— Я бы хотел уточнить время, мисс Харпер, — вступил в разговор Мейсон. — Не можете ли вы сказать точно, когда сели в машину Дон Меннинг?

— С точностью до минуты не могу. Примерно от восьми сорока и до… ну, скажем, без нескольких минут девять.

— А когда произошла авария?

— Должно быть, часов в девять или чуть позже.

— Потом Анслей вылез из своей машины и побежал к тому месту, где лежала Дон Меннинг?

— Правильно.

— И, начиная с этого момента, вы были в его обществе. Примерно до какого времени?

— На территории Бордена мы находились примерно до двадцати минут десятого, а потом он отвез меня в Анкордиа аппартментс.

— Как, по-вашему, вы не могли ошибиться, называя время?

— Нет, хотя все это только приблизительно.

Глаза Трагга сузились.

— Знаете, Мейсон, — прервал он, — по-моему, вы намереваетесь устроить здесь допрос. Свою историю она уже рассказала, и с вас этого достаточно.

— Мне кажется, она говорит правду.

— В таком случае лжет Дон Меннинг.

— Такую возможность я тоже учитываю, лейтенант.

Трагг снова обратился к Лоретте Харпер:

— Предполагаю, вы знаете, что нарушили правила дорожного движения тем, что не сообщили в полицию об аварии, в которой пострадал человек.

— Я не знала, что она пострадала, — быстро ответила Лоретта. — А потом, ведь не я вела машину.

— Вы преступили закон, — продолжал Трагг, — также тем, что скрыли от полиции факт вооруженного нападения на вас, а это значит, скрыли преступника.

— Я не смела обращаться в полицию по личному вопросу. Не думаю, что закон может заставить меня подать жалобу, если я не хочу возбуждать дело.

Трагг пожевал сигару.

— Тем не менее, — заявил он, — вам придется съездить со мной в управление окружной прокуратуры для небольшой беседы. Мейсон, вас я больше не смею задерживать.

Мейсон усмехнулся:

— Вы хотите сказать, что теперь я должен уйти?

— Именно так.

— Спасибо, лейтенант, — Мейсон протянул руку.

— О чем говорить? — сказал Трагг и, усмехнувшись, добавил: — Тем более, что я-то точно буду молчать.

Глава VIII

Мейсон задумчиво набрал номер телефона Беатрис Корнелл.

— Это Перри Мейсон, — сообщил он, услышав в трубке ее голос. Скажите, вы хорошо знаете Дон Меннинг?

— Не слишком.

— Она может солгать?

— В чем?

— В описании обстоятельств, связанных с убийством.

— Вы имеете в виду, если она в нем замешана?

— Да.

— Конечно, может. А кто же будет говорить правду?

— Что она вообще из себя представляет?

— Милая.

— Что вы имеете в виду под этим словом?

— Именно то, что она милая.

— Любовники у нее есть?

— Черт возьми, она же нормальный человек!

— Вы регистрируете все визиты?

— Да.

— Сколько было времени, когда раздался звонок с улицы в вашу квартиру, но никто не пришел?

— Не могу вам сказать. Такие вещи я не записываю, но думаю, что было около десяти.

— Помните, я звонил вам по поводу автомобильной катастрофы, а вы сказали, что не попадали в аварию?

— Да.

— У вас записано время, когда состоялся этот разговор?

— Конечно. Я регистрирую все телефонные разговоры.

— И время?

— И время, — ответила она. — Кроме того, у меня есть магнитофон, и, когда раздается телефонный звонок, я смотрю на часы, записываю время, показания счетчика пленки, включаю магнитофон и только тогда снимаю трубку.

— И к какому разряду вы отнесли тот мой звонок?

— Я отметила его как звонок по личному делу.

— Но беседа сохранилась?

— Да.

— Я имею в виду запись на пленке.

— И я то же самое.

— Время указано?

— Пока мы разговариваем, мистер Мейсон, — сказала Беатрис Корнелл, я роюсь в бумагах. Дайте мне еще минутку, и я найду нужную.

— А наша теперешняя беседа тоже записывается на пленку? — засмеялся Мейсон.

— Тоже. Ну вот, мистер Мейсон, позвонили вы мне тогда в десять часов двадцать минут.

— Огромное спасибо. Постарайтесь сохранить эту запись. Она может понадобиться.

— Я ничего не выбрасываю, — заверила женщина. — К тому же весь наш теперешний разговор записан на пленку. В любой момент можно прослушать ее и узнать время, которое я вам назвала.

— Прекрасно, еще раз большое спасибо.

Он повесил трубку и тут же набрал номер своей конторы.

— Алло, Джерти? Нет ли там поблизости Деллы!

— Нет, — послышался голос в трубке. — Вы же сами дали ей отгул за вчерашнюю переработку.

— Да, конечно. Но она не заходила?

— Нет.

— Кто-нибудь меня спрашивал?

— Очень многие.

— В конторе кто-нибудь есть?

— Да.

— Ждет меня?

— Да.

— Какое-нибудь официальное лицо?

— Не думаю. Он говорит, что его зовут Анслей, Джордж Анслей, и что вы ему утром звонили.

