– Сержантом королевской морской пехоты, сэр. Ответа не будет? Нет? Слушаюсь, сэр! – прищелкнув каблуками, он выбросил вверх руку. Отсалютовав нам, он вышел из комнаты.

Глава 3

Тайна Лористон-Гарденс

Признаться, получив свежее доказательство правильности выводов моего компаньона, я был ошеломлен. Мое уважение к его аналитическим способностям неизмеримо возросло. И все же глубоко внутри беспокоил меня червячок сомнения: не был ли весь этот эпизод подстроен заранее. Хотя, с какой стати Шерлоку лишний раз поражать меня своими незаурядными талантами? Какая ему польза от этого? Тем не менее, некоторые сомнения оставались. Я взглянул на Шерлока. Он уже закончил читать письмо и отсутствующим взглядом смотрел перед собой. Я уже нередко замечал это выражение глаз Холмса и обратил внимание, что при всей своей отвлеченности оно свидетельствовало о напряженной работе мысли.

– Черт подери, как вы догадались? – спросил я.

– Догадался о чем? – раздраженно отозвался он.

– Ну, о том, что этот человек – отставной сержант морской пехоты?

– У меня нет времени на пустяки, – резко ответил он, но тут же спохватившись, улыбнулся и уже мягче прибавил: – Простите, меня за грубость. Вы прервали ход моих мыслей, но, возможно, это и очень кстати. Так вы, стало быть, не поняли, что перед вами флотский сержант?

– А откуда ж я мог понять?

– Как я уже говорил вам, это легче увидеть, чем объяснить. Представьте на секунду, что вам требуется доказать простую вещь, что дважды два – четыре. Уверяю, вы не сможете этого сделать без подготовки, хотя сам результат не вызывает у вас сомнений. Так вот. Даже на таком расстоянии я увидел у него на руке татуировку – большой синий якорь. Из этого я сделал вывод, что человек был связан с морем. Выправка у него военная, на лице – баки, тоже любимое украшение военных. Следовательно, перед нами военный моряк. Потом я обратил внимание на его уверенную походку, некоторый налет властности на лице и на гордо поднятую голову. И заметьте, как твердо он ставит трость. Из этого я сделал заключение, что это не простой матрос, а офицер. А возраст его говорит, что он в отставке. Вот и все объяснение. Сложите эти факты, и вы получите бывшего флотского сержанта, а ныне почтенного пожилого человека с устоявшимися привычками и размеренной жизнью.

– Вот это да! – восторженно воскликнул я.

– Ничего особенного, – ответил Холмс. Но по его деланно безразличному лицу я понял, что он доволен произведенным на меня впечатлением. Ему явно льстило, что я так восхищаюсь его талантом. – Кстати, совсем недавно я жаловался на отсутствие настоящих преступлений. Очень похоже, что я ошибался. Взгляните-ка вот на это, – он перебросил мне через стол письмо, которое принес посыльный.

– Какой ужас! – воскликнул я, пробегая его. – Просто невероятно!

– Да, здесь мы имеем дело с преступлением из ряда вон выходящим, – спокойно заметил Холмс. – Вас не затруднит прочесть письмо еще раз, но уже вслух?

Я взял его и стал читать:


«Дорогой мистер Шерлок Холмс!

Сегодня ночью в доме № 3 на Лористон-гарденс, недалеко от Брикстон-роуд произошло чрезвычайное происшествие. Около двух часов ночи наш полисмен, делавший обход, заметил в пустующем доме свет. Заподозрив неладное, он подошел к дому и обнаружил, что дверь в него открыта, а в передней, совершенно пустой, лежит труп неизвестного хорошо одетого джентльмена. В кармане его пальто полисмен нашел визитные карточки на имя Еноха Дж. Дреббера из города Кливленда, штат Огайо, США. Намеков на разбойное нападение – никаких. В комнате имеются пятна крови, но признаков насильственной смерти на трупе не обнаружено. Как он очутился в пустующем доме – непонятно, и вообще все дело – сплошная загадка. Если хотите застать меня здесь, то приезжайте до двенадцати дня. До вашего прибытия в доме все останется так, как было. В случае невозможности приехать сюда, заходите ко мне, я познакомлю вас с деталями и сочту за честь выслушать ваше мнение по этому делу. С уважением, Тобиас Грегсон».


– Грегсон – самый толковый сыщик в Скотланд-Ярде, – заметил Холмс. – Кроме него кое-какие надежды подает еще Лестрейд, все остальные просто бездари. Грегсон и Лестрейд энергичны, умеют думать, и, разумеется, терпеть друг друга не могут. Постоянно между собой «на ножах», ревнивы, как красотки из одного театра. Представляю, какая будет потеха, если они оба нападут на след.

Шерлок говорил на удивление спокойно, даже бесстрастно. Речь его текла словно ручеек.

– Как вы можете говорить так, когда нельзя терять ни секунды! – воскликнул я. – Я пойду вниз, позову кэб.

– Зачем? Я не уверен, что поеду туда. Ко всем моим прочим недостаткам я еще и ленив. Правда, случается, что и я становлюсь расторопным.

– Но вы же мечтали о таком деле!

– Мой дорогой Уотсон, ну какой мне от него прок? Ну, побегаю я, раскрою это дело. А дальше-то что? Вся слава достанется Грегсону и Лестрейду с их компанией. Я – лицо неофициальное, мое имя нигде упоминаться не будет.

