– Вечно у тебя на уме один секс! – насмешливо одернула ее Кэрри. – Не понимаю, зачем ты вообще пришла к нам, если и недели не можешь прожить без мужчины! Ложишься под каждого встречного, фу! – совсем разошлась она.

– Моя дорогая мисс Нейтли, – начала язвительно Дениз, уперев руки в боки, – я заинтересована в улучшении отношений между мужчинами и женщинами по причинам естественным и нормальным. А вот вы, кажется, одержимы одним желанием – мстить всем мужикам, не обратившим на вас внимание в свое время!

– Шлюха! – прошипела Кэрри.

– Гермафродит! – не осталась в долгу Дениз.

– Прекратите немедленно! – сердито крикнула Линда. – Мы никогда не одержим победы над враждебными полчищами мужчин, если будем тратить энергию на распри между собой!

– Лучше скажите, кто-нибудь из вас видел человека, стрелявшего в Дорис? – спросил я.

– Нет, – коротко бросила Линда.

Кэрри, кинув на меня гневный взгляд, покачала отрицательно головой, Дениз растерянно улыбнулась и виновато пожала плечами.

– Я ничего не видела, – сказала она, – но у меня есть свое мнение о нынешнем происшествии. Совсем недавно Дорис звонил бывший муж и умолял, чтобы она вернулась к нему. Может быть, это он решил ей отомстить таким образом?

– Да, он звонил, – подтвердила Линда. – Не знаю уж, что говорил, но девочка после разговора была сама не своя.

– Хм, ни Либби, ни Дорис о нем не обмолвились, – заметил я.

– О, они очень не любят касаться этого вопроса, – ехидно вставила Кэрри.

– Вы полагаете, мистер Робертс, что кого-то из нас действительно могут убить? – с отчаянием воскликнула Дениз.

– Понятия не имею, – честно ответил я. – Возможно, этой ночью еще что-нибудь произойдет, вот тогда и узнаем.

Женщины тревожно переглянулись.

– Мне кажется, нам лучше пройти в дом, – чуть слышно сказала Линда.

– Вы идите вперед, а мы с мистером Робертсом вас догоним, – поспешно предложила Дениз.

Кэрри злорадно усмехнулась, Линда только покачала головой.

– Прошу вас, – чуть не со слезами в голосе прошептала Дениз, но обе амазонки решительно не желали ее слушать.

Она вздохнула и молча побрела к дому. Сестры-амазонки последовали за ней, как конвоиры – с обеих сторон. Передо мной покачивались женские бедра, я вспомнил об интрижке с Дениз, так и не закончившейся естественным образом, разволновался вновь и чуть не налетел на дерево. Взяв себя в руки, я оторвал взгляд от женских прелестей, и надумал все же сходить за револьвером.


– Где вы пропадали? – гневно спросила Либби, как только я переступил порог ее кабинета. Перед ней на столе стоял бокал, наполненный янтарной жидкостью.

– Это бурбон? – спросил я.

– Виски. – Она кивнула на шкафчик позади меня. – Можете выпить тоже.

Я налил себе двойную порцию и выпил, не взглянув на хозяйку кабинета, уж слишком презрительным взглядом провожала она меня от кресла до шкафчика.

– Вы разговаривали с другими женщинами, несмотря на мой запрет, что это значит?

– Позвольте уточнить, инициатива принадлежала скорей уж женщинам, чем мне, – сказал я спокойно.

– Дениз, не так ли? – мисс Холмс поморщилась, словно проглотила горькую пилюлю.

– Вы правы, – улыбнулся я.

– Она повела вас к пруду?

– Да.

– И что дальше?

– Ничего, – сказал я, не скрывая сожаления. – Линда и Кэрри помешали нам. Но они, кстати, рассказали о человеке, которого вы даже не упомянули при нашем разговоре. Муж Дорис…

– Бывший! – злобно перебила меня Либби. – И почему это я должна о нем помнить?

– Хотя бы потому, что он тоже мог желать смерти жены.

– Смешно. Натаниэл Нибел – человек – беспозвоночное, он не отважится даже голоса повысить, и уж тем более – нажать на курок! – Либби презрительно передернула плечами.

– В тихом омуте, говорят, черти водятся, – заметил я. – К тому же есть люди, которые боятся повысить на другого голос, но они могут выстрелить и молча…

– Не думаю. Но если у вас возникли сомнения, можете связаться с Нибелом и выяснить, где он находился сегодня во второй половине дня.

– Я предпочел бы поговорить с ним лично. Он действительно хочет вернуть Дорис?

Либби нахмурилась.

– Об этом вам лучше спросить у него. Меня это не касается. Знаю лишь, что Дорис не вернется к нему ни за что на свете. Пять лет жизни с таким слизняком любую доведут до нервного истощения!

– У вас есть его адрес?

– Да, должен быть где-то, – она вздохнула, показывая, как наскучила ей тема, заглянула в бумаги и выписала адрес Нибела.

– Револьвер-то из машины вы хоть забрали? – спросила мисс Холмс с усмешкой.

– Да.

– Хорошо. В таком случае можете отдыхать в комнате для посетителей, там есть кушетка. Надеюсь, вы не будете дрыхнуть как сурок?

– Сперва я хочу переговорить с Нибелом. Вы можете сказать женщинам, чтобы они не покидали дом и заперли все двери, пока я буду отсутствовать?

Она резко выпрямились и с силой ударила ладонью по столу.

