— Эффи! — позвал он.

Эффи Пирайн, дожевывая кусок шоколадного торта, появилась из соседней комнаты.

— Передай Сиду Уайзу, что я не смогу встретиться с ним сегодня, — сказал Сэмюэл.

Эффи засунула остаток торта в рот и облизала кончики пальцев.

— Уже в третий раз на этой неделе.

Он улыбнулся, и от этого лицо его стало еще длиннее.

— Знаю. А что делать, я должен идти. — Спейд кивнул головой на телефон. — Кто-то угрожает Максу Блиссу.

— Возможно, некто по имени Джон Д. Коншиенс[9], а? — засмеялась Эффи.

Спейд поднял глаза от сигареты.

— Тебе известно о нем что-нибудь такое, что и мне следовало бы знать?

— Ничего особенного. Я просто вспомнила время, когда он помог своему брату очутиться в тюрьме Сан-Квентин.

— Это еще не самое худшее из того, что сделал Блисс. — Спейд зажег сигарету, встал и потянулся за шляпой. — Однако сейчас с ним все в порядке. Клиенты Сэмюэла Спейда — честные, богобоязненные люди. Если я не вернусь к концу дня, не жди меня.

Спейд вошел в большой дом на Ноб Хилл и нажал кнопку звонка рядом с номером 10 К. Дверь тотчас открылась. За ней стоял плотный, лысый человек, в темном помятом костюме, с серой шляпой в руке.

— Хэлло, Сэм, — улыбнулся он, и его маленькие глазки утратили настороженность, — что принесло вас сюда?

— Хэлло, Том! Блисс дома?

— Еще бы. Можете не беспокоиться.

— Что случилось? — нахмурился Спейд.

В вестибюле, за спиной Тома, появился аккуратно одетый коренастый человек, небольшого роста, с красным квадратным лицом, коротко подстриженными седеющими усами, в черном котелке, сдвинутом на затылок.

— Хэлло, Данди! — обратился к нему Спейд через плечо Тома Данди небрежно кивнул и подошел к двери. Взгляд голубых глаз был жестким и пытливым.

— В чем дело? — спросил он у Тома.

— Бл-и-с-с М-а-к-с, — терпеливо, с расстановкой произнес Спейд. — Я хочу видеть его, он хочет видеть меня. Доступно?

— Теперь только один из вас может высказывать свои желания, — рассмеялся Том, но, скосив глаза на Данди, оборвал смех.

Спейд раздраженно спросил:

— Ну, ладно, он мертв или убил кого-нибудь?

Данди повернул к Спейду квадратное лицо.

— С чего ты взял? — поинтересовался он. Казалось, его нижняя губа выталкивает каждое слово.

— Очень мило, — удивился Спейд, — я прихожу по вызову мистера Блисса, а меня останавливают в дверях двое парней из отдела по расследованию убийств и делают из меня дурака.

— Ладно, Сэм, — проворчал Том не глядя на него. — Он мертв.

— Убит?

Том утвердительно кивнул головой и посмотрел на Спейда.

— Какое вы к этому имеете отношение?

— Он позвонил мне сегодня днем, примерно без пяти четыре — я посмотрел на часы после того, как повесил трубку: до четырех оставалось еще несколько минут, — сказал, что кто-то охотится за его скальпом, и попросил приехать. И вот я здесь. — Эту тираду Спейд произнес медленно и подчеркнуто монотонно.

— А не говорил он… — начал Дандн.

— Ничего больше не сказал, — оборвал Спейд. — Я надеюсь, вы мне что-нибудь объясните.

— Зайди и взгляни сам, — предложил Дандн.

— Зрелище впечатляющее, — добавил Том.

Они поднялись наверх и, минуя холл, вошли в светлую, зеленую с розовым гостиную.

— Хэлло, Сэм, — кивнул человек возле двери, прекратив сдувать белый порошок с края маленького столика, покрытого стеклом.

— Как поживаешь, Фэлс? — Спейд кивнул еще двоим, разговаривающим у окна.

Убитый был полураздет. На обнаженной груди, прямо над сердцем, черными чернилами была нарисована звезда с буквой «Т» посередине.

Некоторое время Спейд молча изучал убитого.

— Его так и нашли? — поинтересовался он.

— Приблизительно, — ответил Том. — Мы только немного сдвинули тело, — он указал большим пальцем на рубашку, жилет и пальто, грудой лежащие на столе. — Все было разбросано по полу.

— Когда? — спросил Спейд и задумчиво потер подбородок.

— Мы прибыли сюда в двадцать минут пятого. Нам сообщила его дочь, — Том кивнул на закрытую дверь. — Вы еще увидите ее.

— Знает что-нибудь?

— Понятия не имею, — устало ответил Том. — С ней пока трудно разговаривать.

— Займитесь бумагами. Мак, — обратился Данди к одному из стоявших возле окна. — Оказывается, ему угрожали.

В комнату вошел грузный мужчина лет пятидесяти с сероватым морщинистым лицом, наполовину скрытым широкополой черной шляпой.

— Хэлло, Сэм, — поздоровался он со Спейдом и обратился к Данди — У Блисса был гость, который пришел приблизительно в половине третьего и оставался примерно около часа. Высокий блондин в коричневом костюме. Возраст — от сорока до сорока пяти. Визитной карточки он не посылал. Я узнал это от лифтера-филиппинца, возившего его в оба конца.

— А лифтер уверен, что блондин этот был наверху только час?

