Полицейский, оставшийся в машине, сказал:

— Ну, а вы пока садитесь в свою машину и ждите бригаду из Управления.

10

Лейтенант Трэгг из Отдела по раскрытию убийств стоял, прислонившись к дверце машины Мейсона.

— Каким образом вам удалось обнаружить труп? — спросил лейтенант у адвоката.

— Мы хотели нанести визит Агнес Берлингтон. Позвонили в дверь, но нам никто не открыл. Хотя в доме горел свет. Я заглянул в окно и увидел женскую ногу. Тогда мы обошли дом, обнаружили незапертую заднюю дверь…

— И вошли в дом через эту дверь?

— Да.

— Почему вы не позвонили в полицию сразу же после того, как увидели ногу?

Мейсон рассмеялся:

— Откуда же я знал, что женщина мертва? Ведь она могла просто напиться до бесчувствия… В этом случае газетчики подняли бы меня на смех.

— К вашему сведению, Мейсон, нам очень не нравятся такие адвокаты, которые разъезжают по городу и натыкаются на трупы. С вами это и раньше случалось, — недовольно отметил лейтенант.

— Я принадлежу к такой категории адвокатов, которые всегда на линии огня. На передовой, так сказать. Я не могу работать над делом, сидя в своем кабинете.

— Знаю, — сказал Трэгг. — Это вы нам уже говорили. О том, что вы боретесь на передовой, а не у себя в кабинете… А теперь скажите, почему над этим делом вы не могли работать дома?

— У меня были причины полагать, что Агнес Берлингтон является свидетелем в этом деле.

— А что за дело?

— Об этом я не имею права говорить.

— А почему вы пришли к такому выводу относительно Агнес Берлингтон?

— На этот вопрос я тоже не могу ответить.

— Продолжаем играть в прятки, Мейсон, не так ли?

— Я просто защищаю интересы своего клиента.

— Хорошо, — сказал Трэгг. — Итак, вы вошли в дом и обнаружили труп… Вы прикасались к нему?

— Да.

— Зачем?

— Проверил, что с женщиной: мертва она или только без сознания.

— Даже слепому было бы ясно, что она мертва уже какое-то время! Неужели вы не заметили лужу крови у головы?

— Заметил, — ответил Мейсон. — И тем не менее, долг заставил меня убедиться в том, что этой женщине уже ничем не поможешь.

— Но как только вы притронулись к ней, вы сразу поняли, что она мертва, не так ли?

— Да… И я понял, что она мертва уже давно.

— До этого вы хоть раз разговаривали с Агнес Берлингтон?

— Нет.

— А что вы о ней знаете?

— Что она работала медсестрой в больнице.

Трэгг заглянул внутрь машины и посмотрел на Элен Эддар.

— Эта женщина ваша клиентка? — спросил он.

— Да, — ответил Мейсон. — Это моя клиентка.

— И вы говорили, что она занимает ответственную должность?

— Она работает в большом универмаге «Френи, Колеман и Свази» главным продавцом.

— Допустим, — сказал Трэгг. — Давайте послушаем, что скажет она сама. Как вас зовут?

— Элен Эддар.

— Вряд ли целесообразно допрашивать мисс Эддар, — вставил Мейсон. — Ведь я являюсь ее адвокатом.

— Что ж, остановите ее в том случае, если посчитаете, что она не должна чего-то говорить, — с улыбкой сказал Трэгг. — Итак, расскажите, что сочтете нужным, мисс Эддар.

— Я приехала сюда с мистером Мейсоном, — ответила Элен Эддар. — И с мисс Стрит. Мы обнаружили в этом доме мертвую женщину и сразу же позвонили в полицию.

— Вы к чему-нибудь притрагивались?

— Никаких вещей мы не трогали.

— Зачем вы приехали к ней?

Мейсон покачал головой и улыбнулся.

— Этот вопрос я предпочитаю не обсуждать в данный момент.

— Значит, — сказал Трэгг, — вы просто приехали сюда, нашли мертвую женщину и сразу же позвонили в полицию? — его глаза пытливо посмотрели на Элен Эддар.

— Да, — ответила она.

— Хорошо, — произнес лейтенант Трэгг. — Можете разъезжаться по домам. Если вы нам понадобитесь, мы вас найдем.

— Благодарю, лейтенант, — сказал Мейсон.

— Не за что, — ответил лейтенант Трэгг подчеркнуто любезно. — Нам очень приятно работать с людьми, которые всегда готовы сотрудничать с полицией.

11

— И это все? — удивленно спросила Элен Эддар, когда лейтенант Трэгг направился к дому Агнес Берлингтон, а Мейсон завел мотор.

— Нет, это далеко не все, — ответил Мейсон. — Это только начало.

— Но он не задал мне ни одного вопроса относительно того, что я знаю об убитой и зачем мы к ней приехали.

— Он знал, что я не позволю вам ответить на подобные вопросы, — сказал Мейсон. — Но даже если бы вы и ответили на них, у него не было бы возможности проверить, солгали вы или сказали правду.

— Что вы обо всем этом думаете?

