Так что же случилось с дружной компанией в соседней таверне? А ничего. Кроме того, что там появились полицейские.

В наше время люди видели что-то неприятное в поведении полицейских вообще и в их разговорах в частности. Прежде можно было подойти и спросить: «Ну как поживаешь, офицер Дуган?»— ну и подобную чепуху, и тебя еще могли угостить глоточком виски в честь какого-нибудь новичка-полисмена. А сегодня уже не скажешь, что сидящий рядом полицейский, глядя на тебя, полупьяного, почувствует хоть какое-то смущение и готовность ссудить деньгой. Не то чтобы кто-то был против полицейских. Просто не хочется, чтобы они слонялись по барам и портили честную мужскую попойку. Не надо, чтобы они околачивались и вокруг игорных притонов и портили честную мужскую игру. Нечего им делать и вокруг борделей и мешать честным мужским- устремлениям, полицейским просто не надо тут шляться, вот и все.

Да и сами полицейские изменились, стали хуже.

И что нужно тем верзилам в конце бара?

— Пива, Хэрри, — попросил Буш.

— Сейчас подам, — ответил бармен. Он быстро налил пива и принес туда, где уселись Буш и Карелла.

— Самое подходящее времечко для пива, не правда ли? — спросил Хэрри.

— Не встречал ни одного бармена, который бы не расхваливал пиво, когда заказываешь его в ночной духоте, — тихим голосом заметил Буш. .

Бармен рассмеялся, но только потому, что клиент был полицейским. Двое мужчин, сидевших за столиком для игры в шафлборд, спорили о свободном ирландском государстве. По телевизору шла поздняя передача о русской императрице.

— А вы, ребята, здесь по делам?

— А что? — спросил Буш. — У тебя какие-нибудь новости для нас?

— Нет, просто спросил. Я имею в виду, что нечасто по… что нечасто детективы бывают здесь, — ответил Хэрри.

— Это все потому, что у вас приличное заведение, — сказал Буш.

— Приличнее на Калвер нет.

— Но не после того, как разбили у вас телефонную кабину, — вставил Буш.

— Да, но у нас очень часто разговаривают по телефону.

— Уж очень много пари у вас тут заключается, — ровным голосом сказал Буш.

Он взял кружку с пивом, коснулся верхней губой пены и затем осушил ее.

— Нет, я правду говорю, — сказал Хэрри. Ему не хотелось вспоминать о недавнем теМефонйом разговоре из этой проклятой кабины с прокурором штата. — Вы, ребята, кого-нибудь ищете?

— Вроде сегодня все тихо, — ответил Карелла.

Хэрри улыбнулся, сверкнув золотым зубом.

— О! Здесь всегда тихо, вы же знаете.

— Конечно, — подтвердил Карелла, кивая головой. — Дэнни Джимп заходил?

— Нет, сегодня его не видел. А что? Что-то случилось?

— Отличное пиво, — заметил Буш.

— Еще не желаете?

— Нет, спасибо.

— Простите, на самом деле ничего не случилось? — забеспокоился Хэрри.

— Что с тобой, Хэрри? Кто-то здесь вызывает подозрение? — спросил Карелла.

— Ну что вы, надеюсь, по мне этого не скажешь. Просто немного странно, что вы объявились здесь, хотя у нас ничего не произошло, все в порядке.

— Ну, это хорошо, — сказал Карелла, — С оружием никого не заметил в последнее время?

— С оружием?

— Да.

— С каким оружием?

— Ас каким ты видел?

— Я ни с каким не видел, — Хэрри на глазах покрывался потом. Он придвинул к себе пиво и жадно выпил.

— Никакого хулигана с обрезом или самодельным оружием^ или чем-то вроде этого? — спокойно спросил Буш.

— Ну да, обрезы, — подхватил Хэрри, промокая с губ пену от пива, — они попадаются на глаза постоянно.

— А покрупнее ничего?

— Покрупнее чего? Вроде револьверов тридцать второго и тридцать восьмого калибров?

— Ну, например, сорок пятого калибра, — ответил Карелла.

— Последний раз кольт сорок пятого калибра я видел здесь… — проговорил Хэрри раздумывая, — один парень возвращался из армии… — Хэрри покачал головой. — Нет, это ни чем вам не поможет. А в чем, собственно, дело? Кого-то убили?

— Возвращался когда? — не отступал Буш.

— В пятидесятом — пятьдесят первом, должно быть. Парень, демобилизованный из армии. Входит сюда, размахивая кольтом сорок пятого калибра. Напрашивался на неприятности, как пить дать, тот парень. Дули утихомирил его. Вы не помните Дули? Он обычно всегда сюда заглядывал до того, как его перевели на другой полицейский участок. Славный парень. Любил остановиться и…

— Он все еще живет в этом районе? — продолжал выспрашивать Буш. — Тот парень, что размахивал кольтом.

— А, тот. — Брови Хэрри сосредоточенно нависли над глазами. — Ну?

— Я тебя спрашиваю, — сказал Буш. — Живет или нет?

— Да. Полагаю. Ну?

— Где?

— Послушайте, — сказал Хэрри, — я никого не хочу впутывать в неприятности.

