— Если вы не возражаете, — насмешливо произнес репортер "Сан", — то я бы хотел, чтобы его старые знакомые подошли к нему первыми.

— Анна! — обернулся Денхам. — И ты, Джек. Я хочу, чтобы вы поднялись на сцену, когда поднимется занавес.

— О, нет! — воскликнула Анна, ее лицо побледнело.

— Не бойся, сестричка, — мягко настаивал Денхам, — Все в порядке. Конг уже не такой, как прежде, он не опасен.

Анна неохотно стала подниматься с Дрисколом на сцену. Конг повернул голову к ней. Фотографы бросились устанавливать свои камеры и вспышки.

— Если мне удастся снять девушку возле этой обезьяны, — сказал репортер бульварной газеты, — то номер будет нарасхват.

— Надеюсь, что обезьяна действительно надежно прикована, — сказал репортер "Тайме".

— Конечно. Этот Денхам не оставил ей никаких шансов удрать. Ведь она принесет ему больше денег, чем золотой прииск.

Денхам уверенно сжал руку Анны.

— Это будет длиться недолго, — сказал он. — Я собираюсь произнести лишь маленькую речь. Потом занавес будет поднят. Вы вдвоем будете позировать. Затем сказав несколько слов прессе, вы можете возвращаться в отель.

Анна была рада, что ее отель был в девяти кварталах от театра. Когда Дрискол снял комнату в отеле напротив театра, она была удивлена его беспечностью.

Денхам энергичным жестом отстранил край занавеса и вышел к зрителям. Группа людей, оставшихся на затемненной сцене могла слышать лишь его голос. С унылым терпением репортеры и фотографы ожидали начала представления, это были люди, привыкшие подолгу ждать окончания вступительных речей. Анна прижалась к Дрисколу и благодарно вздохнула, когда он обвил рукой ее талию.

Глубоко посаженные глаза Конга смотрели на руку Дрискола, цепи слабо зазвенели.

— Дамы и господа, — послышался голос Денхама. — Я вышел к вам, чтобы рассказать одну невероятную историю. Эта история так неправдоподобна, что многие из вас не поверят мне. Но, дамы и господа, у меня есть несомненное подтверждение ее правдивости. Я и мои помощники представим живое доказательство наших приключений, во время которых двенадцать человек нашли ужасную смерть.

Репортер "Сан" кивнул репортеру "Тайме".

— Эти двенадцать действительно не выдумка, — сказал он, — погибло именно столько. Маклайн, который собирает для нас сведения с кораблей, проник на "Вандару" и услышал то же число от старого моряка по имени Лампи.

— В моей газете напечатано, что погибло 9 человек, — не согласился репортер "Тайме".

— Для остальных троих, видно, не нашлось места, — съязвил репортер "Сан".

— Но прежде, чем я расскажу вам больше, леди и джентльмены, доносился голос Денхама, — я собираюсь показать вам кое-что. Я собираюсь показать вам величайшее зрелище, какое вам только приходилось видеть. Я покажу вам того, кто был королем и богом в своем мире, но стал пленником цивилизации. Леди и джентльмены! Посмотрите на Конга, восьмое чудо света.

Занавес поднялся, и все как один зрители вскочили на ноги. Молитвы, вздохи, крики ужаса наполнили театр. Денхам улыбался: это был его триумф.

Конг вертел головой, рассматривая переполненный зал, цепи слабо, но настойчиво зазвенели, словно он трясся.

— А теперь, — сказал Денхам, протянув руку в сторону Анны, — позвольте мне представить мисс Анну Дэрроу, самую отважную девушку из тех, что я знал.

— Это, — продолжал он, когда аудитория снова уселась на свои места, Красота. А это — представитель Животного Мира. Мисс Дэрроу, леди и джентльмены, прошла такие испытания, которых не может представить себе ни одна женщина, о них я расскажу вам позже. Из лап Конга она была спасена отважным помощником капитана "Вандары", мистером Джоном Дрисколом.

Покрасневший Дрискол неохотно присоединился к вышедшей на сцену Анне, зрители недоверчиво разглядывали эту светловолосую, хрупкую девушку и ее молодого, взволнованного партнера.

— Наконец, — продолжал Денхам, — прежде чем я рассажу вам эту историю, репортеры, фотографы и зрители могут сделать снимки Конга. Вы будете первыми, кто запечатлеет его на пленку.

Цепи Конга продолжали звенеть, когда репортеры защелкали камерами.

Денхам подвел Анну ближе к клетке. Она молча повиновалась, пытаясь скрыть свой страх. Репортеры чуть ли не хором просили ее улыбнуться, и Анна старалась изо всех сил выглядеть, как можно лучше. Полумрак сцены был разорван многочисленными вспышками.

Конг обнажил свои страшные белые клыки и неожиданно зарычал. Он впервые подал голос за последние несколько дней. Его рев был многократно усилен эхом, зрители вскочили со своих мест. Губы Дрискола сжались в предчувствии беды. Анна едва не вскрикнула и отошла назад, так что помощник оказался между ней и клеткой. Тем не менее, Денхам громко и самоуверенно рассмеялся.

— Не тревожьтесь, леди и джентльмены, — крикнул он. — Эти цепи сделаны из стали, ему не удастся и пошевелиться.

Рев Конга превратился в глухое урчание, но цепи зазвенели громче.

