– Ты действительно собираешься кого-нибудь ограбить, мой дорогой? – спросила она.

– Ты что, глухая? Я же сказал! Дай что-нибудь поесть!

Анита медленно поднялась со стула и неверными шагами направилась в крошечную кухню.


Детектив первого класса Том Лепски любил пятницы. Если не было ничего срочного, а такое редко случалось в Парадиз-Сити, он мог отметиться, уходя с работы, и в выходные побыть дома и подстричь газон. Пусть даже там была Кэрол, его очаровательная жена, которая постоянно с ним ругалась, требуя помочь по дому. Главное, Том не торчал в дежурной комнате, а домашние обязанности были для него гораздо меньшим злом, чем томительное ожидание в полицейском участке, пока произойдет какое-нибудь преступление.

Он посмотрел на часы. Еще десять минут, и с работой будет покончено. Кэрол обещала на ужин пирог с цыплятами и ветчиной. Лепски любил поесть, а это блюдо было одним из его любимых.

Макс Джейкоби, детектив второго класса, отстукивал на машинке отчет об угоне автомашины. Он хорошо сработался с Лепски.

– Пирог с курятиной и ветчиной! – воскликнул Лепски. – Дружище, что может быть лучше, чем вкусно поесть!

Джейкоби прекратил печатать.

– Иногда я завидую тебе, Том, – промолвил он. – Быть женатым на такой потрясающей женщине, как Кэрол! А я, когда ухожу отсюда, отправляюсь в кафе к Фунг У за полуфабрикатами… фу…

Лепски самодовольно улыбнулся:

– Придет время, и ты женишься, Макс. Ты знаешь, что вся эта еда в пакетах не для меня. Кэрол разрыдалась бы от мысли, что я могу жрать этот корм.

– Верно, – вздохнул Джейкоби и принялся снова стучать на машинке.

На рабочем столе Лепски зазвонил телефон. Он схватил трубку и рявкнул:

– Лепски! В чем дело?

– Лепски! Какая необходимость так орать?

Том застонал, узнав голос жены.

– Ах, это ты, мое сердечко, – проговорил он, убавив тон.

– Да, это я, – ответила Кэрол. – Том, в самом деле, тебе следует быть повежливее, когда ты говоришь по телефону.

– О'кей! – Лепски расслабил галстук. – Через двадцать минут я буду дома. Как пирог?

– Я как раз и звоню тебе по этому поводу. У меня была Мэвис. Она рассказывала о своем муже. Невероятно, Том, что этот человек себе позволяет! Я просто не нахожу слов!

Лепски беспокойно заерзал на стуле.

– Хорошо, расскажешь мне подробно, когда я вернусь домой. Как пирог?

Кэрол помолчала, потом проговорила:

– Небольшое несчастье. Пока Мэвис рассказывала о Джо, я как-то забыла, что пирог стоит в печи. Ты просто не представляешь, что этот парень вытворяет! Невозможно вообразить! Я онемела от удивления.

Лепски начал барабанить пальцами по письменному столу.

– Ты забыла, что чертов пирог стоит в печи?

– Не ругайся, Лепски, это вульгарно.

Лепски схватил карандаш и сломал его пополам.

Джейкоби перестал печатать, откинулся на спинку стула и прислушался к разговору.

– Что с пирогом? – рявкнул Том.

– Пожалуйста, не кричи. Я звоню тебе только для того, чтобы попросить заскочить в закусочную и купить что-нибудь поесть. У нас в доме нет ни крошки. – С этими словами она повесила трубку.

Лепски швырнул трубку на рычаг и сверкнул глазами в сторону Джейкоби, который немедленно снова застучал на машинке. Тяжело дыша, Лепски выскочил из комнаты детективов. Когда он ворвался в дежурную комнату, чтобы расписаться там об уходе, появился Джо Беглер.

Беглер – высокий, тучный, весь в веснушках, – был заместителем начальника полицейского управления. Сейчас он исполнял обязанности Террелла, который отсутствовал.

– У меня для тебя дело, Том, – сказал он.

Лепски сверкнул на него глазами.

– Я как раз расписываюсь об уходе.

– Дело тебе понравится, Том. Я мог бы поручить его Максу, но думаю, что с этой задачей лучше справишься ты.

– Поручи его лучше Максу. Мне еще нужно купить что-нибудь на ужин. Кэрол умудрилась сжечь этот чертов пирог с курицей и ветчиной! Представляешь!

– Если я передам дело Максу, думаю, ты мне никогда этого не простишь, – ухмыльнулся Джо.

– Ну и что это за дело? – осведомился Том уже с любопытством.

– Только что поступила жалоба из клуба «Набедренная повязка». Вчера вечером там была некая миссис Абрахамс со своим мужем. Она утверждает, что девочки забыли надеть свои набедренные повязки.

Лепски широко раскрыл глаза.

– Ты имеешь в виду, что они разгуливали совершенно голые?

– Это утверждает миссис Абрахамс. Так дело не пойдет! Тебе лучше поговорить с Гарри. Если этот слух достигнет ушей мэра, он прикроет клуб.

– Да, это было бы жаль.

– Так предупредишь его, ладно?

– Не беспокойся. Без набедренных повязок? Для кого-то огорчение, а кому-то истинное удовольствие, – проговорил Лепски. В его глазах плясали искорки. – Сделай одолжение, Джо, позвони Кэрол и скажи, что я задерживаюсь. Передай ей, что у меня грабительский налет.