— Нет. Но лифтер уверен, что было не больше половины четвертого, когда тот ушел. В это время обычно доставляют дневные газеты, а посетителя он свез вниз перед тем, как их принесли.

— Сможет лифтер опознать его?

— Говорит, что сможет. Но полностью уверенным быть нельзя. Он видел-то его впервые. Телефонистка дает мне список всех звонков. Как поживаешь, Сэм?

Спейд ответил, что у него все в порядке, и задумчиво произнес:

— Его брат — высокий блондин. Возможно, ему от сорока до сорока пяти.

Взгляд голубых глаз Данди остался жестким и внимательным — Ну и что?

— Помнишь аферу с Грейстонским займом? Они оба были замешаны в ней. Но Макс выкрутился, свалив все на брата, и Теодора посадили на четырнадцать лет в тюрьму Сан-Квентин.

— Да. Теперь я вспомнил. — Данди медленно кивнул голо вой. — Где он теперь?

Спейд пожал плечами и начал сворачивать сигарету.

— Разузнай. — Данди подтолкнул локтем Тома и продолжил: —Ну, хорошо, но если здесь его уже не было в половине четвертого, а этот парень был еще жив без пяти четыре…

— Проверь, когда были принесены газеты, — обратился Данди к О’Хару. Тот кивнул и вышел из комнаты.

— Гм, — пробормотал Мак, рывшийся в секретере, и повернулся, в одной руке держа конверт, в другой — листок бумаги.

— Что-нибудь интересное? — спросил Данди и взял листок.

Записка была написана карандашом, аккуратным, но неразборчивым почерком: «Когда это письмо попадет к тебе, я буду слишком близко, так что на этот раз тебе сбежать не удастся Мы еще сочтемся. Навсегда».

Вместо подписи стояла звезда с буквой «Т» в центре — знак, нарисованный на груди убитого.

Данди перевернул конверт с французской маркой. Адрес был напечатан на машинке:

«Макс Блисс, эсквайр. Амстердамский жилой корпус, Сан-Франциско, Калифорния, США».

— Брошено в Париже, второго числа этого месяца, — Данди быстро посчитал по пальцам. — Должно было прийти сегодня. Ну, ладно. — Он медленно сложил записку, вложил в конверт и сунул в карман пальто.

— Продолжайте искать, — приказал он.

Кивнув головой, Мак вернулся к секретеру.

— Теодор Блисс вышел из тюрьмы пятнадцатого числа прошлого месяца. Я просил их узнать, где он находится сейчас, — сказал Том и опустил телефонную трубку.

Теперь Спейд подошел к телефону и, набрав номер, попросил мистера Дарелла.

— Привет, Гарри! Это Сэм Спейд… Прекрасно. Как поживает Ли?.. Да… Послушай, Гарри, что означает звезда с буквой «Т» посередине? Что?.. Как ты это расшифровываешь?.. Да. Понятно… А если ее находят на теле убитого?.. Я тоже нет. Да, и большое спасибо. Я тебе расскажу обо всем, когда увидимся… Позвони мне… Спасибо… Ну, всего. — Спейд положил трубку и повернулся. — Гарри знает массу нужных вещей. Он говорит, что эта пентаграмма с греческим тау посередине — символ, обладающий мистическим значением. Возможно, розенкрейцеры[10] пользуются им до сих пор.

— С таким же успехом это «Т» может быть первой буквой имени Теодор, — предположил Данди.

Спейд пожал плечами и небрежно добавил:

— Да, но если он хотел оставить автограф на своей работе, то мог бы написать имя полностью. — И продолжал более серьезно: — Розенкрейцеры есть и в Сан-Жозефе и в Пойнт-Ломо. Я не очень много знаю о них. Нам, вероятно, стоит заняться ими.

Данди утвердительно кивнул.

— Было ли у него что-нибудь в карманах? — Спейд посмотрел на одежду убитого.

— Только то, что и рассчитывали найти. Все на столе, — ответил Данди.

Спейд подошел и начал медленно перебирать одежду убитого: рубашка, жилет, пальто… Под всем этим на столе лежал голубой галстук. Спейд внимательно посмотрел на него.

— Он неношеный.

Данди, Том и помощник следователя — худой, небольшого роста человек с умным смуглым лицом, который все это время молча стоял у окна, — подошли, чтобы посмотреть на несмятый голубой шелк. Том тяжело вздохнул, а Данди выругался сквозь зубы. Спейд, взяв галстук, перевернул его, и все увидели ярлык одного из лондонских галантерейных магазинов.

— Чудно! — развеселился Спейд. — Сан-Франциско, Пойнт-Ломо, Сан-Жозеф, Париж, Лондон…

Данди бросил на него сердитый взгляд. В эту минуту в комнату вошел О’Хар.

— Газеты прибыли в половине четвертого. Что здесь случилось? — спросил он, подходя к ним. — Я не нашел никого, кто мог бы подтвердить, что этот блондин возвращался сюда снова.

— К черту все это! — произнес Данди, поворачиваясь к Спейду. — Не будем строить догадок. Давайте исходить из того, что нам известно. Мы знаем, что он…

— Нашел еще одно, — самодовольно сообщил Мак и прочел вслух: «Дорогой Блисс! В последний раз сообщаю Вам о своем желании получить деньги обратно. Я хочу, чтобы они были возвращены к первому числу этого месяца. Вся сумма. Если я не получу их, то кое-что предприму. Вы прекрасно знаете, что я имею в виду. Не думайте, что я Вас обманываю.