Думаю, нам не помешает немного соснуть. Доброй ночи, радость моя!

В ответ раздалось сочное ругательство, оказавшееся весьма кстати. Оно было произнесено по-английски, поэтому до меня дошло, что это отнюдь не вариация на тему “доброй ночи”. Я даже усомнился, знает ли Лака точно, что оно означает. Мне показалось, что для этого она слишком молода; впрочем, говорят, что в южных странах девушки развиваются быстрее.

Глава 6

Около девяти утра я услышал ленивые шаги по подвалу и с горечью подумал, что кто бы это ни был, он наверняка неплохо позавтракал. Послышался скрежещущий звук, когда отодвигали наружный засов, затем тяжелая дверь широко распахнулась.

— Ну, все на выход! — радостно прокричал звучный баритон. — Боссу не терпится заняться вами, так что не заставляйте его ждать!

Я вышел из крошечной комнатенки и устрашающе уставился на Эдди Слоуна, представшего передо мной с пушкой в руке и с дьявольской решимостью в глазах.

— Как провел ночь, Бойд? — спросил он, с насмешкой разглядывая меня. — Надеюсь, что обслуга оказалась на высоте? Если что-то не так, вали — выкладывай, чем недоволен!

— Искренне надеюсь в скором времени так и сделать, — задумчиво ответил я, — причем в руке у меня будет булыжник!

— О да, мечтай, мечтай! — громко заржал он. — Могу поспорить, что сегодня к вечеру то, что от тебя останется, Бойд, будет покоиться под щебенкой. — Эдди внезапно перестал смеяться и взглянул на меня с подозрением. — Ладно, — буркнул он. — Где китаянка?

— Ты пришел в самый трудный для нее момент, Эдди, — ответил я ему вкрадчиво.

— Да? Может, объяснишь, черт побери?!

— Она занята тем, что с помощью моего носового платка пытается освежиться в раковине в так называемой ванной, — заявил я с самодовольной ухмылкой.

— Да ну? — спросил он в раздумье.

— Если не веришь, взгляни сам, — огрызнулся я. — Увидишь ее одежду на кровати.

Слоун подошел поближе, так, чтобы можно было заглянуть в комнату. Одеяние Лаки цвета слоновой кости аккуратно лежало поперек кровати, создавая впечатляющий фон для черного шелкового лифчика и таких же трусиков, небрежно брошенных сверху. Эдди достаточно долго смотрел на одежду, и его воображение понемногу заработало. Он пару раз хмыкнул, затем похотливо облизнул губы.

— О'кей, Бойд, давай-ка, пожалуй, войдем! Мне стыдно за тебя. Нельзя оставлять эту маленькую леди одну! Она может поскользнуться, наступив на мыло, или мало ли что еще!

Он затолкал меня обратно в комнату, пузо его тряслось от смеха, в восторге от столь нехарактерной для него сообразительности. Раскаты гогота смолкали по мере того, как он прислушивался к журчанию воды из-под крана. Этот звук производил на него, казалось, гипнотическое действие, а его воображение так разыгралось, что билось о стены комнатенки.

— Никогда прежде не видел ничего подобного, Эдди! — признался я тихо. — Наверное, это результат смешения китайской и гавайской крови?

— Чего?! — недоуменно переспросил он.

— Из-за этого у нее такое тело, — вздохнул я с вожделением. — Оно любого может свести с ума.

— Да ну? — Голос Эдди стал хриплым — Тогда давай глянем на него, а?

— Пожалуй, лучше мне ее позвать, она не будет так нервничать, — прошептал я, и он нетерпеливо кивнул. — Лака! — окликнул я громко. — Эй, Лака, радость моя, выйди на минуточку!

Через секунду, отливая золотистым блеском кожи, в дверном проеме возникло в обнаженном виде видение безупречной красоты, и я услышал, как Эдди рядом со мной с шумом втянул в себя воздух. Лака медленно положила руки на затылок, затем сделала грациозный пируэт.

— Никогда не видел ничего подобного! — сказал Эдди возбужденно. — Даже в ночных клубах!

Лака улыбнулась прямо ему в лицо, ее глаза хищно блеснули.

— Эй, мистер Слоун! — Она подняла руки перед собой, слегка колыхая бедрами. — Вы когда-нибудь видели хулу, без юбки из травы?

С этого момента Эдди забыл о моем существовании. Я добросовестно выждал пять секунд, потом подумал, что пора прийти к нему на помощь, потому что его определенно хватит кондрашка еще до того, как Лака закончит свой языческий танец.

Я почтительно относился к Эдди, так как — я уже упоминал об этом раньше — под обманчивым слоем жира скрывались мышцы, не уступающие по силе лошадиным. Поэтому я начал бить его изо всех сил чем попало и куда попало. Он далеко не сразу сумел оторваться от созерцания золотых бедер Лаки, описывающих все убыстряющиеся круги, вернуться к суровой прозе жизни и уяснить, что кто-то разбил все ребро ладони, пока молотил в уязвимое место у него за ухом.

Он на мгновение пошатнулся, затем стал ко мне поворачиваться, но слишком медленно, и тем самым только облегчил мне задачу — выбить пистолет из его руки и преподать урок вежливого обхождения — двинуть коленом в живот, так что он согнулся пополам. Затем, ухватив за пышные пряди, я пригнул его голову вниз и снова ударил коленом, уже в лицо.