В голосе Мейсона послышалось волнение:

— Отведите его в мой кабинет, Джерти, закройте дверь на ключ и никого туда не пускайте. Пусть он дожидается меня. Я уже еду.

Оставив свою машину на стоянке около кафе, Мейсон кинулся в проходящее такси. В конторе он быстро прошел по коридору и открыл ключом дверь кабинета. Джордж Анслей сидел в большом мягком кресле и читал газету.

— Хелло, мистер Мейсон, — поздоровался он. — Как я рад, что вы, наконец, появились. Какие новости?

— Вы спрашиваете у меня? — удивился адвокат.

Анслей поднял брови:

— А что случилось?

— Почему вас целый день невозможно было найти? — ответил Мейсон вопросом на вопрос.

— Вовсе не целый день. Я появлялся у себя около двух часов дня и… увидел газеты.

— И только тогда впервые узнали об этом?

Анслей кивнул.

— Ну вот что, — начал Мейсон. — Я хочу знать о вашей беседе с Борденом все до самых мельчайших деталей, вплоть до конкретных слов. Меня также интересует, не ездили ли вы к Бордену еще раз после того, как мы расстались.

Анслей выпрямился в кресле.

— Не ездил ли я еще раз к Бордену?!

Мейсон кивнул.

— Господи! Вы хотите сказать, что кто-то мог подумать, будто я вернулся туда и…

— А почему бы и нет? Инспектора по строительству и монтажу не давали вам вздохнуть. Вам посоветовали сходить к Меридиту Бордену. Борден нечестный политик. Он был достаточно умен, чтобы не иметь своей конторы, и действовал по принципу «с глазу на глаз». Ему было материально выгодно заставить вас обратиться к нему. И, учитывая вашу неопытность, вам должно было прийти в голову, что все неприятности — дело рук Бордена, который именно вынуждал вас обратиться к нему.

— Конечно, это его рук дело, — согласился Анслей. — Так он и работал.

— У вас есть оружие?

— Нет.

— Где ваша машина?

— На стоянке.

— Пойдемте заглянем в отделение для перчаток.

— Зачем?

— В поисках доказательств.

— Каких?

— Любых, — ответил Мейсон. — Я хочу проверить.

Адвокат открыл дверь и решительно двинулся по коридору, Анслей за ним. Они спустились на лифте и прошли к стоянке. Анслей достал связку ключей, всунул один в замок отделения для перчаток, повернул его и вдруг нахмурился:

— Подождите-ка, здесь что-то не так.

— Вы закрываете замок, — заметил Мейсон.

— Но в другую сторону он не поворачивается.

— А может, он не был закрыт?

Анслей повернул ключ в другую сторону и неуверенно ответил:

— Наверное, не был. Обычно я всегда его закрываю. Должно быть, я открыл его вчера ночью и от волнения забыл закрыть.

— Давайте посмотрим, — предложил Мейсон.

— О боже! — вдруг воскликнул Анслей. — Здесь же пистолет!

Анслей только хотел достать оружие, как Мейсон рывком перехватил его руку.

— Закройте отделение, — приказал он.

— Но… но ведь там пистолет, из вороненой стали.

— Закройте отделение, — повторил Мейсон.

Внезапно голос позади них произнес:

— Не возражаете, если я тоже взгляну?

Мейсон резко обернулся и увидел лейтенанта Трагга. Тот, показав Анслею чехольчик с золотым значком и назвав себя, сунул руку внутрь отделения для перчаток и вытащил оттуда пистолет.

— Ваш? — спросил он Анслея.

— Нет. Я никогда не видел его.

— Ну что ж, — сказал Трагг, — пожалуй, самое правильное будет взять этот пистолет на экспертизу. Вы знаете, ведь Борден убит как раз из кольта 38-го калибра.

— Но ведь это не значит, что он убит именно из этого пистолета, ответил Анслей.

— Конечно, я не имею в виду именно ваш пистолет, но тем не менее мы его возьмем. Пусть с ним сначала побалуются наши баллисты, а затем вам выдадут письменное удостоверение в том, что вы чисты, как новорожденный младенец. А теперь пойдемте со мной и ни о чем не беспокойтесь.

— Но я же вам сказал, что это не мой пистолет.

— О, конечно, я понимаю. Просто он решил полежать в вашей машине, потому что ему больше некуда деться. Ну хватит, нужно ехать, а там послушаем, что скажут по поводу пистолета баллисты.

— Мистер Мейсон поедет с нами? — спросил Анслей.

— Нет, — усмехнулся Трагг. — Он был сегодня очень занят, целый день отсутствовал, и в конторе у него скопилось масса неотложных дел. Да и к чему нам беспокоить мистера Мейсона? Разве у вас есть какие-то основания настаивать на том, чтобы с вами был адвокат?

— Конечно, нет.

— Я так и думал. А теперь, если не возражаете, возьмем пистолет и поедем в управление. Вероятно, будет лучше поехать на вашей машине. Может быть, наши ребята захотят взглянуть и на нее, а вам задать кое-какие вопросы, например, когда вы в последний раз видели Меридита Бордена и тому подобное. Знаете, обычная процедура… О'кэй, Перри, мы еще увидимся. Очень жаль, что приходится доставлять вашему клиенту столько неудобств, но вы-то знаете наши порядки.