– Ларри, вы будете отвечать на мой вопрос? Вы оставили эти деньги у какой-нибудь женщины?

– Да.

Хельга вспомнила вчерашний вечер.

– Вам нужна была женщина, и вы вышли вчера вечером из отеля, чтобы найти ее?

– Да.

Хельга закрыла глаза и сжала кулаки.

– Расскажите.

Юноша нервно заерзал на сиденьи.

– Я должна знать!

Он еще глубже ушел в кожаное кресло.

– Ну, если вы настаиваете… Я зашел в кафе. Там сидела девушка. Одна. Мы разговорились. – Он провел рукой по волосам. – Не знаю, поймете ли вы… Она мне понравилась, и мы пошли к ней. Там была еще одна подруга. – Он хмуро посмотрел в окно. – Все это обошлось довольно дорого. Когда я вернулся в отель, у меня в кармане не осталось и пяти франков.

«Красивый дурачок! – Хельга глубоко вздохнула. – Меня ты получил бы даром, еще я и приплатила бы тебе!»

– Кажется, вам не слишком везет с женщинами, – только и смогла сказать она.

– Вот это верно!

Что-то похожее на сострадание проснулось в ней при виде его поникшей фигуры.

Машина выехала на горную дорогу. Начинался крутой подъем к Валлидоне.


Если позволяли дела, Герман Рольф старался проводить один месяц в Швейцарии. Он купил в Костаньоле, на полдороге к озеру Лугано, комфортабельную виллу и приезжал туда обычно в феврале. Раньше этот дом принадлежал известному кинопродюсеру. В доме был огромный плавательный бассейн, внутренний дворик со стеклянной крышей, игорный зал и кинозал, оснащенный по последнему слову техники. Кроме того, при вилле был гараж на четыре машины, а над ним – квартира для прислуги.

Хельга приезжала в Швейцарию в январе, чтобы приготовить виллу к приезду мужа, который появлялся немного позже в сопровождении Хинка – своего слуги, няньки и тирана. Хинк служил у Рольфа уже около пятнадцати лет. Вид у него был, как у почтенного английского епископа: круглое, упитанное розовое лицо, седые волосы, общее благодушие. У него были безупречные манеры, и говорил он только тогда, когда его об этом просили. Он был предельно порядочен. И, несмотря на свои шестьдесят лет, обладал большой силой и выносливостью.

Хельга ценила его, но в то же время и слегка побаивалась. Она знала, что он следит за ней, и в первые два месяца брака с Рольфом это нервировало ее. В конце концов он решил, что она справляется со своей ролью хозяйки дома, личной секретарши и жены так же хорошо, как он с обязанностями слуги. Его отношение выражалось в различных мелочах, украшающих ее жизнь, и хотя он постоянно оставался замкнутым, но, встречая его взгляд, Хельга ловила в нем одобрение…

Через три дня муж должен приехать с Хинком на виллу, подумала Хельга, когда машина неслась к Лугано. Обычно из Бонна она звонила в агентство и просила привести дом в порядок, а в ожидании этого останавливалась в отеле «Эдем», в Лугано. Когда ей сообщали, что вилла убрана, она ехала на маленький аэродром в Агню. Туда на частном самолете прилетал Герман Рольф, и они вместе отправлялись на виллу.

Но теперь, с Ларри, она решила не останавливаться в «Эдеме». Вилла и так в идеальном порядке, отопление включено, все готово к приезду хозяина. В ее распоряжении три дня. Целых три дня! Теперь настало время дать Ларри понять, чего она от него хочет. Но начать следует осторожно – он такой странный парень! Хельга надеялась, что его не отпугнет ее возраст.

– Расскажите мне о ваших дальнейших планах, Ларри, – решительно начала она.

Он вздрогнул, оторвавшись от своих мыслей, как будто забыл о том, что она сидит рядом.

– Мои планы, мэм? Найти какую-нибудь работу.

– Вы думаете, это будет легко сделать?

– А почему бы и нет?

– Но ведь у вас потребуют рекомендации!

Юноша пожал широкими плечами.

– Что-нибудь придумаю…

Хельга с трудом справилась с охватившим ее раздражением.

– Это не так-то просто, – сказала она как можно мягче. – Послушайте, Ларри, мне хочется вам помочь. Я знаю, вы не хотите брать у меня денег, но я могу дать вам взаймы. Когда сможете – отдадите.

Он покачал головой.

– Спасибо за предложение, мэм, но старик придет в ярость, если узнает, что я у кого-то взял деньги в долг.

– Но вы можете ему не говорить. – Хельга разговаривала с Ларри терпеливо, как с ребенком.

Он долго молчал. Хельга не хотела его торопить, и так, не говоря ни слова, они проехали по центральным оживленным улицам города.

Наконец он сказал:

– Конечно, я могу ничего не говорить ему, но меня все время будут мучать мысли, что, возможно, я не смогу вернуть вам деньги. Я вам и так уже дорого обошелся!

– Значит, вы просто не хотите остаться передо мной в долгу? – Хельга обрадовалась, что она, наконец, нащупала главную заботу Ларри. – Но деньги для меня ничего не значат! У меня их много, и мне доставляет удовольствие помогать людям.

Ларри подумал, потом кивнул.

– Будь я богат, я тоже, наверное, думал бы так.

Машина катила по набережной, уличное движение становилось все интенсивнее.

– Красиво здесь, правда? – спросила Хельга.

– Да, очень, – Ларри посмотрел на озеро, на далекие горы со снежными вершинами. – Как называется это место?

