— Ты по-прежнему не понимаешь, Билл! Дело не в ревности! Признаюсь, вначале я чувствовала… что никогда не смогу вернуть тебя.
— Это достаточно справедливо. Я чувствовал то же самое.
— Билл! — взмолилась Марджори. — Неужели ты не можешь хотя бы повернуться и посмотреть на меня?
— Прости, но не могу. Это слишком опасно.
— Тогда мне придется все тебе рассказать. Лучше в самом деле не смотри на меня, а то я вряд ли смогу это вынести. — Марджори сделала паузу. — Мне практически пришлось заставить тебя спросить, почему я поехала в Америку. Как ты думаешь, почему я вернулась?
— Откуда я знаю? Наверное, из-за фестиваля.
— Нет, Билл. Понимаешь, мой отец стареет. Его ум… ну, не такой быстрый, как прежде. Когда он подписывал контракты с частными лицами… Короче говоря, там есть пункт, согласно которому подрядчик должен внести солидную сумму с условием, что требование аннулируется, если он не сможет получить стройматериалы. Другой участник в качестве финансового спонсора должен внести в пять раз большую сумму и без всяких условий. Но если спонсор не вполне убежден в осуществимости проекта, тогда пункт о том, что подрядчик «гарантирует обеспечение стройматериалами», сохраняется, но без дополнения, что это гарантируется «в том случае, если правительственный департамент согласен их предоставить». Мой отец этого не заметил. Он не в состоянии раздобыть стройматериалы. Но если он не выложит огромную сумму к следующему понедельнику, мы разорены. А денег у него нет.
— Полагаю, спонсор считает, что проект неудачен, и требует деньги на бочку. Кто же этот спонсор?
— В этом-то все и дело! Причем тут нет никакого совпадения. Кто тот человек, который вкладывает каждый пенни в недвижимость, в большие и маленькие строительные проекты? Кто этот знаменитый филантроп и одновременно скряга, который с удовольствием тебя разорит?
— Неужели добрый дядюшка Гейлорд?! — воскликнул Билл.
— Да. Теперь ты понимаешь, почему мне не хотелось встречаться с ним даже под другим именем и помогать тебе? Наверняка ты видел не один раз, как я не могла сдержать свою ненависть к нему. Это я тебя подвела! Но…
— Погоди. При чем тут Эрик Чивер?
Марджори заколебалась:
— Ты сам сказал, что Эрик вел себя достойно. Но тебя никогда не удивляло, почему я каждый раз отказывалась сообщить тебе мой адрес? Сначала я сказала, что мы больше не живем в Хайгейте, потом — что звоню из автомата, чтобы не говорить тебе, где я нахожусь. Дело в том, что я живу с Эриком… Нет-нет, не в том смысле! Я живу в его доме с моими родителями. Отец вынужден беречь каждый фартинг, так как, если он не уплатит нужную сумму, его могут привлечь к суду за мошенничество.
— Расскажи подробнее о галантном мистере Чивере.
— В тот день, когда мы с тобой прилетели в Лондон, Эрик сказал, что, если мы согласны, он постарается достать деньги, чтобы уплатить долг отца.
Билл инстинктивно поднял правую руку:
— Полагаю, при условии, что ты немедленно выйдешь за него замуж?
— Конечно нет! Эрик настоящий джентльмен! Жалованье на Би-би-си не слишком большое, поэтому не знаю, как ему удастся раздобыть три тысячи сто пятьдесят фунтов.
— Продолжай.
— Но это условие существует, правда не в викторианском смысле. Если я не выйду за Эрика, то все время буду чувствовать на себе укоризненный взгляд матери. Она ненавидит тебя, Билл, хотя папе ты нравишься. Короче говоря, все ожидают нашего с Эриком брака. Почему бы и нет, если он выплатит долг моего отца? — Марджори всхлипнула. — В любом случае мы должны уплатить деньги Гейлорду, хотя я ненавижу причинять тебе боль…
Билл чувствовал себя гигантом. Никогда еще человек не испытывал такой радости при мысли о своей банковской книжке, где значится сумма в три тысячи триста восемьдесят один фунт одиннадцать шиллингов и шесть пенсов.
Поднявшись, Билл заговорил голосом героя старомодной мелодрамы.
— И это все, что разъединяет нас? — осведомился он с величайшим презрением.
Марджори тоже встала.
— О чем ты? — недоуменно спросила она.
— Заткнись, — посоветовал Билл, отбросив высокопарный стиль. — Значит, ты не считаешь меня слабаком и неудачником? Не возражаешь, что я не такой солидный и надежный, как Чивер? Твои припадки ревности были вызваны страхом потерять такого ничтожного осла, как я?
— Слабаком и неудачником? — Марджори покраснела. — Каждый раз, когда этот старый негодяй наносил тебе удар, ты так давал ему сдачи, что он ненавидел тебя все сильнее! Ты читал газеты за прошлую неделю?
— С чтением у меня были… некоторые сложности.
— Там сообщалось, что некий Хэтфилд — я поняла, что это Хэтто, — преследовал тебя в здании Би-би-си с пистолетом, скрытым в фотокамере. Но ты перехитрил его и выставил из студии.
— Такая версия никогда не приходила мне в голову, — пробормотал Билл.
Серые глаза Марджори широко открылись.
— Мне не нужно, чтобы ты был солидным и надежным, дорогой! Я хочу, чтобы оставался таким, какой ты есть.