– О, Боже мой! Ну зачем вам ехать к нему именно сейчас?

– А если в Дорис стрелял он?

– Еще раз повторяю, ваша задача не искать преступника, а защитить нас от него!

– Если я найду стрелявшего – это и будет лучшей защитой, вы не находите?

Кажется, воинственная амазонка не знала, что ответить. Я взял со стола бумажку и прочел адрес.

– Вернусь минут через сорок, револьвер оставляю вам, – я улыбнулся, – на всякий случай.

5

Нибел жил в буковой роще на холме, возвышающемся над Пало-Альто. Дом стоял на склоне в тени сосен и буков. Когда я подъехал к нему, из окон лились звуки оперной арии.

Дверь открыл тщедушный, маленький человек.

– Простите, но я не могу вас принять, – заявил он. – Я слушаю божественную музыку, и в такие минуты никого не принимаю, зайдите пожалуйста в другой раз.

Я спросил себя, почему это люди норовят закрыть дверь перед моим носом? И кажется, нашел ответ – просто кое-кто не может видеть спокойно человека более красивого и умного, чем он сам.

– Речь пойдет о вашей жене, – сухо сказал я.

– О моей жене? Что с ней? – занервничал человечек.

– Ее чуть не убили.

– О, господи! – Он засопел и потер глаза, словно только проснулся.

– Может, вы все-таки пустите меня в дом? Я мог бы рассказать подробней.

Нибел быстро отступил в сторону, и я вошел. Комната была обставлена очень просто. Большая часть мебели напоминала интерьер садового домика. Стулья имели широкие подлокотники и тонкие синие подушечки на сиденьях.

– Надеюсь, с ней ничего не случилось? – спросил хозяин, тяжело дыша.

– Только нервное потрясение, – успокоил я. – Очень надеюсь, вы не откажетесь помочь мне кое в чем разобраться?

Нибел подошел к проигрывателю и с сожалением его выключил.

– Дело в том… понимаете ли… Я не видел жену более года, и понятия не имею о ее нынешней жизни… Не знаю, кому могла понадобиться ее… – он не мог произнести вслух последнее слово. – Возможно, этой ужасной женщине, с которой она живет.

– Дорис видела убегающего мужчину, но не опознала его. Вас, я полагаю, она бы узнала даже через год… А может быть и узнала? Но не захотела выдать?

– Я попрошу… что вы себе позволяете? – он упал в кресло, словно подкошенный. – Неужели вы думаете, что я… что я хотел убить свою жену?

– Я не знаю вас, не знаю, на что вы способны в гневе.

– Нет! Нет! Я не могу, нет! Ваши подозрения ужасны!

– Тогда, предположим, что вы хотели убить Ланетту Холмс, но в последний миг поняли, что обознались…

– Нет. – Он выпрямился и плотно сжал губы.

– Но вы пытались убедить Дорис вернуться, не так ли?

– Я считаю, что моя личная жизнь вас нисколько не касается, – он сжал губы еще сильнее.

– Поймите же, – не сдавался я, – мне необходимо выяснить мотив преступления, и я вынужден задавать вам подобные вопросы. Не ищите в моих словах пошлых намеков!

– Все ваши утверждения – бред! Если я хотел вернуть жену, зачем бы мне убивать ее?

– В отместку. – Я помолчал. – Ведь она отказалась вернуться и… Впрочем, может, вы и не собирались убивать ее, а решили просто напугать, но все с той же целью – чтобы она одумалась и вернулась.

– С меня хватит, мистер… даже не знаю вашего имени. Да это и не имеет значения. Я требую, чтобы вы оставили меня в покое. Конечно, вас подослала эта бой-баба, чтобы припугнуть меня. О, она хорошо знает, что если я о чем-то говорю, то говорю серьезно. И если она не отдаст мне Дорис, я взорву ее паршивую обитель… – он умолк, растерянно взглянув на меня.

– Что вы имеете в виду в данном случае? – спокойно спросил я. – Жену убить вы не можете, а взорвать целое поместье… И почему вы говорите о жене, как будто она заключенная?

– Да потому что это так и есть, – помрачнел он. – Но не вижу смысла обсуждать эту тему с вами. Вы же, очевидно, находитесь на службе у Либби, с вами я не желаю говорить ни о чем.

– Вторую половину дня вы провели у себя дома? – внезапно атаковал я.

Он уставился на меня, как на полного кретина.

– Я у себя дома, мне не перед кем отчитываться. Но чтобы вы оставили свои глупые подозрения, скажу: я находился здесь с четырех часов, с того момента, как вернулся из поездки.

– Из поездки?

– Да, я постоянно езжу на восточное побережье, профессия обязывает.

– А кто вы по профессии?

– Агент.

– И как там, в Нью-Йорке?

– Душно, грязно… У вас больше нет вопросов, надеюсь? Если в ваших словах есть хоть доля правды, благодарю за сообщение, что моя жена жива и здорова. Этому я искренне рад и позвоню ей сегодня непременно.

– Я бы на вашем месте не стал ее беспокоить. После шока Дорис нужно прийти в себя, сейчас она наверняка спит.

– Да, понимаю.

Он поднялся и пошел к двери.

– Еще одно, мистер Нибел. Думаю, ваше мнение обо мне со временем изменится, так имейте в виду – я адвокат, и с удовольствием готов помочь как вам, так и вашей супруге. Уверяю вас, что бы вы ни рассказали, все останется между нами.