– Лугано. А сейчас едем ко мне домой. Я хочу показать вам свою виллу.

– К вам домой? Вы хотите привезти меня к себе домой? Я этого не ожидал!

Хельга рассмеялась.

– Почему бы и нет! Вы сможете остаться на ночь. Там много комнат для гостей. А утром мы посмотрим, что я могу для вас сделать.

Ларри ударил себя кулаком по колену.

– Черт возьми! Вот это здорово! Кто бы мог подумать!

Хельга окинула его быстрым взглядом. Его восторг показался ей немного преувеличенным, но увидев его широкое мальчишеское лицо и дружескую улыбку, она отбросила все сомнения.

– Очень рада, что вам это доставит удовольствие, Ларри.

– Вы не представляете, что это значит для меня, мэм, – пробормотал он. – А то я уже начал беспокоиться о пристанище на ночь. Я думал найти какой-нибудь сарай, в котором смогу переспать.

«Дурачок, ты будешь спать со мной», – подумала Хельга.

А вслух сказала:

– Не беспокойтесь, Ларри, об этом я позабочусь.


Хельга лежала на широкой французской кровати, в одном желтом шифоновом пеньюаре и оглядывала спальню.

Это была роскошная комната с обитыми кожей стенами и темной ореховой мебелью. Зеркало напротив кровати убеждало Хельгу, что она все еще красива.

После краткой остановки в Костаньоле они с Ларри поехали на виллу. Его восторженная реакция на дом порадовала Хельгу, тем более, что она сама слишком хорошо помнила свое первое впечатление от этого дома с его огромным холлом и элегантными гостиными.

– Черт возьми! – Ларри обалдел от восторга. – Совсем как в кино!

– Этот дом раньше принадлежал кинопродюсеру. Снимите плащ и осмотритесь.

Они вместе прошлись по всем комнатам. Роскошь дома потрясла Ларри. Он удивленно таращил глаза на плавательный бассейн, частью под открытым небом, и террасу с видом на Лугано. А кинозал с широким экраном и удобными кожаными креслами буквально ошеломил его. Чтобы окончательно «добить» его, Хельга показала юноше финскую баню и два лифта, которые доставляли гостей прямо в зимний сад, минуя каменную лестницу.

Обход завершился на кухне, где стояла плита с немыслимым количеством кнопок.

Потом Хельга решила показать Ларри его комнату. Они прошли в то крыло дома, где находились помещения для слуг, миновали апартаменты Хинка с ванной и подошли к небольшой комнате, которую редко кто занимал. Она открыла дверь.

– Располагайтесь, Ларри, ванная рядом.

Он огляделся.

– Вы, должно быть, очень богаты, мэм?

– Не я, а мой муж, – возразила она со смехом. – А потом мы устроим пикник. Холодильник набит всякими продуктами, – с этими словами она ушла.

У себя в комнате она распаковала вещи, приняла ванну и легла в постель. Было 17.45, уже начинало темнеть. Хельга включила приглушенный желтоватый свет, который подчеркивал ее достоинства.

«Настало время для любви», – подумала она и потянулась всем телом. Взяв телефонную трубку, она соединилась с комнатой Ларри. Ответа не было. Неужели он снова куда-нибудь ушел? Хельга была в панике.

Наконец он взял трубку.

– Алло!

– Поднимитесь ко мне, Ларри, и, прошу вас, если уходите, включайте синюю лампочку над дверью.

– Хорошо. – Он повесил трубку.

Хельга ждала с бьющимся сердцем. Она еще раз посмотрела на себя в зеркало и удовлетворенно улыбнулась. Наконец раздался легкий стук в дверь.

– Войдите, Ларри, – сказала она, желая его в этот момент так, как никогда никого не желала. Юноша был по-прежнему в черном костюме, белой рубашке и при галстуке. Увидев Хельгу, лежащую на кровати в прозрачном пеньюаре, не скрывавшем линий ее тела, он попятился.

– Прошу прощения, мэм, – нерешительно пробормотал он.

– Входите же, Ларри! – она сама почувствовала, что ее голос звучит раздраженно. – И закройте дверь.

Он прошел в комнату и остановился.

– Надеюсь, вы не боитесь меня? – спросила Хельга.

– Нет.

– Тогда подойдите ближе.

Ларри сделал шаг к роскошной кровати и снова остановился, как истукан. Наконец он решился поднять глаза на Хельгу.

– Боже мой, как вы красивы! Я никогда не встречал ничего подобного! – Эти слова, вырвавшиеся у него против его воли, воспламенили Хельгу. Она протянула руки и привлекла его к себе.

– Почему вы так официально одеты, Ларри? – Она стала развязывать его галстук.

– Вы уверены, мэм, что поступаете правильно?

– Боже мой, не будьте ребенком, Ларри! – Дрожащими пальцами она расстегнула рубашку.

– Я сам! Нельзя ли, мэм, мне хоть раз взглянуть на вас? – Хельга распахнула шифоновый пеньюар и показала свою наготу.

– О, мэм…

Пока он смотрел на нее, она нащупала молнию на его брюках и стала расстегивать. Он хотел снять пиджак, но при этом задел кнопки на пульте, соединенные со светом, телевизором и прочими приспособлениями. На секунду вспыхнул яркий свет, потом наступила темнота. Хельга расстегнула молнию на брюках, но вдруг почувствовала, что он отстранился. После яркого света она ничего не могла рассмотреть.