— Не знаю, откуда вы взяли эту чепуху. Кто-то дурачит вас.

— Несомненно. Одевайся, Диззи.

— Зачем? Я оплатил эту каморку.

— О’кей. Ты уже пользовался ею. Одевайся.

— Ну послушайте, зачем? Говорю же вам, что я чист с тех пор, как вышел. Какого дьявола?

— Хочу взять тебя в участок*, пока не проверю эти фамилии. Не возражаешь?

— Они подтвердят, что я был с ними, не беспокойтесь. А насчет тех наркотиков — о боже, не знаю, откуда вы все это взяли. Я их уже столько лет не употребляю.

— Это не трудно проверить, — ответил Карелла. — Полагаю, что эти струпья на руке — от авитаминоза или чего-то вроде этого.

— А? — спросил Ордиз.

— Одевайся.

Карелла проверил тех мужчин, которых назвал Ордиз. Каждый из них готов был поклясться, что тот играл 23 июля в покер с десяти тридцати вечера до четырех утра 24 июля. Хозяйка Ордиза неохотно подтвердила, что он провел ночь с 24 на 25 июля в своей комнате. У Ордиза было безупречное алиби на то время, которое кто-то использовал для убийств Реардона и Фостера.

Когда вернулся Буш со своей информацией о Фланнагане, полицейские поняли, что откуда они ушли, туда и пришли, ничуть не продвинувшись в своем расследовании.

— У него алиби. Причем прочное.

Карелла вздохнул, пригласил с собой Клинга выпить пива, потом поехал к Тедди. Буш еще раз ругнул жару и отправился домой к жене.


ГЛАВА X

Со своего места в конце бара Сэвиджу была хорошо видна надпись на спине яркой куртки какого-то парня. Сэвидж сразу заметил его, как только вошел в бар. Тот сидел в кабинке с темноволосой девушкой, и они пили пиво. Сэвиджу бросилась в глаза пурпурная с золотом куртка, он сел у стойки и заказал джин и тоник. Время от времени он поглядывал на эту пару. Парень был худой, с бледным лицом, его голову венчала копна черных волос. Воротник его куртки был поднят, и сначала Сэвиджу не было видно надписи на спине, поскольку парень сидел, прислонившись к мягкой обивке кабинки. .

Девушка допила пиво и ушла, а парень остался сидеть в кабинке. Он слегка повернулся, и в этот момент Сэвидж увидел надпись. И тут же настойчивая мысль, до сих пор блуждавшая где-то в его подсознании, начала обретать определенные очертания.

На куртке было выведено: «Гроверы».

Несомненно, что эта надпись связана с названием парка, который окаймлял 87-й полицейский участок. Это название колоколом звенело в голове Сэвиджа, отзываясь многократным эхом. На совести у «Гроверов» много уличных драк в этом районе, включая почти ожесточенную схватку в одном из секторов Гровер-парка с применением ножей, разбитых бутылок, оружия и бейсбольных дубинок. Как рассказывают, «Гроверов» удалось утихомирить только с помощью полиции. И эта неотступная мысль, что в убийствах Реардона и Фостера виновна такая банда, не покидала Сэвиджа.

И вот теперь здесь сидит один из «Гроверов».

С ним можно было бы поговорить.

Сэвидж допил джин с тоником, встал и прошел к кабинке, где сидел парень.

— Привет, — небрежно бросил он.

Парень не повернул головы. Только поднял глаза. И ничего не ответил.

— Не возражаешь, если я присяду? — спросил Сэвидж.

— Валяй, мистер, — ответил парень.

Сэвидж полез в карман пиджака. Парень молча наблюдал за ним. Он вынул пачку сигарет, одну из них предложил парню и, встретив его молчаливый отказ, взял себе.

— Меня зовут Сэвидж, — представился он.

— А мне какое дело? — ответил парень.

— Мне надо поговорить с тобой.

— Да? О чем же?

— О «Гроверах».

— Мистер, вы, наверное, не местный, не так ли?

— Нет.

— Тогда, отец, проваливай.

— Я же тебе сказал, хочу поговорить.

— Я не хочу. Жду, вот придет подруга. Так что убирайся, пока ноги целы.

— Ты меня не испугаешь, детка, так что прекрати грубости.

Парень холодным взглядом окинул Сэвиджа.

— Как тебя зовут? — спросил Сэвидж.

— Угадай, блондинчик.

— Пива хочешь?

— Ты покупаешь?

— Естественно, — ответил Сэвидж.

— Тогда закажи ром с кока-колой.

Сэвидж повернулся к бару.

— Ром с кока-колой, — заказал он, — и еще джин с тоником.

— Джин пьешь, а? — спросил парень.

— Да. Как зовут тебя, сынок?

— Рафаэль, — ответил парень, не переставая в упор разглядывать Сэвиджа. — Ребята зовут меня Рипом.

— Рип. Хорошее имя.

— Не хуже любого другого. А что, тебе не нравится?

— Нравится, — ответил Сэвидж.

— Ты сыщик?

— Кто?

— Полисмен?

— Нет.

— Тогда кто?

— Я репортер.

— Да?