– Предоставь это мне, – ответил Беглер, знавший Кэрол. – Я постараюсь обрисовать тебя героем.

– Только не перегни палку, Джо. Кэрол соображает, что к чему. Скажи просто, что выезд связан с нападением. Идет?

– Не беспокойся, Том.

Гарри Аткин, владелец клуба «Набедренная повязка», был в приятельских отношениях с полицией. Его клуб, расположенный на одной из боковых улочек в квартале Сикомб, всегда хорошо посещался. Если у богачей возникало желание развлечься, они могли провести большую часть вечера в этом клубе, поедая изысканно приготовленные дары моря.

Обслуживали их великолепно сложенные девушки, вся одежда которых состояла из узкой полоски ткани, обернутой вокруг бедер. Клуб Гарри процветал.

Время от времени, когда Лепски попадал в этот район, он непременно заглядывал в клуб, болтал с Гарри, выпивал бесплатно пару стаканчиков, не уставая восхищаться девушками. Потом он возвращался к повседневной работе, но никогда не упоминал о своих посещениях клуба в присутствии жены, поскольку был уверен, что Кэрол этого не одобрит.

Около восьми часов вечера Лепски вошел в клуб и спустился вниз по лестнице в огромный зал, где трое негров наводили блеск, готовя помещение к вечернему приему гостей.

Гарри Аткин, приземистый, полный мужчина с огненно-рыжими волосами, стоял за стойкой и читал вечернюю газету. Он поднял глаза и широко улыбнулся, узнав в вошедшем Лепски.

– Привет, Том, вас не было видно уже несколько недель. Как дела?

Лепски влез на табурет, пожал руку Гарри и сдвинул шляпу на затылок.

– Порядок, – ответил он. – А как ваши успехи?

– Лучше и быть не может. Сегодня предстоит нелегкий вечер. Вчера тоже было полно народу.

Гарри достал бутылку виски, зная, что это любимый напиток Лепски. Налил порядочную порцию, бросил лед и подвинул стакан по стойке к Лепски.

– Гарри, – начал Том, отпив большой глоток, – на тебя поступила жалоба.

Тот кивнул:

– Я ждал чего-нибудь в этом роде, Том. Кто это, та старая карга, миссис Абрахамс?

– Верно. Именно она и пожаловалась. Что произошло, Гарри? Она утверждает, что девочки были без набедренных повязок.

– Да врет она. Я скажу тебе, что произошло. В клубе были два богатых любителя выпить. Они сидели рядом со столиком этой старой женщины и ее мужа, который у нее на побегушках. Лулу как раз подавала рыбный суп, при этом она наклонилась вперед, выставив свой зад.

Лепски, который видел Лулу и считал, что у нее самые ядреные ягодицы из всех девушек клуба, кивнул.

– Один из пьяниц стал стаскивать с Лулу повязку, и эта чертова штука упала в суп старой карги. – Гарри фыркнул. – Тут и началась кутерьма: старуха забилась в истерике, ее муж впервые за многие годы почувствовал себя мужчиной, а Лулу судорожно прикрывала свои прелести. В сущности, всех в клубе это позабавило, кроме этой старой дуры.

Смеясь до слез, Лепски вытирал глаза:

– Пикантно! Я бы пожертвовал правую руку, чтобы только присутствовать при этом.

– Вот именно. Я немедленно убрал с глаз Лулу и постарался умаслить старую грымзу, но она схватила своего мужа, поволокла его к выходу и орала, что будет жаловаться мэру.

– О'кей, Гарри, успокойся. Я отмечу в своем отчете то, что ты рассказал. Не ломай над этим голову. Когда я расскажу об этом парням в управлении, они надорвут животы от хохота. Больше ни одна из девочек не потеряла своей повязки?

– К вашему сведению, Том, у меня работают только порядочные девушки, – ответил Гарри с серьезным выражением лица. – Последнее, что они теряют, – это набедренные повязки.

Лепски рассмеялся:

– Бог мой, Гарри, а что еще они могут потерять?

Том осушил свой стакан, посмотрел на часы, которые показывали девятый час, и вспомнил, что он должен еще что-нибудь купить к ужину.

– Сделай одолжение, Гарри. Кэрол сожгла пирог, который готовила к ужину. Как насчет какой-нибудь вашей пиццы?

– Нет вопросов. Вас, Том, я обеспечу настоящей едой. Как вы смотрите на цыплят в соусе с белым вином и грибами? Вашей дражайшей половине останется только двадцать минут подержать их в духовке.

Глаза Лепски заблестели.

– Звучит великолепно.

– О'кей. Наливайте себе еще. Я пойду скажу Чарли, чтобы он все приготовил.

Когда Гарри вышел, Лепски взял бутылку.

«Бывают времена, когда полицейская работа вполне оправдывает себя», – подумал он.

Тут прохладная рука взяла его за локоть.

– Позвольте мне это сделать, мистер Лепски.

Он обернулся и увидел перед собой две маленькие груди с перламутрово-розовыми сосками. Ему улыбалась девушка, на которой была только набедренная повязка и черные туфли на высоком каблуке.

– Меня зовут Мариан, – проговорила она, взмахнув длинными ресницами. – Вы слышали о Лулу? Это ужасно, правда?

Лепски открыл рот, но слова застряли у него в горле. Глаза блуждали по изящному хрупкому телу, бывшему так близко от него.

Улыбаясь, она наполнила стакан, бросила туда кубик льда и вложила стакан в руку Лепски.