— Короче говоря, ты действительно любишь такого болвана, как я? Иди сюда!
Следующие две минуты были несколько хаотичными. Наконец Марджори отстранилась.
— Что в этом толку? — печально промолвила она. — Все равно мне придется выйти замуж за Эрика.
— Можешь забыть об этом раз и навсегда. Долг твоего отца будет полностью выплачен сегодня же, и завтра утром он получит расписку в получении денег.
— Не шути так, Билл!
— Будь хорошей девочкой, пойди в гостиную и скажи Чиверу, что ты выходишь за меня замуж. Потом позвони отцу и сообщи ему, что его долг будет выплачен. Или, если ты все еще думаешь, что я спятил, подожди до завтра, пока он не получит расписку. Сегодня мы уже не увидимся.
Теперь Марджори поверила ему. Она побежала в ванную, чтобы привести в порядок заплаканные глаза, но, застав там портье, возившегося с боксерской грушей, направилась в кухню.
За кружевными оконными занавесками уже наступили сумерки, но Билл ничего не замечал. Он ходил взад-вперед по комнате и иногда поднимал кулаки, словно защищаясь от кого-то.
Мисс Конуэй, долго ожидавшая в прихожей, слышала значительную часть разговора. Ее хорошенькое личико выражало сочувствие, когда она вошла с маленькой белой карточкой в руке. Ей пришлось несколько раз окликнуть «мистера Херста», прежде чем Билл пришел в себя.
— Вы хотели знать, мистер Херст, была ли карточка в коробке с этим мерзким созданием. Вот все, что мы там обнаружили.
Билл протянул руку с таким видом, словно собирался коснуться самого тарантула. На карточке было написано чернилами: «С приветом от Дж. Хэтфилда».
Билл скомкал карточку и отшвырнул ее.
— Благодарю вас, мисс Конуэй. Это все. Я… э-э… хочу переодеться.
Подойдя к гардеробу, Билл быстро надел костюм и ботинки, потом направился к письменному столу между стеной и левым окном и достал из ящика банковскую и чековую книжки. Громко тикающие ручные часы поведали ему, что он уже на четверть часа опаздывает на свидание с Гейлордом.
Но это его не волновало. Билл аккуратно выписал чек на три тысячи двести пятьдесят фунтов в пользу Гейлорда Херста, потом написал на клочке бумаги квитанцию и поставил печать, на которой должен был расписаться Гейлорд. Чек был подписан его настоящим именем.
Надев часы и сунув в карман зажигалку, Билл произвел в уме необходимые расчеты. Гонорары врачам и сиделке он определил приблизительно в сотню фунтов. Таким образом, у него оставалась сумма в размере тридцати фунтов одиннадцати шиллингов и шести пенсов.
Родители Билла каким-то непостижимым для него образом были хорошо обеспечены. Он надеялся вскоре выполнить данное Лэрри обещание свести счеты с Гейлордом. Потом он может жениться на Марджори и устроиться работать автомехаником, хотя это занятие ему не по душе. О научной карьере придется забыть раз и навсегда.
— Мистер Херст, сэр! — послышался сзади хриплый настойчивый голос портье.
Билл ничего не слышал, поглощенный своими мыслями.
— Мистер Херст, сэр! — повторил Таффри, постучав по левому плечу Билла.
Резко повернувшись, Билл взмахнул левым кулаком. Портье в ужасе отпрянул.
— Что вы имеете против бедного мистера Таффри? — осведомилась мисс Конуэй, материализовавшаяся позади портье.
— Я… я не знаю… — отозвался Билл, все еще думая о своем.
— Слушайте, Билл Досон! — заявила Патриша Конуэй уже не как сиделка, обращающаяся к пациенту. — Вот мой адрес и номер телефона. Так как псих вроде вас непременно снова попадет в передрягу, то я буду готова прийти вам на помощь даже из Китая!
— В свою очередь с радостью окажу вам любую услугу, — вежливо отозвался Билл, засовывая чек и расписку в карман. — А пока что, мисс Конуэй… — Он объяснил, что ему нужно, и сердито нахмурился, когда она застонала. — Да, и немедленно! Этим вечером я намерен дать невкусное лекарство парочке свиней!
Глава 19
КАК БЫЛИ РАЗБИТЫ ЖАДЕИТОВЫЕ ШАХМАТЫ
В квартире Гейлорда Херста все двойные двери были распахнуты, за исключением ведущих из прихожей в картинную галерею. Окна столовой, выходящие в сторону Грин-парка, также были открыты.
Еще не совсем стемнело. В парке шелестел ветерок, тем не менее стояла такая тишина, что можно было вообразить, будто слышишь вдалеке шорох или вибрацию часов Биг-Бена.
В гостиной Гейлорда с ее возвышающимися до потолка полками, где стояли книги, аккуратно расположенные по принципу цветового контраста, с единственным промежутком, искусственно созданным, дабы книги можно было прислонять одну к другой, горела только лампа с черно-белым абажуром.
Хозяин в вечернем костюме, выглядевшим чуть менее неряшливо, сидел в инвалидном кресле возле чиппендейловского стола. Колеса кресла были скрыты голубым одеялом.
"Девять неправильных ответов" отзывы
Отзывы читателей о книге "Девять неправильных ответов", автор: Джон Диксон Карр. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Девять неправильных ответов" друзьям в соцсетях.