— Покупают или арендуют?

— Покупают и заключают контракты.

— Почему ты сказал, что эта компания похожа на кролика в шляпе фокусника, Пол?

— За этими овечками скрывается что-то такое, чего никак не разглядеть. Я имею в виду человека-невидимку.

— С чего ты взял?

— Да так, просто разные мелочи…

— Это как раз тот человек, который мне нужен, — заявил Мейсон.

— Его будет трудно разыскать, уверяю тебя. Милфилд заключил сделку, которая требует огромной суммы наличными, причем немедленно. Он и человек, с которым он договаривался, отправились в банк на Бейкерсфилд. Милфилд достал из кармана чистый чек, проставил на нем требуемую сумму денег и просунул чек в окошечко. За окошечком раздалось какое-то бормотание, кассир отправился в кабинет управляющего и оставался там довольно долго. Очевидно, они звонили в Лос-Анджелес. Подпись на предъявленном Милфилдом чеке была весьма своеобразна: человек, ожидавший денег, не смог разобрать первое имя на подписи, но он уверяет, что фамилия была Бербенк. Это тебе о чем-нибудь говорит?

— Абсолютно ничего, кроме того, что мистер Бербенк наверняка именно тот человек, который мне нужен.

— Зачем он тебе, Перри?

— Официально я хочу продать ему восемьдесят акров пастбищной земли приблизительно за сто тысяч долларов.

— Как это понять?

— Пол, неужели ты не учуял никакого запаха, пока занимался этим расследованием?

— Что ты имеешь в виду?

— Принюхайся. — Мейсон втянул носом воздух.

— Ну и что?

— Запах мести.

Дрейк присвистнул.

— Сколько они платили за землю? — поинтересовался Мейсон.

— Не дороже, чем были вынуждены. Пойми, Перри, сегодня суббота. Я работаю по данному делу чуть больше суток, и, хотя я направил туда порядочно людей, мне приходилось очень спешить. Так что ты не можешь…

— Я все понимаю, — сочувственно произнес Мейсон, — но я сам страшно спешу. Раз они приобрели эти земли, они перестанут стесняться. Пока сделка не оформлена, любой человек может вмешаться и все переиначить по-своему. Вот я и хочу предъявить свои условия в интересах женщины по имени Аделаиды Кингсмен, которая лежит с переломом ноги в Сан-Франциско, уверенная, что она за свой участок вообще ничего не получит.

— Ну, — усмехнулся Дрейк, — ты сможешь прижать либо Милфилда, либо Ван Ньюиса…

— Они мне не нужны! — покачал головой Мейсон. — Я хочу иметь дело с человеком, который стоит за ними. Он приходил вчера в офис в десять часов утра, выяснил, что Виклер записал номер грузовика, и это его настолько встревожило, что он приказал своим поверенным урегулировать конфликт любой ценой. Вот с этим человеком я могу говорить о деле!

— Нельзя ли что-нибудь выяснить по номеру грузовика? — спросил Дрейк.

Мейсон рассмеялся.

— Они, разумеется, возвратили Виклеру записную книжку и карандаш. Но эта книжка с листочками на спирали, знаешь такие? Один листок исчез. И что-либо доказать невозможно, как ты сам понимаешь. Они действуют быстро, я тоже не стану ждать.

— У меня все, — вздохнул Дрейк. — Я должен работать, но пока единственный обнаруженный нами след указывает на Милфилда и Ван Ньюиса. Причем ни одного из них нам не удалось найти.

Мейсон взглянул на часы и стал что-то выстукивать пальцами на крышке стола.

— Они расплачиваются за землю, как за пастбищные угодья? — спросил он через несколько секунд.

— По отчетам так, — кивнул головой Дрейк, — но, похоже, эти дельцы еще что-то доплачивают сверх указанной суммы. По документам это не видно. Так что ничего не докажешь… Будь человеком, Перри, дай мне время до понедельника, надеюсь, что тогда я смогу обрисовать тебе всю схему в подробностях.

— До понедельника? Боюсь, это будет слишком поздно! — вздохнул Мейсон. — Я намерен встретиться с Дафной Милфилд. Что твои молодцы узнали о ней, а?

— Практически ничего, за исключением того, что она живет в многоквартирном доме по Вест-Нарлиан-авеню.

Мейсон глянул на Деллу Стрит.

— Задержись здесь на полчасика, — попросил он, — возможно, это пустая затея, но все-таки какой-то шанс.

Глава 3

Дом на Вест-Нарлиан-авеню был экстра-класса. Сидевший в вестибюле за конторкой молодой человек изо всех сил старался внушить Перри Мейсону, что только из-за нехватки рабочих рук на коммутаторе не работает специальный оператор.

— Мистер Фред Милфилд? — следом за Мейсоном повторил он. — Простите, как доложить?

— Мейсон.

— Он вас ожидает, мистер Мейсон?

— Нет.

— Одну минуточку, пожалуйста… Мы столько времени обходимся без телефонистки, что уже потеряли надежду ее отыскать. Но ведь постояльцы не должны от этого страдать, не так ли?

Он прошел к коммутатору и тихо заговорил в трубку. Настолько тихо, что Мейсон ничего не услышал.

Через пару секунд он повернулся к адвокату и сообщил:

— Мистера Милфилда нет на месте. Его ожидают лишь поздно вечером.

— А миссис Милфилд дома? — небрежно осведомился Мейсон.

Администратор снова вернулся к коммутатору. После краткого разговора сообщил:

— Миссис Милфилд не знает, кто вы такой, мистер Мейсон.

— Скажите ей, что я по делу о каракулевых овцах.

Клерк был явно озадачен, но передал ответ Мейсона в точности.

— Она с вами встретится. Квартира 14-В. Можете подняться.

Негр в голубой ливрее с золотым галуном управлял лифтом весьма неуверенно, сразу было видно, что он новичок.

Сначала кабина остановилась дюйма на три ниже пола, а когда парень попытался исправить ошибку, кабина поднялась дюймов на пять выше нужного. Он снова направил ее вниз, с еще худшим результатом, чертыхнулся, поднял вверх опять с ошибкой в пару дюймов. Мейсон решил, что он прекрасно дойдет пешком.

— Осторожно, мистер! — все же предупредил бедняга.

— Возможно, вы и правы! — усмехнулся Мейсон, думая совсем о другом.

Выйдя из кабины, он двинулся по коридору, оставив озадаченного парня, который обдумывал его ответ.

Мейсон нажал на звонок квартиры 14-В. Через несколько минут ему отворила дверь женщина лет тридцати. Она несомненно следила за своей фигурой, так же, как вообще за своей внешностью. Лицо ее было самоуверенным и несколько настороженным. Его портили подпухшие глаза.

— Слушаю вас, — произнесла она, стоя в дверях. — Не могли бы вы объяснить мне, в чем дело? Мужа сейчас нет дома.

Мейсон огляделся.

— Я спущусь с вами в вестибюль, — холодно произнесла миссис Милфилд, но тут же заколебалась. Видно, что-то заставило ее изменить решение.

— Впрочем, возможно, вам лучше войти.

— Как вам будет угодно…

Мейсон прошел следом за ней в хорошо обставленную квартиру. Он отметил, что свет на лицо женщины падает из южного окна. Стало видно, что глаза у миссис Милфилд заплаканы. Причем плакала она долго. Об этом говорили покрасневшие распухшие веки. Она заметила, что Мейсон разглядывает ее лицо, и села спиной к окну, указав ему на стул против себя.

Мейсон сел, достал из кармана визитную карточку.

— Я адвокат.

Она взяла протянутую карточку.

— О, да… Я слышала о вас. Но я думала, что вы занимаетесь только делами об убийствах.

— Любой судебной работой, — ответил он.

— Могу ли я полюбопытствовать, почему вы интересуетесь каракулевыми овцами?

— У меня есть клиент, которому нужны деньги.

Она улыбнулась:

— Разве не всем клиентам нужны деньги?

— Большинству… Но этой женщине они просто необходимы, и я собираюсь их раздобыть для нее.

— Очень мило с вашей стороны. Это как-то касается моего мужа?

— Касается бизнеса с каракулевыми овцами.

— Не можете ли вы объяснить поточнее?

— Имя моей клиентки Кингсмен, Аделаида Кингсмен.

— Боюсь, что это имя мне ничего не говорит. Видите ли, я не в курсе дел моего мужа.

— Крайне важно, чтобы я его поскорее увидел.

— К сожалению, он вряд ли появится раньше начала недели, мистер Мейсон.

— Можете ли вы мне сказать, как с ним связаться?

— Нет, не могу.

— В таком случае не могли бы вы сами с ним связаться?

Она секунду подумала и покачала головой.

— Во всяком случае, не немедленно.

— Как только вы сможете с ним переговорить, передайте ему, что у меня исключительно чувствительный, нос, я все обнюхал в округе Скиннер-Хиллз, и там пахнет вовсе не каракулевыми овцами. Вы сможете это запомнить?

— Разумеется… Но, согласитесь, это странно звучит, мистер Мейсон.

— Скажите ему также, что в случае необходимости моя клиентка может поговорить с соседями, но лучше, чтобы она этого не делала. Лучше для него. Главное, не забудьте сообщить ему имя Аделаиды Кингсмен.

Она улыбнулась.

— Я все скажу.

— Очень важно, чтобы он понял мою позицию, а я — незамедлительно получил бы ответ на свое послание.

— Хорошо.

— Прошу вас, постарайтесь передать при первой же возможности.

— Мистер Мейсон, вы так внимательно следите за выражением моего лица, пытаясь разгадать какую-то тайну. Я разрываюсь между желанием быть вежливой и стремлением оставаться совершенно беспристрастной.

Женщина улыбнулась ему, и он подумал, что в эту минуту она забыла о своем лице, которое главным образом говорило о том, что она недавно горько плакала.

Мейсон поклонился:

— Не сомневайтесь, у меня даже и в мыслях нет пытаться выведать у вас деловые тайны вашего мужа, миссис Милфилд. Но мне бы очень хотелось внушить вам безотлагательность этого дела.