— Ты звонил в лабораторию? — спросил Мейер.

— Они уже закончили, — кивнул Карелла и взял в руки ежедневник. Это был крупный блокнот, в котором листы соединялись при помощи пружинки: каждая страница открывала очередной день. Большая оранжевая пластмассовая скрепка играла роль закладки на странице двенадцатое февраля. Мейер извлек записную книжку и стал записывать, какие встречи были назначены с начала месяца. Он переписывал назначения на четверг, 4 февраля, когда в дверь позвонили. Детективы переглянулись. Карелла пошел к двери, отчасти предполагая, что пришел смотритель — потребовать ордер на обыск или что-то в этом духе. За дверью стояла девушка.

— Ах! — сказала она, увидев Кареллу.

Она посмотрела на номер на дверях, словно усомнилась, не перепутала ли квартиру. И нахмурилась. Она была высокого роста, пять футов девять дюймов, гибкая, восточного типа, с черными как ночь волосами и раскосыми глазами. Она носила черную куртку поверх синих джинсов и высокие черные сапоги. Сдвинутая набок желтая лыжная шапочка закрывала одну бровь. Длинный черно-желтый шарф свисал почти до колен.

— Я вас знаю? — спросила она.

— Не думаю, — ответил Карелла.

— Где Салли? — спросила она и стала всматриваться в квартиру. В глубине появился Мейер: он вышел из спальни и теперь стоял в гостиной. Оба были одеты в плащи. Она снова быстро взглянула на Мейера и потом на Кареллу.

— Что все это значит? — спросила она. — Что здесь происходит?

Она отступила на шаг, быстро взглянула через плечо в сторону лифта. Карелла отлично знал, о чем она думает. Двое незнакомцев в плащах, никаких признаков ее подруги Салли — она застала в квартире грабителей.

— Мы из полиции, — сказал он, чтобы она не паниковала.

— Вот так, да? — с сомнением произнесла она и снова обернулась к лифту.

Местная, решил Карелла, и почти улыбнулся. Он извлек кожаный футлярчик из кармана, открыл его и показал девушке свой значок и удостоверение.

— Детектив Карелла, — сказал он. — Восемьдесят седьмой участок. А это мой напарник, детектив Мейер.

Девушка наклонилась, чтобы разглядеть значок. Она наклонилась от пояса, не сгибая ног и спины.

Танцовщица, решил Карелла. Она выпрямилась снова и поглядела ему прямо в глаза.

— Что случилось? — спросила она. — Где Салли?

Карелла колебался.

— Скажите нам, кто вы? — сказал Карелла.

— Тина Вонг. Где Салли?

— Что вы здесь делаете, мисс Вонг? — спросил он.

— Где Салли? — снова спросила она и мимо него прошла в квартиру. По всей видимости, она бывала здесь. Вначале она прошла на кухню, затем в спальню и снова вернулась в гостиную, где ее ждали два детектива. — Где Салли? — повторила она.

— Она ждала вас, мисс Вонг? — спросил Карелла.

Девушка не ответила. Ее взгляд нервно перебегал с одного детектива на другого. Карелла не хотел говорить пока — не сейчас, — что Салли Андерсон погибла. В утренних газетах сообщения о ее смерти не было, но в дневных выпусках оно могло появиться и скорее всего уже сейчас появилось на газетных прилавках. Знает ли Тина на самом деле, что Салли погибла? Карелла хотел услышать эта от нее.

— Она ждала вас? — снова спросил он.

Девушка посмотрела на часы.

— Я пришла на пять минут раньше, — сказала она. — Все-таки скажите мне, что здесь происходит? Ее ограбили?

Эта девушка местная, подумал он. Ограбление всегда путают с квартирной кражей со взломом — только полиция умеет отличить одно от другого. В полиции путают другое — не могут отличить одну степень взлома от другой.

— Что вы собирались делать? — спросил Карелла.

— Делать?

— С мисс Андерсон.

— Перекусить и затем — в театр, — сказала Тина. — У нас дневной спектакль, в час тридцать. — Она положила руки на пояс и снова спросила: — Где она?

— Умерла, — сказал Карелла и внимательно посмотрел ей в глаза.

У нее в глазах он мог прочесть только подозрительность. Ни шока, ни внезапного горя, только подозрительность. Она поколебалась минуту и сказала:

— Вы меня обманываете.

— Если бы!

— Что значит — умерла? — произнесла Тина. — Я видела ее вчера вечером. Умерла?

— Ее труп нашли в половине первого ночи, — сказал Карелла.

Теперь у нее в глазах появилось что-то новое: она поверила. И затем запоздалый шок. И затем что-то похожее на страх.

— Кто это сделал? — спросила она.

— Мы еще не знаем.

— Как? Где?

— Здесь, внизу, перед этим домом, — сказал Карелла. — Ее застрелили.

— Застрелили?

И вдруг Тина расплакалась. Детективы следили за ней. Она покопалась в сумке, которая висела у нее на плече, нашла салфетку, вытерла глаза, снова заплакала, высморкалась и снова стала плакать. Они молча смотрели. Оба чувствовали неловкость от ее слез.