– Но он просит у вас помощи.

– Да, – согласился Шерлок. – Он – малый проницательный, сразу смекнул, что это дело ему не по зубам. Видите, как торопится? Записки пишет, умоляет. Но только запомните – когда дело будет раскрыто, тот же Грегсон под пыткой не скажет, что обращался ко мне. Ну, хорошо, считайте, что вы меня уговорили. Поедем, посмотрим и там я решу – браться мне за это дело или нет. Я ведь могу вести и свое собственное расследование, никого не ставя в известность о результатах. Позже хоть посмеемся над этими умниками, тем и утешимся. Пошли!

Апатия сменилась приступом кипучей деятельности. Холмс бросился к вешалке и торопливо натянул пальто.

– Не забудьте надеть шляпу, – предупредил он меня.

– Вы хотите, чтобы я поехал с вами?

– Да, если вам больше нечем заняться.

Уже через минуту мы были в кэбе, стремительно мчавшем нас в сторону Брикстон-роуд.

Погода была пасмурной и сырой. Нависшие над самыми крышами домов густые серые облака казались отражением расстилавшихся под ними грязных лондонских улиц. Мой спутник был в отличном настроении. Он что-то рассказывал о кремонских скрипках, втолковывал мне, в чем состоит разница между инструментами Страдивари и Амати. Я же всю дорогу лишь молчал. Противное утро, промозглое и безрадостное словно соответствовало тому мрачному делу, по которому мы ехали.

Когда экскурс в мир музыкальных инструментов мне начал основательно надоедать, я едко заметил:

– Вижу, вас не очень-то интересует причина нашей поездки.

– А о чем думать, если у нас еще нет никаких фактов, – спокойно ответил он. – Нельзя теоретизировать, строить догадки и предположения, не зная всех обстоятельств дела. В дальнейшем это может повлиять на весь ход расследования.

– Но скоро вы получите на руки все факты, – ответил я. – Кстати, мы приехали. Брикстон-роуд. И если я не ошибаюсь, вот это, – я ткнул пальцем, – и есть тот дом, который нам нужен.

– Точно. Стойте! Кучер, стойте!

Хотя мы не доехали ярдов сто, Холмс настоял на том, чтобы до нужного места мы шли пешком.

Дом № 3, один из четырех, стоящих по Лористон-гарденс, в стороне от Брикстон-роуд, производил мрачное впечатление. Темного цвета зловещее здание словно таило в себе угрозу. Это был один из двух нежилых домов, другие два были заселены. Мы осмотрели три ряда темных угрюмых окон. На некоторых из них, словно бельмо на глазу, висела надпись «Сдается внаем». Небольшие садики, заросший сорной травой и чахлым кустарником, отгораживал каждый дом от улицы. Садики были изрезаны узкими дорожками желтоватого цвета, засыпанными, судя по всему, смесью из гравия и глины. Из-за прошедшего недавно дождя вся земля превратилась в скользкую жижу. Трехфутовый кирпичный забор с деревянной решеткой наверху огораживал все здания. Верзила-констебль, прислонившись к забору, стоял в окружении немногочисленной толпы зевак. Наиболее любопытные вытягивали шеи, тщетно пытаясь хоть одним глазком увидеть, что происходит за забором.

Признаться, не так я представлял себе действия Шерлока Холмса. Мне казалось, что он сразу, с места в карьер ринется внутрь дома и начнет разгадывать таинственное убийство. К моему удивлению, произошло как раз обратное. С видом праздного гуляки, крайне, я считаю, не соответствующим серьезности обстоятельств, Холмс принялся прохаживаться по тротуару, лениво оглядывая садик, дом и забор. Осмотрел он и дома, стоящие напротив. Иногда он глядел на небо, затем снова обращал взор свой вниз, на траву, росшую по краям дорожек, и на почву. Затем, не отрывая взгляда от земли, он неторопливо пошел по дорожке, точнее по траве, росшей рядом с ней. Дважды он останавливался и один раз я заметил на лице его улыбку и услышал довольное бормотанье. На мокрой, глинистой земле осталось множество следов. Я не мог понять, что надеется увидеть Холмс в этой глиняной каше. И все же мне повезло – я вновь смог убедиться в необычайной проницательности Холмса. Среди этого месива ему удалось разглядеть многое из того, что оказалось скрытым от меня.

В дверях дома нас встретил высокий человек с белым лицом, льняными волосами и блокнотом в руке. Он бросился к нам и с чувством пожал руку моему спутнику:

– Благодарю вас за то, что нашли время приехать, – заговорил он. – Здесь все осталось так, как и было.

– Если не считать вот этого, – ответил Шерлок, кивая в сторону дорожки. – Такое впечатление, что здесь прогнали стадо бизонов. Однако не сомневаюсь, что прежде, чем это случилось, вы все осмотрели и уже пришли к некоторым выводам.

– Честно говоря, я занимался внутренним осмотром, – уклончиво ответил сыщик. – Здесь находится мой коллега, мистер Лестрейд, и я надеялся, что он проследит за этим.

Холмс бросил на меня многозначительный взгляд и саркастически поднял брови.

– О, ну раз тут находятся два таких человека, как вы и Лестрейд, нам здесь делать нечего.