— Лейтенант Трэгг разбирается в подобных вопросах гораздо лучше, чем мы. Но если принять во внимание степень трупного окоченения, оставленный в доме свет и действующую оросительную систему, то можно предположить, что Агнес Берлингтон была убита приблизительно сутки назад. Правда, степень окоченения трупа — это лишь один из факторов, помогающих определить время смерти. Есть и другие факторы: температура тела, время последнего приема пищи, ее состояние в желудке и многое другое. Трэгг знает, что все мы люди умные и не будем пытаться избежать допроса. Он, например, уверен, что все, что я ему сказал — правда, но он вовсе не уверен, что я ему сказал всю правду. Наоборот, он почти уверен, что я ему сказал не все, что знаю. Например, зачем мы приехали к Агнес Берлингтон, какое дело связывает меня с вами и многое другое.

— Так я — ваша клиентка или нет? — спросила Элен Эддар, когда машина выехала на бульвар.

— Я вас все еще не совсем понимаю, — ответил Мейсон. — Сперва вы отказываетесь от моих услуг, а потом начинаете паниковать и снова прибегаете ко мне. Почему так, Элен?

— Я не паниковала, а просто поразмыслила над положением вещей и пришла к выводу, что мне нечего больше прятаться. Я поняла, что они меня все равно найдут, найдут и Агнес Берлингтон, и Уайта… К тому же, Уайту рано или поздно нужно встать на ноги. А два миллиона помогут ему это сделать.

— Поэтому вы и пришли опять ко мне?

— Да.

Несколько кварталов они ехали молча, а потом Мейсон сказал:

— Вы очень расчетливая женщина, Элен.

— Я не расчетливая, просто действую под влиянием обстоятельств. Правда, я все время пытаюсь контролировать свои поступки.

— Я это и имел в в виду, — ответил Мейсон. — И самоконтроль у вас отличный.

— Вам это не нравится?

— Не знаю… Но ведь всего несколько минут назад вы были в истерике.

— Я справилась со своей истерикой. А после нервного потрясения чувства обычно притупляются.

— И вы становитесь холодной и равнодушной ко всему?

— Конечно, именно это и происходит.

— Тем не менее, когда был обнаружен труп, вы действовали наперекор своему характеру, — заметил Мейсон. — Я просил вас ни к чему не притрагиваться, а вы, словно пьяная, начали бродить по комнате, хватаясь то за шкаф, то за ручки двери, а потом вырвались из рук Деллы и натолкнулись на стену, чтобы и там остался след… Да, и еще. Когда я заглядывал в окно, вы подошли и тоже оставили свои отпечатки на стекле.

— Ну и что? — удивилась она. — Разве можно меня в этом упрекать?

— Вы везде оставили отпечатки пальцев.

— Мне очень жаль…

— Вы пожалеете еще больше, столкнувшись с лейтенантом Трэггом. Он не любит такие трюки. Когда он найдет все эти отпечатки, непременно придет к выводу, что их слишком много. Лейтенант Трэгг — опытный офицер, и ему давно известны подобные штучки.

— Но ведь он должен понимать, мистер Мейсон, что женщина — это не бездушная машина. Временами она чересчур логична, а временами непоследовательна.

— Все это понятно, — сказал Мейсон. — Но я уже сделал соответствующие выводы для себя, и мне было бы интересно узнать, придет ли к таким же выводам и лейтенант Трэгг.

— К каким же выводам вы пришли, мистер Мейсон? — спросила Элен Эддар.

— Что вы уже знали о смерти Агнес Берлингтон, явившись сегодня в мой офис.

— Что вы такое говорите! — воскликнула Элен Эддар. — Никогда в жизни я не слышала ничего подобного! Вы обвиняете меня в двуличии и лжи?!

— Я ни в чем вас не обвиняю, — спокойно ответил Мейсон. — Просто высказал свою точку зрения. А теперь позвольте задать вам вопрос: вы знали о смерти Агнес Берлингтон, когда пришли в мою контору?

— Конечно, нет.

— Я даю вам немного времени подумать над моим вопросом, Элен, — сказал Мейсон. — Если вы уже знали раньше, что Агнес Берлингтон мертва, у вас будет ровно столько же неприятностей, как если бы вы сами вошли в ее дом с револьвером в руке и нажали на курок, послав пулю в женщину, которая шантажировала вас.

— Я же сказала вам, что ничего не знала о ее смерти! Откуда мне было знать?! Я думала, что мы найдем ее живой и невредимой, и вы сможете поговорить с ней.

— Странно… — задумчиво сказал Мейсон. — На подъездной дорожке были видны следы автомобильных шин. Вода из оросительной системы затопила не только газон, но и дорожку.

— Ну и что? — спросила она.

— Вам очень хотелось, чтобы я проехал на машине до самого дома.

— Я думала, что так будет удобнее…

— Почему?

— Ну, потому что… потому что… Ну, не знаю. Поближе к самому дому.

— И тем не менее, мне бы хотелось знать, не было ли причиной тому желание, чтобы я колесами своей машины затер имеющиеся следы. Мне хотелось бы знать, не въезжали ли вы сегодня на эту подъездную дорожку и не оставили там следы от машины. Не входили ли вы в дом через черный ход и не видели ли труп Агнес Берлингтон, лежащей на полу. Хотелось бы узнать и о том, не искали ли вы что-нибудь в ее доме: какие-нибудь бумаги, дневник или что-нибудь в этом роде и не оставили ли вы еще где-нибудь отпечатки своих пальцев. Затем я хотел бы знать, зачем вы пришли ко мне, если собираетесь сами выкручиваться из этой ситуации? Только для того, чтобы я обнаружил труп Агнес Берлингтон и потом смог подтвердить лейтенанту Трэггу, что отпечатки пальцев были сделаны в моем присутствии?