Эдди опрокинулся назад и рухнул на бетонный пол. Кровь ручьем лила из его расквашенного носа. Я прыгнул на беднягу и напоследок врезал ему промеж глаз правой — он взвыл от боли, поскольку я бил наотмашь, плотно сжав пальцы в кулак, чтобы уж наверняка.

Последовало легкое шлепанье босых ног, затем рядом со мной оказалась Лака, которая крепко вцепилась мне в плечо, уставившись во все глаза на распростертую на полу тушу Эдди.

— Нам удалось, Дэнни! — сказала она возбужденно. — Быстрее! Бежим отсюда, пока есть шанс!

Я наклонился, поднял короткоствольный пистолет и быстро проверил барабан. Порядок, там были все пять патронов, и от облегчения у меня на пару секунд подогнулись колени.

— Дэнни! — Лака яростно тянула меня за руку. — Бежим!

— Если ты побежишь в таком виде, радость моя, через пять минут вся мужская половина населения Вестчестера ринется следом за тобой.

— Одежда! — Лака неожиданно смутилась и, быстро повернувшись ко мне спиной, стала одеваться.

Я поднял бумажник Эдди и взял деньги на случай, если нам придется платить за проезд, затем нашел почти полную пачку сигарет в одном из карманов его пиджака, что несказанно меня обрадовало.

— Я готова, Дэнни! — произнесла Лака. — Только вот платье свалится, если я побегу, ведь оно разорвано сзади почти до конца.

— Тогда двинем шагом, — ответил я хмуро.

Я закрыл тяжелую дверь и задвинул засов, оставив Эдди внутри. У меня на мгновение появилась надежда, что если никто не явится сюда в ближайшие тридцать лет, то Вестчестер сможет похвастаться собственным графом Монте-Кристо.

Мы пересекли весь подвал и осторожно поднялись по ступенькам.

Темный холл оказался пуст, поэтому бесшумно, словно кошка, я прокрался в сторону кухни. Лака шла сзади, вцепившись в мой пиджак, словно боялась, что я могу удрать. Внезапно из кухни донесся громкий голос, напугавший меня и заставивший застыть на месте.

— Вилли! Босс приказал тебе пойти и посмотреть, куда запропастился Эдди! — проорал он.

Я отчаянно замахал свободной рукой, чтобы Лака попятилась назад в холл, а она, поняв все наоборот, послушно еще крепче вцепилась в мой пиджак сзади. Однако беспокоиться было слишком поздно, потому что Вилли уже поспешно вышел из кухни в холл.

Когда между нами оставалось всего три фута, он увидел меня и замер с выражением ужаса на лице. Я приставил пушку к его груди, приложив палец к губам. Ему пришлось чертовски постараться, чтобы кивнуть головой, так сильно она тряслась. Нам ничего не оставалось, как перегруппироваться — теперь впереди шествовал Вилли, сразу за ним шел я, наставив дуло пистолета ему в шею, а в арьергарде — Лака, изо всех сил старающаяся стянуть с моей спины пиджак.

Идти больше было некуда, кроме как назад, в подвал, что обещало крушение всех планов, не говоря уж про истерику.

— О'кей, Вилли, — заявил я агрессивно, когда мы достигли последней ступеньки. — Я всадил пулю в левый глаз Эдди пять минут назад и то же самое вскоре сделаю с тобой!

— Нет, только не это! — Его лицо обрело свинцовый цвет грозового неба, а глаза цвета навозной жижи умоляюще уставились на меня. — Я сделаю все, что вы прикажете, Бойд, — заскулил он. — Можете испытать меня.

— Есть отсюда выход в гараж, кроме как через кухню?

— Нет, — ответил Вилли заупокойным тоном.

— Кто сейчас на кухне?

— Эйп.

— Мы будем подниматься по лестнице, — сказал я внушительно, — и когда дойдем до верха, ты заорешь, чтобы Эйп в темпе спускался, потому что в подвале чепе. Понял?

— Конечно. — Он отчаянно закивал. — Каждое слово!

— Сразу после того, как проорешь свой монолог, дуй снова вниз и топай при этом ногами, понял?

— Как прикажете, Бойд.

— Дэнни, — произнес сдавленный голос откуда-то позади меня. — Мне это не нравится.

— Оставайся здесь, — велел я Лаке. — Тут не о чем беспокоиться, радость моя.

Лака, помедлив, неохотно отпустила мой пиджак и отошла от лестницы, чтобы сверху ее не было видно. Мы с Вилли поднялись обратно, и, отворив дверь, я свирепо ткнул его в ребра дулом пистолета. Именно такого напутствия ему и не хватало для того, чтобы виртуозно исполнить свою роль. Когда его выход закончился, он, топоча, ринулся по ступенькам вниз, а я распластался в углу между дверной рамой и стеной.

Оглушительный шум, начавшийся на кухне, быстро нарастал, затем гигантский силуэт показался в дверном проеме, и я понял, что они были правы, называя его Эйпом. За мгновение до того, как эта обезьяна стала спускаться с лестницы, я выставил правую ногу, вытянув ее на фут над самой верхней ступенькой; его колено ощутимо врезалось в мою голень, и он взвыл от боли, когда его тело выгнулось дугой в грациозном нырке вниз головой в направлении подножия лестницы. Сначала он шмякнулся Головой, и я решил, что даже для такого громилы, как Эйп, это было, пожалуй, чересчур. С того места, где я стоял, угол наклона его головы к шее казался не совсем естественным.