— Да.

— Так что тебе от меня надо?

— Хочу, поговорить.

— О чем?

— О вашей банде.

— Чьей банде? — спросил Рип. — Я не состою ни в какой банде.

Официант принес напитки. Рип пригубил свой и сказал:

— Этот бармен — плут. Не доливает. На вкус будто крем- сода.

— Вот удача, — произнес Сэвидж.

— Она тебе еще пригодится, — ответил Рип.

— Насчет «Гроверов»…

— «Гроверы»— это клуб.

— Не банда?

— На что нужна нам банда? У нас клуб. Вот и все.

— Кто президент? — спросил Сэвидж.

— Мое дело знать, а твое — докопаться, — ответил Рип.

— Ав чем дело? Ты стыдишься своего клуба?

— Вовсе нет.

— Не хотел бы ты, чтобы о нем написали в газете? Еще ни об одном клубе в этом районе газеты подробно не писали.

— Нам не нужно никакой писанины. У нас и так известная репутация. Разве найдется в городе хоть один, кто бы не слышал про «Гроверов»? Кому ты пытаешься запудрить мозги, мистер?

— Никому. Я только подумал, что вам, возможно, захочется поучаствовать в деле по налаживанию контактов с обществом.

— На кой черт?

— Чтобы привлечь на свою сторону прессу.

— Ты имеешь в виду… — Рип нахмурил брови, — что ты этимгкочешь сказать?

— Написать статью, рассказывающую о вашем клубе.

— Нам не нужны никакие статьи. Лучше убирайся отсюда.

— Рип, я пытаюсь стать твоим другом.

— У меня их полно среди «Гроверов».

— Сколько же?

— Ну, по крайней мере… — Рип вдруг осекся. — Ну, ты и хитер, каналья, не правда ль?

— Ну, если не хочешь, не рассказывай. А почему ребята зовут тебя Рипом?

— У нас у всех есть клички. У меня такая.

— Но почему?

— Потому что я лезвием хорошо владею.

— Тебе приходилось его применять?

— Применять? Шутишь? Просто в нашем районе, если у тебя нет с собой ножа или «штучки», ты уже не человек. Мертвец.

— Что такое «штучка», Рип?

— Оружие. — Рип округлил глаза. — Ты не знаешь, что такое «штучка»? Тогда ты не мужчина.

— И много у «Гроверов» таких «штучек»?

— Хватает.

— Какого типа?

— Всех видов. А что тебя интересует? У нас все есть.

— А кольт сорок пятого калибра?

— Почему ты спрашиваешь о нем?

— Хороший кольт. Сорок пятого калибра.

— Да, большой он, — ответил Рип.

— Тебе когда-нибудь приходилось пользоваться этими «штучками»?

— Просто вынужден ими пользоваться. Ты думаешь, эти побрякушки для развлечений? Ты вынужден ими пользоваться, если только успеешь выхватить. Иначе тебя подстрелят. — Рип еще немного отпил рома.

— Эта округа тебе не взбитые сливки, отец. Постоянно надо быть начеку. Вот почему безопаснее, когда принадлежишь к «Гроверам». Увидят на улице такую куртку и уже смотрят с уважением. Каждый понимает, что, связываясь со мной, он будут иметь дело со всеми «Гроверами».

— Ты имеешь в виду полицию?

— Нет, кому нужны неприятности от Закона? Мы держимся от них подальше. Пока они нас не доймут.

— В последнее время кто-нибудь из полицейских донимал вас?

— У нас с полицейскими уговор. Они нас не трогают, мы не тревожим их. Здесь уже столько месяцев не было драк. Все тихо.

— Вам так нравится?

— Конечно, а почему бы нет? Кому хочется, чтобы продырявили черепок? «Гроверы» стремятся к миру. Мы никогда не трусим, но и не ищем приключений на свою голову. Только тогда выступаем, когда нас допекают или когда какой-нибудь хахаль из другого клуба пытается приставать к нашей девчонке. Такое мы не потерпим.

— Так что, у вас в последнее время не было неприятностей с полицией?

— Несколько мелких встреч, о которых даже сказать нечего.

— Каких встреч?

— Один парень накурился, и занесло его, понимаешь? Разбил витрину в магазине, просто так. Полисмен остановил его. Осудили условно.

— Кто остановил его?

— А зачем тебе?

— Просто интересно.

— Какой-то полисмен, не помню кто.

— Детектив?

— Я сказал «полисмен»…

— А как «Гроверы» на это смотрят?

— Что ты этим хочешь сказать?

— Ну, на того детектива, задержавшего одного из ваших парней.

— Тот мальчишка юниором считается, мне до него дела нет. Его никто не заставлял курить марихуану, а потом искать приключений. Если не умеешь обращаться с такой сигареткой… ну, понимаешь, тот парень еще совсем мальчишка.

— И у вас нет неприязни к тому полисмену, который задержал его?

— А?

— Ничего не имеете против полицейского, что задержал его?

Внезапно в глазах Рипа мелькнуло подозрение.

— К чему это ты клонишь, мистер?

— Ни к чему конкретно.

— Как ты сказал, тебя зовут?