Перри Мейсон вздохнул, вылил в стакан остатки вина, отломил хлеба и намазал на него толстый слой масла.

– К шутам собачьим, – удовлетворенно сказал он, – вот теперь я узнал вас, Брэдбери.

Глава 8

Перри Мейсон дождался, пока Брэдбери закрыл за собой дверь лифта, и подошел к телефонной будке.

– Что случилось? – На другом конце провода послышался негромкий, осторожный голос Деллы Стрит.

– А что такое? – в свою очередь полюбопытствовал Мейсон.

– Здесь два детектива.

– Все нормально. Скажи им, чтобы подождали меня, я иду.

– Шеф, вы в порядке?

– Конечно, в порядке.

– Ничего не случилось?

– Ничего такого, что бы обеспокоило тебя…

– Они подозрительные, – быстро и тихо говорила Делла Стрит. – Они слышат, как я говорю, и хотят прорваться к параллельному телефону… – Тут же громко и свободно она защебетала: – Не могу сказать, когда он будет. Думаю, позже. Если оставите свое имя, я передам ему, что вы звонили; или можете оставить телефон, и он позвонит вам, если будет такая необходимость…

– Нет, ничего не передавайте, – изменив голос, сказал Перри Мейсон и повесил трубку. Выйдя из будки, он остановился, закурил сигарету и задумался, разглядывая причудливые, расплывающиеся в воздухе синеватые клубы дыма. Потом вдруг многозначительно покивал, будто какая-то немаловажная идея пришла ему в голову. Вышел на улицу, поймал такси и поехал в контору.

Когда Мейсон туда вошел, он производил впечатление спокойного, довольного жизнью, беспечного адвоката, на часок сбежавшего от нудной конторской текучки и слегка пахнущего хорошим вином.

– Привет, Делла! – весело воскликнул он.

– Эти два господина… – начала она и повернулась к сидящим на стульях мужчинам. Один из них скинул пальто, его подтяжки были натянуты на жилет так, чтобы не перекрывать блестящий полицейский значок.

– Нам нужно поговорить с вами, – сказал господин со значком.

– О, – изобразив приветливую улыбку, воскликнул Мейсон, – из Главного управления, да? Прекрасно. Я было подумал, что вы очередные клиенты, а я так устал сегодня… Входите.

Входя в свой кабинет, Мейсон пропустил вперед детективов. Закрывая за собой дверь, он мельком увидел бледное, обращенное к нему лицо Деллы Стрит и подмигнул ей. Указав полицейским на кресла, он буквально распластался в своем глубоком вращающемся кожаном бегемотоподобном кресле, положив ноги на стол.

– Я вас слушаю, – сказал он.

– Я – Райкер, а это – Джонсон, – представился детектив со значком. – Мы занимаемся одним делом вместе с отделом по расследованию убийств.

– Закурите? – спросил Мейсон, протягивая через стол пачку сигарет.

Оба не отказались.

Перри Мейсон подождал, пока они выпустят по клубу дыма, и осведомился:

– Ну, парни, и что же?

– Вы приходили к человеку по имени Фрэнк Пэттон в «Холидэй Апартментс» на Мапл-авеню?

– Да, – согласился он, – я ездил туда, но мне никто не ответил. Там одна женщина привела полицейского и все рассказала: мол, слышала девушку, которая закатила в этом номере истерику. Я подумал, может, там происходили любовные разборки и мужчина не хотел, чтобы его беспокоили…

– Было совершено убийство, – веско сказал Райкер.

– Да? – удивился Перри Мейсон. – Я и сам потом слышал, что полицейскому удалось открыть дверь и он обнаружил убитого. У меня не было возможности выяснить детали. Мужчина лежал в комнате?

– Да, – ответил Райкер, – его нашли мертвым. Он лежал на полу в нижнем белье, халат наполовину надет. Удар нанесен кухонным ножом чуть выше сердца.

– Есть какие-нибудь зацепки?

– А почему вы это спрашиваете? – сурово поинтересовался Джонсон.

– Вы не так поняли, парни, – от души рассмеялся Мейсон. – Ничто меня с этим человеком не связывает… Я лишь хотел побеседовать с ним. Грешно говорить, но на самом деле меня его смерть не так и печалит…

– Что вы этим хотите сказать? – строго нахмурил брови Райкер.

– Вы можете все выяснить, поговорив с Карлом Манчестером, у окружного прокурора, – объяснил ему Мейсон. – Мы вместе работали по делу Пэттона. Я должен был выступить в качестве обвинителя, чтобы отправить негодяя за решетку.

– За что? – спросил Райкер.

– Мы располагали компрометирующими материалами, поэтому я явился к нему. Мне предложили выудить из Пэттона кое-какие признания, причем с подключением судебного разбирательства… Карл Манчестер дал мне на это свое «добро»…

– Изложите нам факты, – попросил Джонсон.

– Этот тип, – начал Мейсон, – делал деньги на девушках с красивыми ногами, естественно при этом отчаянно жульничая. Промышлял он в маленьких городишках. У него в помощниках ходили представители Торговой палаты, которых он совершенно чудовищно обманывал.

– Вы хотите сказать, что ему удалось перехитрить ребят из Торговой палаты? – спросил Джонсон.

– Конечно, а почему бы нет?

– Но ведь эти парни славятся своей хитростью, им палец в рот не клади…

– Это они так думают. На самом деле с ними как раз и играли разные шуточки. Если хотите знать, они чересчур тщеславны и недальновидны.

