Я завязал галстук. Надо было действовать быстро, иначе потом будет поздно. Когда они привезут меня в комиссариат, веселье закончится. Судя по рожам этих типов, ничего хорошего меня там не ждало.

— Топай, подонок, — сказал Хеймс. — И заруби себе на носу: если ты сделаешь хоть одно движение в сторону, тебя вначале пристукнут, а уж потом будут извиняться. Мы не хотим убить тебя так скоро: надо вначале разукрасить твой портрет. Но, если ты захочешь выкинуть какой-нибудь фокус, нам не останется иного выхода.

— Можете не беспокоиться. Я только читал про крутых ребят, которые стирают парней в порошок. Хочется убедиться в этом на собственной шкуре.

— Ты будешь обслужен по высшему разряду, — заверил меня Солли.

Мы вышли в гостиную, которую из угла в угол мерил Флаггерти. Мисс Уондерли сидела в кресле. Толстая женщина стояла позади нее. Флаггерти злорадно улыбнулся. Выглядел он неважно. Губы распухли, на месте передних зубов зияла дыра.

— Пять человек за четыре месяца! — сказал он, становясь напротив меня. — Убийца! Что ж, ты увидишь, как мы расправляемся с убийцами. Суд состоится не раньше чем через две недели. Две недели ада для мистера Убийцы Кейна!

— Не надо так драматизировать, — ответил я.

Высокий коп-ирландец, который уже бил меня, снова ударил сзади дубинкой. Я наклонился вперед, чтобы удержаться на ногах, и с ходу ударил в подбородок Флаггерти. Последовали два удара по моей спине, и я упал на четвереньки.

Флаггерти принялся бить меня по ребрам носком туфли. Я старался, как мог, защитить голову, но получил сильнейший удар по шее.

— Не хотелось бы тащить его в участок, — с беспокойством сказал Хеймс.

Флаггерти отступил.

— Вставай! — прошипел он.

Я лежал возле прикрытого покрывалом тела Херрика, притворившись, что потерял сознание. Я закрывал руками глаза, не давая им возможности проследить направление моего взгляда. Я смотрел на мой «люгер», очертания которого угадывались под покрывалом. Они явно забыли о его существовании.

Флаггерти бесновался рядом:

— Встань, подонок, или я продолжу!

— Встаю, встаю, — я медленно поднялся на колени, делая вид, что мне очень плохо. Запачканное кровью дуло пистолета находилось рядом. Я пытался вспомнить, был ли у кого-нибудь из копов в руке револьвер. Вроде бы нет. Обыскав меня и не обнаружив оружия, они были уверены в себе.

Флаггерти опять ударил меня ногой. Я упал на тело Херрика. Это было странное ощущение — лежать на окоченевшем человеческом теле. Мои пальцы сомкнулись на рукоятке пистолета. Кровь сделала его скользким.

Я поднялся на ноги. Физиономия Флаггерти позеленела, когда он увидел «люгер» в моей руке. Все замерли на месте, как восковые манекены.

— Хэлло, ребята! — сказал я. — Помните меня?

Не направляя оружия ни на кого персонально и держа его стволом вниз, я сделал два шага к стене. Так я мог держать всех в поле зрения.

— Подходите, — я подарил присутствующим очаровательную улыбку. — Разве мы не собирались отправиться в комиссариат забавляться?

Они не двигались и не открывали ртов.

Я посмотрел на мисс Уондерли. Она сидела на краешке кресла с широко раскрытыми от удивления глазами.

— Эта банда решила поиграть в крутых парней. Так ты идешь со мной, малышка?

Она встала и подошла ко мне. Ее колени дрожали, так что я вынужден был обнять ее за талию.

— Ты можешь мне помочь? — спросил я, прижимая ее к себе.

— Да.

— Пройди в спальню и собери чемодан. Бери только самое необходимое, остальное оставь. И поторопись!

Она прошла мимо высоких манекенов, даже не удостоив их взглядом.

— Есть ли среди вас кто-нибудь, кто хочет проверить, с какой сноровкой я вытаскиваю пистолет? Если вас интересует, сделайте движение, и я это продемонстрирую, — весело сказал я, засовывая оружие за пояс.

Никто не пошевелился. Их было восемь и толстая негритянка. Они боялись даже часто моргать. Я закурил и пустил струю дыма в сторону Флаггерти.

— Вы хорошо повеселились, ребята, — сказал я. — Теперь моя очередь. Я приехал сюда отдохнуть. Все, чего я желал, — это весело провести время и потратить денежки. Но кто-то захотел быть очень умным. Вам нужно было убрать Херрика, и вы решили свалить вину за убийство на меня. И почти преуспели в этом. Да, вам бы удалось это, если бы вы были поумнее. Что ж, Херрика вы убрали, но меня убрать значительно труднее. Я узнаю, почему Херрик так мешал вам. Я останусь в этом городе и переверну все вверх дном, пока не доберусь до сути. А вы попробуйте помешать мне.

Они молчали. Я сделал знак копу-ирландцу.

— Подойди ко мне!