— Подойдем к нему поближе, мисс Дарроу, — попросил один из фотографов. Ослепляющие вспышки снова заполняли сцену. Анна отпрянула назад, прикрывая руками лицо. Дрискол нетерпеливо посмотрел на Денхама.

— Все будет в порядке, Анна, — сказал он. — Думаю, все уже заканчивается.

— Подождите! — приказал Денхам. — Еще раз, вместе.

Вспышки камер засверкали третий раз. Конг разинул пасть и издал ужасный глухой рей. Когда Дрискол взволнованно обнял Анну, чудовище зло задергалось. Его дикая ярость продолжала расти.

— Святой Макерел! — прошептал Денхам. — Он думает, что ты нападаешь на нее, Джек. Не убирай руку! Не убирай! — Он возбужденно махнул фотографам.

Конг выпрямился. Огромное тело, скованное цепями, напряглось. Головой Конг ударил в потолок клетки и выломал его. Его чудовищные лапы, гремя разорванными цепями, заколотили в грудь. Цепи, сковывавшие задние лапы, были выдраны из пола. От Анны Конга отделяли лишь прутья клетки, которые теперь не казались такими надежными.

В театре разразилась дикая паника. Сотни людей, отталкивая друг друга, бросились к выходу.

Дрискол подхватил Анну на руки и бросился сквозь оцепеневшую толпу репортеров к выходу со сцены. Прутья клетки были выломаны и рев Конга потряс стены театра.

— В мой отель! — крикнул Дрискол. — Он на другой стороне улицы.

— Отпусти меня, — выдохнула Анна. — Если я побегу сама, мы быстрее добежим.

Они бросились бежать по узкой аллее, ведущей от входа к улице. Уже в дверях отеля, Дрискол обернулся назад. Конг вывалился на улицу, пробив заднюю стену театра.

— Лифт! — крикнул Дрискол, вбежав следом за Анной в вестибюль отеля.

Конг ворвался в вестибюль, когда двери лифта закрылись. Охранник отеля разрядил в чудовище револьвер и недоверчиво посмотрел на оружие, корда Конг, не придав значения выстрелам, быстро развернулся и выскочил на улицу, сокрушая все на своем пути.

Глава девятнадцатая

После того как Дрискол запер дверь своей комнаты, Анна бросилась в изнеможении на кровать.

— Я не переживу этого, Джек! Я не могу! Мне страшно так же, как тогда на острове.

— Мы в безопасности здесь. Я не оставлю тебя, дорогая. Его поймают. Все будет в порядке.

Дрискол присел возле кровати, и когда Анна разрыдалась, попытался весело приободрить ее.

— Не стоит плакать, опасность уже позади.

Анна вытерла слезы дрожащей рукой. Дрискол рассмеялся, отошел к стене и подозвал Анну.

— Вот! Вот то, что заставит тебя улыбнуться. Послушай, что творится в соседней комнате.

Подведя к запертым дверям в смежную комнату, он заставил ее прислушаться к пронзительному голосу женщины, разговаривающей по телефону.

— Привет, Джимми! Это Мэйбел… Я рада, что ты вернулся… Говори громче, Джимми. Здесь воют сирены пожарных машин… Конечно, я свободна вечером… В десять часов будет в самый раз…

— Мы не должны подслушивать, — бормотала Анна.

— Ерунда! — сказал Дрискол. Если это развеселит тебя, почему бы нет?

— …подожди, Джимми, ты увидишь мое новое платье… Оно восхитительно, малыш… Хорошо… Конечно, я буду там… Скажи, разве я когда-нибудь обманывала тебя, Джимми?.. Конечно! Как только… О, боже!

Приподнятое настроение Дрискола, как рукой сняло, когда в соседней комнате раздался вопль ужаса.

— О, боже — Джимми! Джимми! Джим…

Дрискол нагнулся к дверям. Но тут окно вышибла огромная лапа Конга. Дрискол обернулся на крик Анны и схватил стул. Конг небрежно отшвырнул Дрискола к стене, пододвинул к окну кровать и схватил Анну. Зажав ее в лапе с той же осторожностью, что и на острове, чудовище слезло со стены отеля на крышу примыкающего к нему здания. Дрискол подскочил к окну в тот момент, когда огромный силуэт Конга исчез за крышами домов.

— Денхам! — заорал он, не отдавая отчета в том, что делает. — Денхам! Где ты?! Когда ты остановишь…

Он бросился к дверям, потом по коридору к лифту.

Улицы Нью-Йорка ожили, за Конгом организовалась погоня. К отелю мчались полицейские машины, расчищая себе дорогу жутко воющими сиренами. Тротуары заполнились сотнями вооруженных полицейских, с каждой минутой их становилось все больше и больше. Со стороны центральной улицы показался эскорт мотоциклистов, за ними ехали шикарные автомобили высших полицейских чиновников.

— …И как только это животное вырвалось? Эти цепи не смог бы разорвать и танк…

— Вызовите несколько пожарных машин! Работенка нам предстоит тяжелая…

— …Очистите улицы от зевак! Уберите всех! Всех до одного…

Дрискол оттолкнул лифтера и выскочил на улицу, в этот момент из-за угла показался Денхам, окруженный полицейскими.

— Он взобрался на стену о геля, офицер! Да не качайте вы головой, черт вас возьми Все было действительно так. Это животное смогло бы вскарабкаться и по гладкому мрамору.