Райкер оценивающе посмотрел на Перри Мейсона:

– Ну вы и могучи…

– В смысле?

– Ваши услуги недешево стоят.

– К счастью, да.

– Ладно. Кто-то, видно, не пожалел денег, чтобы вы занимались этим типом?

– Конечно, но это не разглашается.

– Хорошо. А кто?

Мейсон покачал головой и лукаво улыбнулся:

– Ох, этот кто-то – капризный-капризный…

– Что вы имеете в виду? – спросил Райкер.

– Ладно, парни. Вы зарабатываете на жизнь, как и я. Вы спросили у меня то, что, возможно, хотели знать. Но это моя профессиональная тайна, как, например, у гинеколога или гадалки… Если бы это относилось к убийству, я бы еще подумал, но мои труды не касаются вашего дурацкого дела, – сказал Перри Мейсон, широко улыбаясь им.

– Однако здесь кроются мотивы убийства, – сказал Райкер. – У того, кто заинтересован засадить за решетку Пэттона и заплатил вам за это, есть, видно, серьезный повод для преступления…

Мейсон усмехнулся:

– Но не после того, как он заплатил мне тысячу долларов… Если бы мой клиент намеревался убить этого типа, он придержал бы свои денежки и не вознаградил меня так щедро, а сразу бы и убил…

– Да, это так, – согласился Джонсон.

– Мне кажется, я догадываюсь, кто вас нанял, – сообщил Райкер.

– Может быть, – ответил Мейсон, – но я вам все равно не скажу. Это профессиональная тайна. Вы не можете принудить меня давать показания, тем более заставить меня отвечать на вопросы. Но в этом деле сердечные страсти не замешаны!

Райкер уныло уставился на носки своих ботинок.

– Не уверен, что их нет, – сказал он.

– Нет – чего? – переспросил Мейсон.

– Сердечных страстей.

– Не сворачивайте с дороги, – сказал им адвокат. – Я даю вам шанс, парни. Я и так уже сказал вам, сколько мог, не разглашая своей тайны…

– Но ведь замешана девушка, не так ли? – не унимался Джонсон.

Перри Мейсон рассмеялся:

– Спросите об этом Манчестера…

Райкер угрюмо посмотрел на Мейсона:

– И вы даже не дадите нам зацепку?

Мейсон медленно проговорил:

– Райкер, я бы помог вам, но не могу назвать имя своего клиента, который доверился мне как адвокату и заплатил немалый гонорар. Не думаю, что это будет честно. Но я могу вам сказать…

Он замолчал, постукивая пальцами по столу.

– Продолжайте, – попросил Райкер.

Мейсон тяжело вздохнул.

– Девушка, да, из Кловердаля – последняя жертва негодяя. Ее имя – Маджери Клун. В настоящий момент она в городе.

– Где? – спросил Райкер.

– Я не могу вам это сказать.

– Ладно, дальше. – Джонсон был нетерпелив, словно гончий пес. – И что девушка?

– Я знаю о ней не так много. Но у нее есть возлюбленный, примчался за ней из Кловердаля – некий доктор Роберт Дорэй. Он остановился в «Мидуик-отеле» на Ист-Фолкнер-стрит. Совсем тронувшийся от любви славный малый. Уверен, что у него не было и мысли об убийстве, так он поглощен своими чувствами… Но если бы они пересеклись с Пэттоном, Дорэй задал бы ему отличную трепку!..

– Кажется, дело проясняется, – пробормотал Райкер.

Мейсон обратил к ним детски невинное лицо:

– Я говорил вам, что могу помочь, насколько допустимо. Шут его знает, парни, вы зарабатываете на жизнь, как я. На самом деле я никогда ничего не имел против полиции… Она заводит дело, насколько позволяют обстоятельства, а я иду в суд и уже там разбираю это дело по косточкам. Вот так. И если вы арестуете моего клиента, возможности отработать свой гонорар у меня не будет…

– Это верно, – согласился Райкер.

– А не можете ли вы рассказать нам еще что-нибудь о Маджери Клун? – спросил Джонсон.

– Делла, – вызвал Перри Мейсон секретаря, – принеси мне папку с делом о «счастливых ножках».

Девушка кивнула и минуту спустя вернулась с папкой.

– Пока все, – сказал ей адвокат.

Она вышла, несколько громче, против обыкновения, хлопнув дверью. Перри Мейсон достал из папки фотографию.

– Ну, парни, – сказал он, – вот снимок Маджери Клун. Думаю, вы узнали ее, если видели раньше?

Райкер присвистнул. Оба полицейских поднялись, чтобы поближе посмотреть фотографию, поскольку Мейсон держал ее в руке.

– Девочки с такими ножками всегда причиняют беспокойства! Держу пари, она замешана в нашем убийстве…

Мейсон пожал плечами.

– Вы не можете доказать это без меня, парни, – бодро ответил он. – Я получил гонорар за попытку «раскрутить» Пэттона. Теперь он мертв, и мне не придется больше им заниматься. Вы можете проверить все мои отчеты, связавшись с Манчестером… Вы бы лучше, вообще-то говоря, присмотрели за этим доктором Дорэем. Когда дело попадет в газеты, Дорэй решит, что его здесь ничто не держит, и укатит назад в Кловердаль.

– Я думал, он приехал за девчонкой, – сказал Райкер.