— Ты никого и не впутываешь в неприятности, — ответил Буш. — У этого парня до сих пор имеется кольт?

— Понятия не имею.

— Что было в тот вечер, когда Дули утихомиривал его?

— Ничего. У того парня кольт был заряжен. Сами понимаете, только из армии, как это бывает.

— А как это бывает?

— Судя по тому, как он размахивал оружием, я даже не думал, что он у него заряжен, полагал, что он самодельный. Но сейчас считаю, что кольт был заряжен.

— Уверен в этом?

— В общем, нет.

— Дули отобрал у него оружие?

— Ну… — Хэрри помолчал и насупился. — Ну, я не думаю, чтобы Дули вообще заметил кольт.

— Если он утихомиривал его…

— Ну ладно, — уступил Хэрри, — кто-то из посетителей заметил, как Дули шел по улице, и они как-то успокоили парня и увели его отсюда.

— До того как Дули вошел?

— Ну да. Да.

— И парень, уходя, забрал кольт с собой?

— Да, — ответил Хэрри. — Послушайте, я не хочу вмешиваться ни в какую историю, понятно?

— Понятно, — сказал Буш. — Где он живет?

Хэрри заморгал глазами и уставился в стойку бара.

— Где? — повторил Буш.

— На Калвер.

— В каком месте на Калвер?

— Дом на углу Калвер и Мэйсон. Послушайте, ребята…

— Этот парень ничего не говорил о своей нелюбви к полицейским? — спросил Карелла.

— Нет, нет, — поспешно заверил Хэрри. — Он отличный малый, в тот вечер он только взял у меня пару сигарет, вот и все.

— Ты знаешь Майка Реардона?

— О, конечно, — ответил Хэрри.

— А тот парень знает Майка?

— Не могу сказать. Послушайте, тот парень только нализался тогда, и все.

— Как его зовут?

— Послушайте, он тогда напился вдрызг, вот и все. Черт возьми, это было в пятидесятом.

— Как его зовут?

— Фрэнк. Фрэнк Кларке. С буквой «е» на конце. -

— Что ты об этом думаешь, Стив? — Буш обратился к Карелле.

Тот пожал плечами. Все кажется слишком просто. Ничего хорошего, когда все кажется таким простым.

— Как бы то ни было, давай проверим, — предложил Буш.

ГЛАВА IV

Чем только не пахло в этом жилище. И не только капустой. Кстати, запах капусты для многих есть и всегда будет признаком домашнего уюта, и они никогда не согласятся с мнением, хотя и устойчивым, что запах капусты — это запах бедности.

Запах в этом жилище — запах самой жизни.

В нем соединены запахи каждой жизненной функции: пота, стряпни, отходов и испражнений. Все эти запахи объединяются в один господствующий над всем н повсюду запах, который ударяет в нос сразу же, как вступаешь на лестницу. Десятилетиями он отстаивался в этом здании. Он просачивался сквозь щели в полу и въедался в стены. Этот загах стойко держится на перилах и покрытых линолеумом ступеньках лестницы. Он прячется в углах и повисает на электрических лампочках всех этажей. Этот запах вечно живет здесь — и днем, и ночью. Это зловоние жилья, никогда не видящее дневного света и неведомого хрупкого сияния звезд.

Этот запах по-прежнему был там и 24 июля в три часа утра. И даже еще больше усилился, как будто дневной зной запек его в стены. Он мгновенно сразил Кареллу, как только они с Бушем вошли в здание. Карелла поводил носом, зажег спичку и поднес ее к почтовым ящикам.

— Вот здесь, — проговорил Буш. — Кларке. 3«Б».

Карелла погасил спичку и они направились к лестнице. Мусорные ящики сутками стояли здесь, собранные все вместе на первом этаже за лестницей и источавшие зловоние. Весь дом был погружен в сон, только запахи бодрствовали. На третьем этаже кто-то (то ли мужчина, то ли женщина) громко храпел. На каждой двери, ближе к полу, находилось круглое гнездышко для замка от ящика с молочными бутылками, который сейчас висел без дела в ожидании прибытия разносчика молока. На одной из дверей висела пластинка с надписью: «Верим только в Бога*. За этой дверью, несомненно, находится негнущийся стальной брус полицейского замка, вмонтированный в пол и установленный под наклоном к двери, подпирая ее.

Карелла и Буш с трудом пробрались на четвертый этаж. Лампочка там не горела. Буш чиркнул спичкой.

— Вперед по коридору.

— Хочешь сразу быка за рога? — сказал Карелла.

— У него при себе «сорок пятый калибр», не так ли?

— Пока что.

— И какого дьявола моей жене не нужны деньги, которые она могла бы получить на мою страховку, — сказал Буш.

Они подошли к двери и встали с обеих сторон. Привычным движением взвели курки служебных револьверов. Карелла ни на минуту не сомневался, что оружие им не понадобится, но осторожность никогда не повредит. Он спрятал левую руку за спину и постучал в дверь.

— Вероятно, спит, — предположил Буш.

— Признаки бодрствующего сознания. — Карелла снова постучал.