Он засмеялся:

– Видишь ли, Инес, моя работа… Словом, мне не хотелось бы распространяться на эту тему.

– Понятно, – заметила она тоном, говорящим, что ей ровным счетом ничего не понятно. Затем повернула на Коулмен-стрит, направила машину на стоянку около здания суда и, только остановившись, добавила: – Ну что ж, поскольку ваш интерес к моей особе чисто служебный, мистер окружной прокурор, поездка окончена. Вы прибыли на место назначения.

– Ты так и не ответила на мой вопрос, – заметил Селби. – Не знаю, намеренно уклонилась от него или просто из принципа вынуждаешь меня обороняться?

– Как будто кто-то может заставить тебя обороняться! – едко бросила Инес.

Селби терпеливо повторил свой вопрос:

– Я спросил тебя, не слишком ли шикует твой брат.

Она стрельнула на него глазами, затем, как обычно, чуть помедлила, будто соображая, что ответить, и наконец сказала:

– Может быть, Дуг. Не знаю. Завтра приезжает отец. Я хочу предложить ему, чтобы он дал Джорджу какую-нибудь должность на своей сахарной фабрике и загрузил его работой.

– А Джордж знает, что ты задумала?

– Нет. Только не говори ему, от кого исходит это предложение.

– Полная конфиденциальность! – заверил ее Селби.

Она устремила невидящий взгляд на лобовое стекло, машинально нажимая и отпуская педаль акселератора, отчего мотор тихо гудел, и задумчиво произнесла:

– Я вот думаю, может, попросить отца найти работу и для меня?

– Зачем? – с комическим ужасом поинтересовался он. – Или ты тоже слишком расшиковалась?

Глаза Инес потемнели.

– Я замечаю, – проговорила она, как бы размышляя вслух, – что ты уделяешь время только тем девушкам, которые занимаются каким-то делом, зарабатывая себе на жизнь.

Селби наморщил лоб, явно не понимая, к чему она клонит.

– Во всяком случае, по-моему, ты больше не заглядываешь ко мне именно по этой причине.

– Это только из-за работы, Инес, – объяснил Селби. – У меня не так много свободного времени.

– А чем ты занимаешься в выходные?

– Сказать по правде, большую часть времени торчу в офисе.

Она резко переменила тему:

– Знаешь, два дня назад я видела Сильвию Мартин. Она определенно делает успехи как репортер «Кларион».

– Еще бы! – с искренней гордостью воскликнул Селби. – Эта девушка просто чудо! Она много работает, у нее точно есть голова на плечах!

Только когда напряженное молчание Инес стало ощутимым, Селби сообразил, что, пожалуй, напрасно позволил себе так хвалить при ней другую девушку.

– Интересно, – спросил он, направляя разговор в другое русло, – не играет ли Джордж в азартные игры, где может просаживать довольно крупные суммы?

– Не знаю, – равнодушно откликнулась она. – Джордж не обсуждает со мной свои личные дела. Если бы я была на несколько лет моложе его, а не наоборот, возможно, ситуация была бы другой. Мальчишкам нравится опекать младших сестренок, а вот на старших с возрастом они начинают смотреть как на досадную помеху, которая отравляет им жизнь, ограничивая их свободу и тягу к приключениям. Если он так тебя беспокоит, Дуг, почему бы тебе не поговорить с ним самим?

Селби проговорил:

– Понимаешь, Инес, он слишком самоуверенный и вспыльчивый. Если я прямо его предупрежу, это может привести к нежелательным результатам. То есть он захочет мне продемонстрировать, что сам знает, как ему себя вести.

Она сняла ногу с акселератора.

– Ты мог бы зайти к нам, как будто ко мне в гости, и мимоходом Джорджу намекнуть… Ты же знаешь, твой приход никого не удивит, раньше ты частенько захаживал ко мне. Дай-ка вспомнить, когда же это было? – Инес закрыла глаза и стала демонстративно перебирать пальцы на руке.

Селби рассмеялся:

– Сдаюсь, сдаюсь! А лежачего не бьют! Как потеплеет, давай поиграем в теннис. – Он распахнул дверцу и выскочил на тротуар.

– Надо ли это понимать так, что я приглашена на теннисный матч ранней весной или поздней осенью текущего года? – подчеркнуто любезно уточнила она.

– Завтра суббота, – сказал он, – у меня будет полдня свободных.

Чтобы скрыть выражение своего лица, Инес повернула голову и выглянула в левое окошко, якобы оценивая состояние серого от дыма горизонта.

– Я не смогу играть как следует, если нельзя будет надеть шорты, да и этот холод… Знаешь, вот что я сделаю, Дуг Селби. Уверена, голова у тебя целиком забита твоими законами, так что мне ничего не стоит обыграть тебя в двух сетах из трех. Ставлю на кон поездку в Лос-Анджелес, обед, какое-нибудь шоу, а потом ужин в ночном клубе.

– Это неравные условия, – возразил он. – Если мне удастся победить тебя, я не смогу ими воспользоваться, потому что буду чувствовать себя каким-то жиголо.

Она повернула к нему напряженно застывшее лицо:

– Ладно уж, трус, возвращайся в свой древний кабинет и занимайся там своими протухшими законами. Встретимся завтра. В два часа, да?

