— Я вас понял, — прервал его Стоукер. — Вы можете доверять мне, мистер Селби… И если во мне нет больше необходимости… я, пожалуй, побегу… я больше не могу…

— Хорошо, валяй, — разрешил Брэндон.

Стоукер с таким видом, будто через несколько секунд потеряет сознание, пробежал через комнату, коридор и выскочил из дома.

— Я сам хотел отпустить его, но не решился взять на себя ответственность, — сказал Браун Терри, открывая дверь в соседнюю комнату.

Это тоже была спальня, и она несла на себе следы отчаянной борьбы. Зеркало было разбито вдребезги, осколки усыпали туалетный столик и пол. Матрас был наполовину стащен с кровати. Один стул лежал на боку, второй распался на части. Сдвинутые с места ковры сбились в складки. В углу комнаты валялись обломки тяжелой рамы для картины, которую, вероятно, использовали в качестве дубины или метательного снаряда. Осколки стекла рассыпались по всей комнате и смешались с остатками зеркала. Тело женщины распласталось на полу лицом вниз. На ней был светло-бежевый костюм. Селби мог видеть воротничок розовой блузки и темные, коротко остриженные по моде волосы.

Боб Терри деловым тоном начал доклад:

— Свод черепа проломлен. Кровотечение из носа и ушей. Крови не очень много. Очевидно, чрезвычайно сильное избиение. На ногах и руках следы ушибов. Рана на щеке, по-видимому, порез. Думаю, участвовали два человека. Один из них маленького, другой большого роста.

— Это ты почему так решил? — спросил Брэндон.

— Маленький, — сказал Терри, — не превосходил ее по силам. Все дело, — для вящей убедительности он обвел рукой комнату, — заняло не секунду и не две. Некоторое время здесь шла борьба. И силы были равны. И все-таки она умерла практически мгновенно, когда кто-то нанес ей по черепу удар ужасной силы. Человек небольшого роста не мог сделать этого. Следовательно, кто-то подошел и разбил ей голову ударом сзади.

— Вполне вероятно, что ты прав, — сказал Брэндон. — Перкинс извещен?

— Да. Должен быть здесь с минуты на минуту. С ним прибудет и медицинский эксперт.

— Отпечатки пальцев?

— Очень мало, в разных местах. До приезда Перкинса я решил не трогать труп и не снимал отпечатки. Здесь есть и еще следы, которые, возможно, будут нам полезны, — вон те пятна крови.

— Чего в них такого особенного? — спросил Брэндон.

— Они подробно рассказывают о том, как все произошло. В первый раз женщина была ранена на этом месте. Она пробежала через комнату в тот угол. Капли крови на полу располагаются через каждые три фута. Там, в углу, ее ранили вторично, и жертва перебежала сюда, к дверям. И именно здесь она получила тот сильнейший удар по голове, после которого перестала двигаться.

— Следовательно, какое-то время в ходе борьбы она еще не была ранена, — сказал Брэндон, оглядывая разгромленную комнату.

— Да. Прошло какое-то время, прежде чем она получила первое ранение. Думаю, это был удар той рамой. Кажется, ее использовали как дубину.

Селби, осмотрев следы крови, спросил:

Терри, почему возникают неровности по краям пятен?

— Они показывают, с какой высоты падали капли. Кровь настолько плотная жидкость, что капли имеют тенденцию как бы взрываться при ударе о поверхность и выбрасывать мелкие брызги.

— Я обратил внимание на то, что пятна похожи одно на другое. Маленькие брызги равномерно расположены вокруг центрального кровяного пятна.

— Так и должно быть — капли падали с достаточно большой высоты.

Брэндон, осмотрев комнату, медленно кивнул.

— Я склонен согласиться с твоей гипотезой о двух нападавших мужчинах. Твое мнение, Дуг?

— Теория выглядит вполне разумно. Правда, нельзя исключить, что в убийстве могла участвовать и женщина.

Приехали Гарри Перкинс и доктор Трумэн. Селби чувствовал себя неважно в душной атмосфере дома, и особенно в закрытой комнате, насквозь пропитанной дыханием смерти. Поэтому, пока доктор осматривал труп, прокурор вышел через заднюю дверь, чтобы подышать немного свежим воздухом в тени деревьев. Он еще был там, когда внезапно влетевший во двор автомобиль резко затормозил и пошел юзом. После того как машина наконец остановилась, подняв клубы пыли, из нее появилась Сильвия Мартин.

— Итак, ты путешествуешь по окрестностям, — сказал Селби.

— Разве я не читаю «Кларион» и незнакома со свежайшими новостями?

— Кто тебе подсказал, что мы здесь? Девушка рассмеялась:

— Когда вы вместе с шерифом в его машине с воем летите через весь город на радость его жителям, это вполне можно рассматривать как подсказку. Я забралась в свой автомобиль и начала спрашивать по пути, не проносились ли вы здесь. Когда я выехала на скоростное шоссе, то сначала забеспокоилась, но потом, поглядывая по сторонам, заметила следы шин на повороте, где вас слегка занесло. Шериф не жалеет резину казенной машины.

