— Он весьма логичен, — рассуждал адвокат вслух самым обычным тоном. — Для того чтобы обвинить человека в убийстве, требуется труп, тогда как для обвинения в присвоении чужих денег необходимо только поклясться, что недостает крупной суммы.

— Вы правы, — кивнула она. — Я понимаю, что вы имеете в виду.

— А что вы имели в виду?

— Я собиралась оставить вам аванс и уговорить вас стать моим адвокатом, чтобы вы пришли мне на помощь, если я позвоню… Независимо от того, что мне потребуется.

— Какую сумму вы планировали оставить мне в качестве аванса? — уточнил Мейсон.

— Трехсот долларов достаточно?

— Вполне. Однако, если ситуация осложнится, мне потребуются еще деньги.

Посетительница открыла сумочку, правда держа ее таким образом, чтобы Мейсон не мог увидеть содержимое, и достала шесть пятидесятидолларовых купюр.

— Кому мне передать деньги — лично вам или вашему бухгалтеру? — спросила девушка.

— Моя секретарша выпишет вам квитанцию. Эти купюры кажутся мне совсем новыми, — заметил Мейсон.

Посетительница нервно рассмеялась.

— Я специально подготовилась к встрече с вами, мистер Мейсон, — сообщила она. — Обычно я не ношу при себе крупные суммы наличных, а тут сходила в банк и сняла их со счета.

— У нас в городе? — поинтересовался адвокат, быстро переглянувшись с Деллой Стрит.

— Нет-нет, не здесь. Боже, нет.

— Понятно, — медленно произнес Мейсон, перебирая пятидесятидолларовые купюры. Адвокат поднял голову и посмотрел клиентке прямо в глаза. — Так что же, как вы предполагаете, я должен буду для вас сделать? — спросил он.

— Не исключено, что вообще ничего. Я хочу, чтобы вы меня правильно поняли, мистер Мейсон. Вы — мой якорь. Если все обойдется, вы никогда в жизни больше обо мне не услышите. Я выйду из вашей конторы и исчезну из вашей жизни.

— А если не обойдется?

— В таком случае я появлюсь.

— А что конкретно я услышу?

— Понятия не имею. Я позову на помощь.

— Какая помощь вам потребуется?

— Я не в состоянии сейчас ответить. Наверное, совет, как выбраться из трудной ситуации.

— Я не могу устанавливать отношения с клиентом на таком основании, — заявил Мейсон.

— Вы имеете в виду финансовую сторону? — уточнила она.

— Частично.

— Когда я попрошу вас о помощи, мы обсудим ваши дополнительные гонорары. Я не сомневаюсь, что вы будете честны со мной, а я, со своей стороны, не стану просить вас ни о чем нечестном, несправедливом или постыдном.

— А незаконном? — спросил Мейсон с огоньком в глазах.

Она уже начала кивать, остановилась, помедлила несколько секунд, а потом заявила:

— Вы не согласитесь заниматься ничем незаконным, так зачем же зря терять время, обсуждая это?

— Значит, вы свяжетесь со мной, если вам потребуются мои услуги? — уточнил адвокат.

— Определенно.

— В течение рабочего дня звоните в контору. В вечерние часы вы можете передать для меня информацию через Детективное агентство Дрейка, расположенное на этом же этаже.

— Я видела их вывеску напротив лифта, — сказала посетительница.

— Они работают двадцать четыре часа в сутки — по крайней мере, дежурный на коммутаторе. Если что-то произойдет, — я, конечно, имею в виду только крайнюю необходимость, — они найдут меня в любое время дня и ночи.

Делла Стрит вручила посетительнице визитку.

— Вот здесь записаны все телефоны, — объяснила она.

— Спасибо, мисс Стрит.

— Выпиши, пожалуйста, квитанцию на триста долларов наличными в качестве аванса, — попросил Мейсон Деллу Стрит. — Вы хотите, чтобы она была просто на ваш псевдоним — 36—24—36? — обратился адвокат к посетительнице.

Девушка покачала головой.

— Мне не нужны никакие квитанции, — заявила она. Посетительница повесила сумочку на плечо, взяла черный чемоданчик, улыбнулась Делле Стрит, поблагодарила Мейсона за то, что он ее принял, и вышла из кабинета.

Адвокат сидел молча, пока не закрылась дверь в приемную. Как только щелкнул замок, он посмотрел на секретаршу и заметил:

— Прекрасная актерская работа.

— В каком смысле? — не поняла Делла Стрит.

— Я имел в виду ту часть, где она заявляла, что мы ее никогда больше не увидим.

— Вы считаете, что это была работа на публику?

— Ставлю десять против одного, что не позже чем через пять дней эта девушка позвонит нам и сообщит, что оказалась в затруднительной ситуации, — как она и предполагала.

— Никакое пари с вами я заключать не собираюсь, шеф, потому что всегда проигрываю, однако хочу обратить ваше внимание на один любопытный факт: она назвала не свои размеры. У нее тридцать два, двадцать четыре, тридцать шесть.

Мейсон обдумал слова Деллы Стрит.

— Что-то подкладывает? — спросил он.

— Немного, — кивнула секретарша, — однако до тридцати шести все равно не дотягивает.