— Извините, — сказала она, снова высморкалась и стала глазами искать пепельницу, куда бы выбросить скомканную салфетку. Она вытащила из сумки другую салфетку и снова приложила к глазам. — Извините, — пробормотала она.

— Насколько хорошо вы ее знали? — мягко спросил Мейер.

— Мы очень хорошие… — Она осеклась, чтобы поправиться, понимая, что заговорила о Салли Андерсон так, словно та еще жива. — Мы были очень близкими подругами, — тихо сказала она.

— Как давно вы с ней знакомы?

— С «Жирной задницы».

— Вы тоже танцовщица, мисс Вонг?

Она снова кивнула.

— И вы знакомы с ней с начала постановки этого шоу?

— Да, с тех пор как мы начали ходить на репетиции. На самом деле мы познакомились немного раньше, на прослушивании. Познакомились на первом прослушивании.

— Когда это произошло, мисс Вонг? — спросил Мейер.

— В июне.

— И с тех пор подружились?

— Она была моей лучшей подругой. — Она покачала головой. — Просто не верится.

— Вы сказали, что видели ее вчера вечером…

— Да.

— Вчера был вечерний спектакль?

— Да.

— А когда опустился занавес?

— Примерно без четверти одиннадцать. Вчера вечером представление шло немного дольше. Джои, наш комик, — не знаю, видели ли вы наше шоу…

— Не видел, — сказал Карелла.

— Не видел, — сказал Мейер.

Девушка была удивлена. Она пожала плечами.

— Джои Харт, — сказала она. — Во втором акте он довел зал до исступления и продолжал всех смешить сколько мог. Спектакль закончился на пятнадцать минут позже.

— Занавес обычно опускается в десять тридцать, верно? — спросил Мейер.

— Примерно. По-разному бывает, это зависит от публики.

— И тогда вы видели Салли Андерсон живой в последний раз?

— Нет, потом в артистической уборной, — сказала Тина.

— А еще кто был в уборной?

— Все «цыганки». Девушки.

— Цыганки?

— Танцовщицы, исполняющие роли цыганок.

— Сколько их?

— Всего нас шестнадцать. Парней и девушек. Нас было восемь в дамской артистической уборной. Пять блондинок, две черненькие и одна китаянка — я. — Она сделала паузу. — Джейми любит блондинок.

— Джейми?

— Это наш хореограф. Джейми Аткинс.

— Итак, вы были в уборной…

— Все восемь. Снимали грим, вылезали из костюмов и прочее.

— Когда вы ушли из уборной, мисс Вонг?

— Как только смогла. — Она помолчала. — У меня была назначена встреча.

— Кто оставался в уборной, когда вы ушли? — спросил Мейер.

— Только Салли и Молли.

— Молли?

— Магуайр. — Она помолчала. — Она сменила имя. Прежде ее звали Молли Матерассо. Ну, это не самое хорошее имя для сцены, верно? — Карелла догадывался, что это неудачное имя для актера. — На самом деле оно переводится как «матрас». — Карелла знал, что это иностранное слово означает «матрас». — В общем, это была ее девичья фамилия. А теперь она замужем, и ее настоящее имя Молли Бонд, но она по-прежнему пользуется псевдонимом Молли Магуайр на сцене. Это хорошее имя. Из-за Молли Магуайрс, как вам известно. — Карелла смотрел на нее непонимающим взглядом. — Ну, было такое тайное общество в Ирландии. Примерно в 1840 году, — сказала она.

Карелла по-прежнему смотрел на нее непонимающим взором. — А позднее в Пенсильвании, — сказала она. — Как бы то ни было, когда вы слышите это имя, вам кажется, что вы его откуда-то знаете. Благодаря своему имени она всегда находит кучу работы: режиссеры и продюсеры думают: «Ба! Молли Магуайр! Вроде я ее знаю — не помню откуда». На самом деле танцовщица она никакая.

— Но в уборной, когда вы уходили, она осталась одна с Салли? — сказал Мейер.

— Да.

— В котором часу это было?

— Примерно в пять минут двенадцатого.

— О чем они говорили, вы знаете?

— Да говорила-то все Молли.

— О чем?

— О Джефри. О своем муже. Вот почему я выбралась оттуда так быстро, как только смогла. На самом деле встреча у меня была назначена только в полночь.

— Не понимаю, — сказал Мейер.

— Ну, Молли все время ссорится с мужем, и это уж очень затянулось. По мне лучше, чтобы она не рассказывала больше об этом или развелась бы наконец.

— Угу, — сказал Мейер.

— И вот тогда вы видели Салли в последний раз, верно? — спросил Карелла.

— Да, верно. Все еще не могу поверить. То есть… Господи! Мы выпили с ней по чашке кофе как раз перед половиной первого ночи.

— Так о чем же вы говорили, мисс Вонг?

— Дамский разговор, — сказала Тина и пожала плечами.

— О мужчинах? — спросил Карелла.

— Конечно, о мужчинах, — сказала Тина и снова пожала плечами.

— Она жила с кем-нибудь? — спросил Мейер.

— Не в этом смысле.