— Ты становишься классным следопытом, — усмехнулся Селби.

— А ты как думал? Так что же случилось?

— Нашли труп миссис Гролли.

— Не может быть, Дуг! Честно?

Он утвердительно кивнул.

— Самоубийство?

Селби покачал головой:

— Если бы ты видела ее, то не надо было бы и спрашивать. Грязное дело.

— Бедная крошка. Какой страшной стороной повернулся к ней мир… Ну, а теперь докладывай! Кто сказал тебе в четверг, что надо немедленно мчаться на автобусную станцию?

— Позвонила миссис Гролли и сказала, что она в опасности, вынуждена оставить ребенка на станции «Грейхаунд» и попросила меня немедленно приехать.

— Но почему ты не говорил об этом раньше, Дуг?

— Опасался, что если те, кто ее захватил, узнают о звонке именно прокурору, то убьют ее.

— Очевидно, они узнали, — мрачно заметила Сильвия.

— Да, догадаться было не трудно, особенно после того, как шериф и я приехали за ребенком, но я не хотел давать лишнего подтверждения.

Продолжая говорить, Селби медленно направился в сторону водонапорной башни.

— Дуг, ты куда?

— Хочу поискать следы, может быть, сюда кто-нибудь заезжал.

— Ничего не получится. Здесь сплошная пыль, и все время дует восточный ветер.

Селби показал на подтекающий кран рядом с водонапорной башней.

— Похоже, там, под краном, окажется влажная полоса, и, по-моему, видна какая-то колея у амбара.

— Может, ты и прав, — сказала Сильвия и, покинув прохладную тень, направилась вместе с ним через опаленный солнцем двор к водонапорной башне.

Сочившаяся из крана вода образовала лужицу площадью в четыре или пять квадратных футов. Подойдя ближе, они услышали шипение и увидели ровный дождь капель из неисправного крана. Очевидно, какая-то машина, объезжая амбар, сделала здесь поворот. Оба левых колеса пересекли узкую полоску грязи в тот момент, когда водитель начал поворачивать. Без труда можно было отличить след переднего колеса от следа заднего.

Селби исследовал рисунок протектора.

— На левом переднем колесе поставлена новая резина, — сказал он. Потом выпрямился и сосредоточенно посмотрел куда-то вдаль, сквозь Сильвию, очевидно забыв о ее присутствии.

— Что такое, Дуг? — спросила она.

— Важное, — сказал Селби, как бы отвечая на свой собственный вопрос, — но все же не решающее доказательство.

— О чем ты говоришь, Дуг?

— Да вот этот след — новый специальный протектор против заносов на левом переднем колесе.

— Как ты узнал?

— У него специфический рисунок. Легко различимый. Наверное, ты не очень внимательно осматривала автомобиль Лосстенов?

— Нет, только помятые крылья и сломанный замок зажигания.

— Два задних колеса их машины совершенно изношены, переднее правое изрядно потерто, но на переднем левом стоит совершенно новый специальный протектор против заносов.

Глава 8

Сильвия Мартин внимательно посмотрела на отпечаток автомобильных шин и сказала:

— Не понимаю, почему это не является решающим доказательством, Дуг?

— Это улика, конечно, но не доказательство. Такие шины стоят на великом множестве машин. Даже если мы установим, что здесь была машина Лосстенов, мы не сможем доказать, кто сидел за рулем. Возникает проблема, с которой мы уже столкнулись, расследуя аварию.

— Но если они опять заявят, что кто-то без их ведома воспользовался машиной, то это будет крайне неубедительно.

— Каждое заявление имеет свою собственную ценность и не может рассматриваться по аналогии, назидательно заметил Селби. — Следовательно, мы должны заставить Лосстенов признать, что машина находилась в их распоряжении в четверг постоянно с того момента, как разрешила полиция. Для этого мне надо будет забросить приманку — нечто такое, что заставило бы их убеждать нас в том, что машина была у них.

— До какого времени полиция удерживала автомобиль?

— Думаю, примерно до половины одиннадцатого. Насколько я помню, машина была найдена незадолго до девяти. Ее сфотографировали, механик провел экспертизу, после чего миссис Лосстен опять вступила во владение ею. Коронер снял один из номеров перед началом дознания, чтобы предъявить его в качестве вещественного доказательства, и вернул сразу же после завершения слушания дела. Но это было уже в пятницу.

— Дуг, значит, ты знаешь точное время, когда произошло убийство?

— Нет. Я лишь полагаю, что знаю, но не имею доказательств. Надеюсь, доктор Трумэн сумеет установить время смерти достаточно в узких пределах, тогда мы сможем сделать свои выводы… Миссис Гролли звонила мне в четверг незадолго до полудня… Возможно, ее убили лишь вечером, продержав некоторое время в заточении.

Обдумав ситуацию, Сильвия произнесла:

— Теперь я понимаю твои сложности. Это мог быть любой автомобиль с такой же шиной на переднем левом колесе. След мог быть оставлен за день или два до убийства или на следующий день после него; и даже если это машина Лосстенов, ты не сможешь доказать, кто был за рулем.