— Понятно, Делла, — медленно произнес Мейсон. — Мы получили клиентку, которая врет нам с самого начала.

— Плывет не под своим флагом, — улыбнулась Делла Стрит.

— «Дело о ложных размерах»? — предложил Мейсон.

— Давайте надеяться, что оно не превратится в «Дело о дорогостоящей клиентке», — заметила Делла Стрит. — У меня всегда вызывают подозрения дутые рассказы, дутые счета и дутые клиенты.

— Она нашла у меня слабое место, — признался Мейсон. — Следовало воспользоваться полицейскими методами — применить третью степень[1] и сломить ее. Но теперь поздно. Придется руководствоваться неправильными размерами.

Глава 2

В десять минут десятого Мейсон вошел к себе в кабинет через дверь, открывающуюся прямо в общий коридор, улыбнулся Делле Стрит и поинтересовался:

— В приемной кто-нибудь есть? Секретарша покачала головой, а потом сказала:

— Герти.

— Герти и должна там быть.

— Она так возбуждена, что просто не в состоянии усидеть на месте.

— Почему?

— Из-за вчерашней клиентки.

Мейсон в удивлении приподнял брови.

— К нам поступила какая-то информация? — спросил адвокат.

— К нам — нет.

— Что ты хочешь сказать?

Делла Стрит показала на стол Мейсона. Поверх пачки приготовленных писем лежала газета, открытая на разделе «Тематические объявления» и сложенная таким образом, чтобы подраздел «Частные объявления» сразу же привлек внимание адвоката.

Мейсон направился к письменному столу, сел на вертящийся стул, взял газету, пробежался глазами по колонкам с объявлениями, пока его взгляд не остановился на том, что было отмечено на полях. Оно гласило:

«Выражаю готовность завершить переговоры за наличный расчет. Никаких чеков. Только наличные. Свяжитесь со мной в гостинице „Виллатсон“. 36—24—36».

— Да будь я проклят! — воскликнул Мейсон. — Ты думаешь, что это она?

— Очень похоже.

— Черт побери! Нельзя соглашаться представлять клиента, пока не выяснишь всю подноготную. Наша вчерашняя посетительница замешана в какой-то авантюре, которая приведет ее к большим неприятностям.

А как только она окажется в беде, она тут же свяжется с нами, чтобы мы ее вытаскивали.

Мейсон помолчал несколько секунд, а потом кивнул на телефонный аппарат.

— Позвони Полу Дрейку, Делла, — попросил он. Делла Стрит набрала номер сыщика, не зарегистрированный ни в каких телефонных справочниках, а как только он ответил, сказала:

— Секундочку, Пол. Шеф хочет с тобой переговорить.

Секретарша передала трубку Перри Мейсону.

— Привет, Пол, — поздоровался адвокат. — Ты очень занят? Зайдешь ко мне на пару минут?

— Я никогда не занят, если чувствую, что меня ждет новое дело, — ответил детектив.

Тогда вперед! — воскликнул Мейсон и повесил трубку.

— А этично ли с вашей стороны сообщать Полу… — начала Делла Стрит.

— С моей стороны неэтично сообщать ему что-либо на данной стадии, — перебил Мейсон. — По крайней мере, если смотреть на этичность так, как я. Однако мне необходимо выяснить, с кем встречается наша клиентка и, вообще, где здесь зарыта собака.

— У вас есть какие-нибудь идеи? — решила выяснить секретарша.

— Я считаю, что она приехала из Сан-Франциско. — С чего вы взяли?

— Я сужу по тому, как она была одета. Плюс время, когда она появилась у нас в конторе, — объяснил Мейсон. — Она прилетела сюда на самолете, где-то оставила багаж, скорее всего в гостинице «Виллатсон», поймала такси и оказалась у нас… Не исключено, что она дала объявление до того, как переговорила со мной. Если не ошибаюсь, их печатают через день или два после обращения в редакцию… Наверное, она заранее бронировала номер в «Виллатсоне».

— И?.. — подбодрила Делла Стрит, когда Мейсон замолчал.

— И мы выясним кое-что о нашей таинственной клиентке, немного побольше, чем три размера.

В двери кабинета Мейсона, выходящей прямо в общий коридор, раздался условный стук Пола Дрейка. Делла Стрит впустила сыщика.

— Привет, Пол! — поздоровалась она. — Как пищеварение?

— Спасибо, лучше, красотка. Вы давно не поднимали меня по ночам, ребята, и мне не приходилось часами не слезать с телефона, подкрепляясь лишь холодными гамбургерами. Последние шесть дней подряд я ужинал в хороших ресторанах только что приготовленным мясом.

— Так плохо идут дела? — поинтересовался Мейсон.

— Отвратительно, — признался Дрейк.

— Не исключено, что мы в состоянии помочь. Однако то, что я собираюсь тебе предложить, нельзя назвать крупным делом, просто рутинная работа.

— Кто клиент?

— Я, — ответил Мейсон.

— О-хо-хо!

— Он хочет кое-что выяснить о клиенте, — вставила, Делла Стрит.

Дрейк устроился поудобнее в большом кожаном кресле, предназначенном для посетителей, приняв свою любимую позу: уперся спиной в одну из закругленных ручек и свесил длинные ноги через другую. Достав блокнот и авторучку, сыщик обратился к Мейсону: