– Этот человек остановил вас в коридоре? – резко перебил медсестру доктор Лондонбери. – Как он мог попасть в коридор, посетители должны находиться в приемной.

– Я не знаю, доктор, – ответила медсестра, – он был здесь, а больше я ничего не знаю. Я сказала ему, что видеть Олдена Лидса нельзя, но он ответил, что ему разрешил главный врач и что все будет в порядке.

– Главный врач… – повторил доктор Лондонбери.

– Да, доктор.

– Он назвал мое имя?

– Нет. Он просто сказал «главный врач». Он выглядел так солидно, что у меня не возникло и тени подозрения, и я показала ему дверь в палату тридцать пять с висящей на ней табличкой: «Вход посетителям воспрещен», сказав, что в палате находится психически больной и что, если бы не это, я бы позволила свидание, даже не спрашивая разрешения у главного врача. Но в этот момент раздался сигнал вызова из пятнадцатой палаты. Там у нас находится больной после сложной операции, поэтому я сразу поспешила туда. Больного я застала в состоянии обморока. Мне пришлось долго заниматься им, и я освободилась буквально лишь минуту назад. Последний раз, когда я заглядывала сюда, пациент был весел и выглядел поправляющимся.

– Опишите, пожалуйста, этого посетителя, – попросил судья Тридвел.

– Он был поджар, приблизительно пятидесяти с небольшим лет, глаза серые, волосы каштановые, довольно длинные, на висках – седина, производил впечатление мужественного человека. Был одет в твидовый пиджак и курил трубку.

– Нед Барклер! – невольно воскликнула Филлис Лидс и тут же, спохватившись, зажала себе рот ладонью.

Судья Тридвел быстро повернулся к ней.

– Вы знаете его? – спросил он.

– Внешность одного из дядиных друзей подходит под это описание, – осторожно ответила Филлис Лидс.

– Он поддерживает отношения с другими вашими родственниками? – продолжал расспрашивать судья.

– Нет, ваша честь. Это один из старых дядиных друзей. Я, конечно, не могу полностью быть уверенной, что это он, но по описанию похож.

– Где он живет? – задал вопрос судья Тридвел.

– Он жил в доме дяди Олдена.

На лице судьи Тридвела мелькнуло облегчение.

– Очевидно, – произнес он, – пациент не такой уж невменяемый, как вы полагали, доктор.

Судья повернулся к Филлис Лидс:

– Я думаю, ваш дядя уже ждет вас дома. Что касается вас, доктор Лондонбери, то я рассматриваю отказ доставить Олдена Лидса на судебное заседание как неуважение к суду, и по этому поводу вам будет предъявлено обвинение. Думаю, что это все. – Он поклонился Филлис Лидс, произнеся: – Я бы очень хотел узнать, найдете ли вы своего дядю дома. Пусть вас отвезет туда помощник шерифа.

Глава 5

Перри Мейсон и Делла Стрит мчались на машине по направлению к городу.

– Что произошло в санатории? – спросила Делла. – Все носятся как угорелые, а Филлис Лидс зачем-то посадили в автомобиль шерифа.

Мейсон коротко рассказал о том, что произошло.

– И что же теперь будет? – поинтересовалась Делла Стрит.

– Мы отправимся в контору. Туда, возможно, позвонит Филлис Лидс, если ее дядя окажется дома.

– А что будем делать мы? – спросила Делла.

– Наша миссия окончена, – ответил Мейсон. – Конечно, если Олден Лидс не захочет вернуть назад свои двадцать тысяч долларов.

– А вы думаете, он этого захочет?

– Нет, – ответил Мейсон. – Я считаю, что он и так будет очень расстроен, узнав, до чего нам удалось докопаться. Кстати, у меня такое ощущение, что Джон Миликант и Л.К. Конвэй – один и тот же человек.

– Пол Дрейк что-нибудь выяснил?

– Он позвонил мне и хотел сообщить какие-то не особенно важные детали. Я ответил, что с этим можно подождать до окончания слушания. Но теперь, до начала следующего судебного заседания, у нас есть немного времени, и я хочу пригласить его в контору.

– При такой езде мы наверняка успеем, – с опаской посмотрела Делла Стрит на спидометр.

– Ты еще не все видела, взгляни-ка сюда, – кивнул Мейсон, повернув голову к зеркалу заднего вида.

– А что вам не нравится, шеф? По-моему, со мной все в порядке. Кстати, при въезде на бульвар надо было остановиться. Там стоит знак.

– Как-нибудь в другой раз. Сейчас некогда.

– Хорошо едем. Вы… – Вой полицейской сирены прервал ее.

Прямо за ними следовала патрульная машина, оттуда им подали знак свернуть к обочине. Сидя за рулем, Мейсон наблюдал, как из машины вышли полицейские и направились к нему, причем один из них прямо на ходу начал выписывать квитанцию.

– Где пожар? – поинтересовался офицер, подойдя к машине Мейсона.

– В центре.

Офицер озадаченно посмотрел на адвоката:

– И что же горит?

– Моя контора! – мрачно пошутил Мейсон.

– Это правда или ты меня разыгрываешь?

– Пока точно не знаю. Говорю лишь то, что мне передали по телефону. Могут пострадать важные бумаги. Поэтому мне срочно надо туда попасть.

– Ну-ка, покажи свои права, приятель.

Мейсон протянул свое водительское удостоверение.