– В два часа, – подтвердил он и шутливо добавил: – Если только за это время не произойдет какого-нибудь убийства.

– Так и знала, что без подвоха ты не обойдешься, – безразлично протянула она и, чтобы последнее слово осталось за ней, тут же включила зажигание, так что Селби оставалось только захлопнуть дверцу и посмотреть вслед светлому автомобилю, рванувшему с места так, словно это была норовистая лошадь, которую всадница внезапно больно хлестнула плетью.

Глава 4

К полудню потеплело, выглянуло солнышко, как и обещало бюро погоды, которое еще в восемь утра сообщило, что надвигающаяся с побережья область низкого давления определенно положит конец холодам. Фермеры, не спавшие три дня и три ночи и едва державшиеся на ногах от усталости, попадали в постели, провалились в тяжелый сон.

А ближе к полуночи небо заволокло тучами. В два часа ночи окружного прокурора разбудил дробный стук дождя по крыше. Он встал, прикрыл окно так, чтобы дождь не намочил ковра, и почувствовал, что стало немного теплее. Дождь, припустивший изо всех сил, освежил задымленную атмосферу, принес долгожданное облегчение вконец отчаявшимся фермерам.

В четыре часа утра Селби разбудил настойчивый телефонный звонок. С припухшими от сна глазами он нашарил трубку и услышал в ней голос шерифа Брэндона:

– Дуг, здесь, в кемпинге «Кистоун», кое-какая проблема. Было бы хорошо, если бы ты сразу же приехал ко мне.

– Господи! – взмолился окружной прокурор. – Пусть этим займется местная полиция. Что там? Какая-нибудь семейная ссора с дракой или…

– В одной из хижин нашли мертвого мужчину, – объяснил Брэндон. – У него в руке пистолет, по-видимому, он кого-то подстерегал…

– Буду через четверть часа, – пообещал Селби и повесил трубку.

Он поспешно натянул на себя одежду, схватил из стенного шкафа плащ, шляпу, сбежал в гараж за машиной и, захлестываемый ливнем, поехал по пустынным улицам Мэдисон-Сити. Редких автомобилистов, проезжающих через город, обслуживали два ночных кафе на Мейн-стрит. В темноте слабо светились витрины магазинов. Из соображений экономии уличные фонари горели через один, но давали достаточно освещения, чтобы различать уже появившиеся от дождя лужи.

Селби немного покрутился по узким переулкам внутри квартала и, только выскочив на широкую улицу, помчался на высокой скорости. По ветровому стеклу монотонно шмыгали дождевики, сбрасывая вниз целые потоки воды. Яркий свет фар выхватывал из предрассветной темноты тугие струи дождя. На перекрестке у Пайн-стрит он пронесся на красный свет и уже через три минуты приблизился к окраине города. Впереди, в ста ярдах дальше, сквозь косые штрихи дождя замаячила выгнутая аркой вывеска кемпинга «Кистоун». У ближайшего к ограде кемпинга домика стояла машина городской полиции. Автомобиль шерифа Брэндона приткнулся у тротуара на другой стороне. До Селби донеслись голоса людей, время от времени в освещенных окнах маленького дома, скорее похожего на хижину, мелькали чьи-то тени.

Селби припарковался за машиной городской полиции. Брэндон, видимо, услышав, как он подъехал, тут же вышел на порог домика.

– Заходи, Дуг, – позвал он.

Прокурор вошел в комнату, где стояли две двуспальные кровати, туалетный столик с большим зеркалом и три стула. Шеф полиции Мэдисон-Сити Отто Ларкин, телосложением напоминающий гризли, небрежно буркнул: «Привет, Селби!» – и тут же обернулся к двум девушкам, которые сидели на одной из кроватей и испуганно жались друг к другу. На обеих кроватях постельное белье было смято.

Рекс Брэндон, внимательно глядя на девушек, сказал:

– Ну вот, приехал Селби, так что можно передать ему дело.

Почувствовав, что его отодвигают в сторону, недовольный Ларкин заявил:

– Эти девчонки что-то знают. Не дайте им себя провести!

Спокойно, но настойчиво Брэндон возразил:

– Ты же понимаешь, Ларкин, что мотель «Кистоун» находится за пределами города.

С возмущением глядя на шерифа, Ларкин сказал:

– Ладно, но если вы так ставите вопрос, то вряд ли в будущем вам стоит рассчитывать на мою помощь. Когда окружным прокурором был Роупер, я всегда работал с ним вместе. Я был готов сотрудничать и с вами обоими, но…

– Не выскакивай из штанов, – миролюбиво посоветовал Брэндон. – Я только сказал, что дело будет вести Селби.

– А что тут вести? – спросил прокурор.

Брэндон кивком указал на девушек. Селби внимательно присмотрелся к ним. Одна из них была блондинкой с заплаканными голубыми глазами. Когда Селби посмотрел на нее, у нее задрожали губы, и она принялась комкать мокрый платок. У второй девушки были темно-каштановые волосы и карие глаза. По ней не было заметно, чтобы она вообще испытывала какие-либо чувства. Девушка неподвижно сидела, наблюдая за каждым шагом полицейских.

Брэндон показал на блондинку:

– Дуг, это Одри Престоун, а другая – Монетт Ламберт. Девочки, это окружной прокурор, и я хочу, чтобы вы рассказали ему подробно все то, что сказали нам.