Тот медленно двинулся в мою сторону, держа руки вверх и ступая, словно шел по яйцам. Я дал ему возможность приблизиться на шесть шагов и ударил кулаком в нос. Он повалился прямо на Флаггерти, и оба осели на пол. Кровь закапала из носа полицейского.

Мисс Уондерли вышла из спальни, неся чемодан.

— Подожди около двери, моя прелесть. — Я подошел к окну, отодвинул штору и взял коробку из-под сигар, которая там стояла. В ней находилось ровно восемнадцать грандов — деньги, которые я рассчитывал потратить за время отпуска. Я даже не утруждал себя следить за этими подонками — моя репутация, видимо, была очень хорошо известна в Парадиз-Палм, или они были жалкими трусами.

— Пошли, — сказал я мисс Уондерли. Она открыла дверь. — Пока! — Я повернулся к Флаггерти: — Ты можешь последовать за мной, если храбрый. Я никогда не стреляю первым, — я помахал им рукой. — До встречи!..

Он остался сидеть на полу. Его глаза были полны ненависти, но он молчал.

Я забрал чемодан у мисс Уондерли и, взяв ее под руку, пошел к лифту. Через одну-две секунды двери лифта открылись.

— Вам вниз, сэр? — спросил лифтер, и вдруг глаза его удивленно расширились. Я узнал типа, который клялся, что поднимал ко мне Херрика. Вытащив его из лифта, я от души врезал мерзавцу между глаз. Толкнув мисс Уондерли в кабину, я последовал за ней.

— Мы спускаемся! — улыбнувшись лифтеру, я нажал кнопку.

Глава 2

Допрос с пристрастием

1

— Им известно, где ты живешь? — спросил я мисс Уондерли, выводя «Бьюик» из гаража отеля.

Она отрицательно покачала головой.

— Уверена?

— Да. Я сняла эту квартиру пару дней назад. Никто еще не знает этого.

— Мы заедем к тебе, и ты захватишь свою одежду. Где это?

Она сжала мою руку.

— Нет. Нужно побыстрее уехать из города! Я боюсь.

— У нас есть время. Не нужно так бояться. Если мы не допустим ошибок, им никогда нас не поймать. Где ты живешь?

— На углу улиц Эссекс и Мерривайл.

— Знаю. Проезжал, когда ехал сюда.

Ведя «Бьюик», я не спускал глаз с зеркальца заднего вида. Пока нас никто не преследовал.

— Тебе и мне о многом нужно поговорить, — заметил я. — И благодарю, что ты на моей стороне.

Она задрожала.

— Они нас поймают?

— Они недостаточно ловкие ребята для этого, — заверил я, хотя в глубине души вовсе не был в этом уверен. Я гадал, известен ли копам номер моей машины. Сколько времени понадобится, чтобы служащий успел сообщить его Флаггерти. Я думал над тем, где можно спрятаться. Не лучше ли действительно побыстрее покинуть город? Правда, я не хотел уезжать слишком далеко, так как хотел захватить Киллиано.

— Послушай, малышка, — проговорил я убедительно, — подумай: где в городе или его окрестностях можно хорошенько спрятаться? Без большого риска?

Она оглянулась.

— Нужно поскорее уехать отсюда! — взволнованно проговорила она. — Если они меня поймают, ты не представляешь, что они со мной сделают.

Я похлопал ее по руке и едва не задавил типа, который неожиданно выпрыгнул из фургона. Мы обменялись с ним парой ругательств.

— Спокойнее, — сказал я мисс Уондерли. — Главное — не терять головы. Полиция наверняка в самое ближайшее время перекроет все выходы из города. Нужно спрятаться до тех пор, пока шумиха немного не поутихнет. Тогда в один из вечеров мы устремимся прочь из этого негостеприимного места.

— И все же лучше уехать сейчас, — твердила она, нервно сжимая пальцы в кулаки.

— Ты должна хорошенько подумать. Нам нужно надежное убежище на три или четыре дня.

Наконец я подъехал к перекрестку улиц Эссекс и Мерривайл. Направив машину по Эссекс-стрит, я через минуту остановился перед обшарпанным домиком. Мы бегом поднялись по ступенькам. Ее комнаты находились на первом этаже. Она запихивала одежду в чемодан с такой скоростью, словно за ней гнался сам черт. Я только наблюдал. В три минуты она уложила в большой чемодан все, что вытащила из шкафа.

— Молодец! — я взял чемодан. — Пошли отсюда!

На площадке она остановилась, вцепившись в мою руку.

— Что такое? — прошептала она.

Я сделал ей знак помолчать и прислушался. По радио передавали полицейское сообщение. Жителей Парадиз-Палм информировали о моей персоне.

— Ну и как ты себя чувствуешь, после того как тебя назвали белокурой убийцей? — спросил я, улыбаясь.

Она оттолкнула меня и побежала вниз. Внизу она остановилась. Коренастый мужчина в рубашке с засученными рукавами, разинув рот, смотрел на нее.

— Послушай! — он шагнул к ней. — Не так быстро. Ведь это о тебе только что говорили по радио.

Мисс Уондерли испуганно вскрикнула, повернулась и хотела бежать, но он схватил ее за рукав.

— Меня тоже разыскивают, — сказал я, медленно спускаясь.