– Перри Мейсон? Отлично. Джим, запиши-ка, дружище, его имя. И давай поможем этому парню добраться до конторы, заодно на пожар поглазеем. – И, обратившись к Мейсону, приказал: – Следуйте за нами.

Включив сирену, полицейская машина устремилась вперед. Мейсон пристроился за ней.

– Теперь-то уж мы наверняка успеем поговорить с Дрейком, – констатировал Мейсон, когда они проезжали перекресток, где все движение было остановлено воем сирены.

– По-моему, ни к чему хорошему это не приведет, – мрачно предрекла Делла.

– Но уж во всяком случае, хоть быстро доедем до конторы.

– И потратим уйму времени на объяснения с копами.

– Ничего, – ответил Мейсон, – как-нибудь выкрутимся.

– Шеф, а что вы все-таки собираетесь делать?

– Не имею ни малейшего представления, – улыбнулся Мейсон. – Но ведь едем лихо. Правда, Делла?

– Шеф! Вы можете делать сколько угодно глупостей, но только без меня. Я хочу выйти. Сейчас же.

Мейсон недовольно посмотрел на свою помощницу:

– Ты шутишь?

– Вполне серьезно!

– Ты так боишься полицейских?

– Можете думать что угодно, – раздраженно бросила Делла, – но я в самом деле хочу выйти.

– Ничего не выйдет. Где я могу остановиться?

– Сможете. Вон там впереди пробка, и они притормаживают. Выпустите меня, шеф!

Мейсон нажал на тормоз.

– Счастливо, детка, – произнес он, не поворачивая головы.

Делла Стрит открыла дверцу и выпрыгнула из машины. Пробка впереди немного рассосалась, и Мейсон снова пристроился позади полицейского автомобиля.

Выбравшись на главную магистраль, они развили предельную скорость. Бесцеремонно используя сирену, полицейские расчищали путь в транспортном потоке и наконец добрались до места. Мейсон тоже остановился позади полицейских и вышел из машины.

– Огня что-то не видно, – съехидничал офицер.

– Огонь в моей конторе, – ответил Мейсон, – я же вам сказал: «Небольшой пожар». А вы подумали, что здесь полыхает целое здание?

Офицер подозрительно оглядел Мейсона.

– Джим, – позвал он своего напарника, – я подожду здесь, а ты поднимись с этим парнем наверх. Если там все в порядке, оштрафуй его за небрежную езду, а после этого мы отвезем его в участок. Перри Мейсон? Адвокат? Я правильно запомнил? Ты, наверное, знаешь много законов, но, видимо, еще не все.

Мейсон пожал плечами. На его лице появилась чарующая улыбка.

– А что такое «небрежная езда»? – поинтересовался он.

– Пошли! – скомандовал полицейский, беря адвоката под локоть и бесцеремонно заталкивая его в дверь лифта. Мейсон беспечно закурил сигарету, пока они поднимались наверх.

– Да, парень, – сказал офицер, – зададут тебе перцу.

Выйдя из лифта, они прошли по коридору, и Мейсон толкнул дверь в приемную. В нос ударил едкий запах дыма. Девушка из справочного бюро как ненормальная разбрызгивала вокруг себя воду из чашки. Стенографистки наблюдали за происходящим расширенными от ужаса глазами.

– Что горит?! – закричал Мейсон, обращаясь к девушке с чашкой.

– Ваш кабинет! – ответила она. – Вы приехали как раз вовремя.

Мейсон с полицейским ворвались в кабинет. Из мусорной корзины, полной бумаг, валил дым. В ковре зияла прожженная дыра, а стол Мейсона с одной стороны обуглился. Высокая и худая девушка в очках, которая работала на коммутаторе, сбивчиво рассказывала, в то время как мужчины боролись с пожаром.

– Я не знаю, как это случилось. Вы как раз были на линии, когда я почувствовала, что где-то горит. Я вмешалась в разговор и сообщила вам об этом. Не знаю, отчего загорелась бумага. Должно быть, одна из девушек заходила в ваш кабинет и стряхнула пепел с сигареты в корзину. Когда я все это заметила, огонь уже разгорелся достаточно сильно. Но, слава богу, все обошлось. Как вам удалось так быстро доехать?

– Найдите эту девушку и пришлите ко мне. Ее ждут большие неприятности. – Он повернулся к полицейскому, протянул ему руку и сказал: – Большое спасибо, Джим. Мы приехали как раз вовремя. Девушки, скорее всего, не справились бы с пожаром. В этом столе находятся чрезвычайно важные бумаги, а также очень хорошие сигары. Кстати, не хотите ли взять немного для своих ребят?

Офицер заулыбался:

– Не откажусь. Кстати, кто это сказал: «Женщина – это всего-навсего женщина, а как насчет того, чтоб выкурить хорошую сигару?»

Мейсон протянул ему сигары:

– Лично я, Джим, не разделяю подобного утверждения. Последние события убедили меня, что мы сильно недооцениваем женщин.

– А в этом что-то есть, – глубокомысленно согласился офицер.

Мейсон проводил его до двери.

– Кстати, – спохватился полицейский, – а куда девалась девушка, которая была в машине вместе с вами?

– Она не выносит быстрой езды, – засмеялся Мейсон. – Перепугалась до смерти.

Едва лифт с полицейским пошел вниз, из соседнего вышла Делла Стрит. Увидев ее, Мейсон рассмеялся: